Чтение онлайн

Ответом мне была лишь тишина.

— Если сказать тебе нечего, то я, пожалуй, пойду…

— Ох, даже так, — раздался знакомый женский голос, источая неприкрытое веселье.

Резиденция Дома Серебра Двумя часами ранее

Она скользила по коридорам давно оставленного дома не боясь быть услышанной. Ночь — её время. Всегда было таковым.

Когда-то она ступила под своды нового мира полноправной хозяйкой. Она же создала этот огромный дворец, наделив его магией и разумом. Всё здесь когда-то давно познало её силу и покорилось воле создателя. То, чем теперь каждый демон нового мира пользовался, как само собой разумеющимся, было сотворено ею. Дух Дома — многие теперь называли её рабов и бывших врагов именно так. Да, и сами враги уже вряд ли помнили, кем были когда-то. Каждый из них был сильным и гордым противником, сражаться с которым было истинным удовольствием. Но разве война заканчивается простой победой? Только не для неё…

— Вы не можете пройти дальше, — глухой голос, наполненный невыразимой тоской, раздался позади неё.

— Разве? — обернулась она, чтобы из-под полуопущенных ресниц взглянуть на того, ради кого онасюда и пришла. Он бы не появился на простой зов, но был вынужден показать себя, стоило ей приблизиться к коридорам, что были закрыты для простых гостей резиденции. — Почему это? ухмыльнулась она.

— Это личные покои, — скупо пояснил мужчина.

— А ты, стало быть, сторожевой пес владычицы?

На миг в глазах мужчины вспыхнуло нечто похожее на проблеск злости, но тут же угасло, а взгляд вновь стал безразлично-отстраненным.

— Не так ли, О-ри-он, — по слогам и немного нараспев произнесла она, внутренне наслаждаясь, сколь осмысленным и гневным стал взгляд этого нескладного на вид худощавого мужчины. — Ведь ты помнишь, единственный из всех моих рабов, помнишь своё истинное имя. А кто знает имя дэйурга, тот…

— … владеет его душой, — закончил мужчина, потупив взор.

— Да, так было в наше время. Жаль, сейчас отношение к истинному имени твоих собратьев стало несколько проще, ведь имена больше не переплетают с вашими душами, а тайну имени хранят больше, как традицию. Как ты живешь, Орион?

— Твоими стараниями я бессмертен, — глухо прорычал он.

— Не так и плохо, — всплеснула она руками. — Моими же стараниями — я никто уже многие века, пожала она плечами. — И все же, думаю, мой дар пришелся тебе не по душе. А что если я предложу тебе вернуть твоё имя? Скинуть оковы, которые наложила на тебя однажды, что ты скажешь на это?

На миг в глазах мужчины вновь разгорелся огонек интереса, и вновь угас уже через долю секунды.

— Зачем нужна сделка, когда ты вправе приказать и так?

— Как хочешь, — пожала она плечами, — просто хотела быть великодушной. Но раз не надо — то не надо, — кривоватая усмешка исказила аккуратные губы. — Пропусти меня, Орион, — сказала она, указав головой в сторону, куда вел коридор в личные покои владычицы. — И забудь, как всегда забывал, когда я приходила в родной дом, — засмеялась она, растворяясь в темноте, что царила в резиденции сейчас.

Ступив в комнату, принадлежавшую той последней, кто стоял на её пути, она на миг замерла, прислушиваясь к мерному дыханию мужчины с пепельными волосами, что сейчас спал на кровати своей Шаи. Она подошла к постели совершенно бесшумно и, наклонившись, невесомо коснулась пепельных кудрей. В этом жесте не было агрессии. Скорее застарелая тоска. И хотя минуло уже столько лет, она до сих пор помнила того единственного, по кому до сих пор тосковала. Он стал частью её новой сущности, но она совершенно не чувствовала его. Это сводило с ума — это свело с ума окончательно.

— Спи, — вместе со словами слетела с кончиков пальцев сеть заклятья, — крепко спи, мой дорогой. Если я хоть что-то понимаю в этой жизни, то она придет к тебе. Обязательно придёт, — почти нежно прошептала она, открывая портал туда, где все когда-то началось.

Он не проснулся, когда тяжелые цепи сковали запястья. Не дрогнул, когда массивный ошейник сомкнулся тяжелым бременем на шее. Его сила исчезла в этот миг, но сон мешал почувствовать и это.

— Ты?! — в тот же миг обернулась я, сталкиваясь взглядом с взглядом, полным пренебрежения и напускного веселья.

— Я? Смотря, кого именно ты имеешь в виду, — пожала она плечами и вальяжной походкой направилась ко мне.

Она остановилась напротив меня, когда между нами оставалось пространство на вытянутую руку, наклонилась и тихо заговорила прямо мне в ухо. От её шепота по коже бежали мурашки, и казалось, что само ее присутствие, такое близкое от меня, отзывается болью во всем теле.

— Как приятно видеть тебя уже взошедшей на престол. Тебе идет венец, дитя, — сказав это, её губы на краткий миг коснулись моей щеки. От этого невесомого поцелуя, словно огненный цветок расцвел на щеке. Эта была боль, как если бы обнаженной кожи коснулся раскаленный метал. Но, смотря прямо перед собой, я молчала. Убить это тело? Это всё, что приходило на ум, и тут же отметалось, ведь она просто раствориться, чтобы вернуться уже в ином обличье — это не поможет. Лишь отсрочит неизбежное. — Ведь мне через Колыбель уже ни за что не пройти, — тяжело вздохнула она.

Мое сердце, как заполошное, забилось в груди, когда я осознала то, что сказала. «Она что… собралась…»

— Ты? — прошептала я, понимающе взглянув в зеленые глаза.

— А почему нет? — словно отвечая и на мои мысли, понятливо улыбнулась она. — Я много думала об этом. Поверь, времени, чтобы найти способ, было предостаточно. Всего-то и нужно твоё добровольное участие.

— Я никогда не соглашусь.

— Т-ш, — подняла она указательный палец вверх. — Не стоит разбрасываться обещаниями. Ведь, кажется, кое-кому пора проснуться…

Он очнулся резко. Просто разомкнул веки, будто выныривая из темного омута болезненного небытия. Всего секунда понадобилась, чтобы понять, что что-то не так. Резко сев в попытке встать, ощутил, как тугие стальные обручи стягивают шею, запястья и щиколотки. Дрожащей рукой провел по горлу — там, где ледяным кольцом ощущалась душащая его силу сталь. Попытался разорвать ошейник, но, не смотря на всю мощь прикладываемых физических усилий, металл лишь ещё сильнее начал стягивать горло. Надсадно захрипев, Каа'Лим рухнул на каменный пол, руки обессилено разомкнулись и он почувствовал, как в глазах его начинает темнеть. Когда ему уже показалось, что он вот-вот потеряет сознание, тьма отступила, возвращая ясность сознания. Он вновь мог дышать.

"Мара", — тихо позвал он Шаи, и с ужасом понял, что больше не чувствует её.

Боль, страх, невозможность сделать вдох, зарождающаяся паника и ужас нахлынули в одном порыве, приходя со стороны. Не мои чувства. Но ощущающиеся таковыми! Сквозь пелену из навернувшихся на глаза слез я смотрела на женщину, что стояла сейчас передо мной и ухмылялась. Ей нравилось всё происходящее и она даже не пыталась это скрыть.

— Он умрет сегодня на рассвете, — тихо заговорила она, когда я вновь смогла нормально дышать. Ты можешь выбрать, что для тебя важнее — смерть Шаи, а стало быть, и твоя собственная, либо же немного подвинуться, чтобы дать мне пространство для существования. Как мне кажется, сделка неплохая. Я бы даже сказала, что очень щедрая.

— Немного подвинуться? — зло прошипела я.

— Ну да, — кивнула она, словно не замечая реакции на её слова. — Я даже позволю быть тебе любимой у твоего ненаглядного. Мне это совершенно ни к чему. Только подумай, — увещевала она, разве не этого тебе хотелось? Чтобы кто-то другой взял на себя всю эту ответственность, бремя власти, тяжесть принимаемых решений, а ты бы оставалась просто женщиной — любимой и счастливой. Подумай, дитя. Это выход, который ты так долго искала. Я смогу позаботиться о тебе, о народе, сумею открыть двери в новые миры, о которых мы так давно забыли и мечтать. Я поведу свой народ за собой, тебя же всё это даже не коснется. Не будет ни боли, ни тягот, ни коварства вокруг, всё это я отведу от тебя. Ты же будешь жить лишь в лучах любимого мужчины, сможешь родить ему детей, твоя жизнь вновь обретет светлые тона без грязи политических интриг и предательства. Твой шаи будет рядом, живым и полным сил, разве я не предлагаю тебе нечто стоящее подобной мелочи, которую прошу взамен, — по-матерински ласково улыбнулась она.