Чтение онлайн

— А забудь, мы таких смертниками зовём, попав сюда, потерял всю семью, собраться никак не может, такие либо влачат жалкое существование, либо на себя руки накладывают, самоубийство — это, кстати, вторая по частоте причина смерти новичков в Улье, ну а первая, сам понимаешь все те, кто урчит, ответил он и закрыл за собой дверь.

Постояв еще минуту, обдумывая сказанное, я приступил к окончательному упокоению свиных тушек, всаживая им в ребра орудие по самую рукоять. Уже после того, как я помучался с извлечением застрявшего клевца из первой туши, я понял за чем нужны такие занятия. Орудие хорошо ломало ребра и заходило внутрь, но если прикладывалось больше усилий, то серьезно застревало в костях и быстро достать его не получалось. Подумав немного, я придумал тактику как быстрее доставать застрявший клевец и уже после третей туши стало гораздо легче. Вторая проблема была в том, что висели туши весьма плотно, создавая как бы имитацию толпы, и размахнуться толком места не было.

Не успел я до упокоить и половину туш в первом ряду, когда инструктор привел молодого парня, что был со мной и предупредил, чтобы мы махали осторожней, так, чтобы не убить друг друга. За час я разделался со своим рядом и даже помог парнишке, после чего мы с ним вышли обратно в зал. Встретивший инструктор пояснил, что для перехода в следующую категорию необходимо пройти экзамен, суть которого состоит в том, чтобы упокоить с десяток пустышей только клевцом и пройти его мы можем когда угодно, для чего нужно просто найти его и попросить. Сейчас же мы можем либо заняться физической подготовкой на тренажёрах, либо пойти на полосу препятствий.

— А пострелять? — опередив меня, спросил парнишка.

— Пострелять вам пока не положено, расходовать патроны на обучение мусорщиков, — он при этом как-то ехидно улыбнулся и обвел меня взглядом, явно намекая на диссонанс этого звания и меня и продолжил, — никто не будет возражать если есть своё, стрелковая открыта. Там, если что, есть что-то типа библиотеки, где можно почитать как правильно целиться, поправки на дистанцию и прочая умная наука. За дополнительную плату и я могу рассказать, да и снайпер тут у нас есть, обучить может, но с учетом обычных задач во время боя, не превышающих и ста метров, все это не нужно.

Я, как и парень решили сходить в столовку на обед, а после этого вернуться на полигон, для того чтобы пострелять и поглядеть на полосу препятствий. Пообедав, я зашел в свой номер, где с превеликим удовольствием принял душ, после чего переодевшись во все чистое оценил кучу грязных вещей, которые следовало бы постирать. В стабе нет магазинов, в которых можно взять новое с полки бесплатно и теперь придётся думать и об этой проблеме. Спустившись в бар, я высказал бармену свою озадаченность возникшей проблемой, и он меня обрадовал тем, что я могу просто выставить этот мешок и горничная все постирает, а стоимость оплачу в баре по получению чистых вещей. Я еще раз взлетел по лестнице, упаковал все в шуршащий черный пакет, после чего, оставил его у закрытой двери уходя.

На полигон я вернулся первым, Славяна, как мне представился парнишка ещё не было, и я принялся расстреливать мишени, стоявшие на разных дистанциях. Тир был оборудован хорошо, мишени были ростовыми и стояли не просто так, а были разнесены на разное расстояние, внутри головы каждой из них был механизм, позволявший по нажатию кнопки прокрутить бумажную мишень. За смену всех десяти с меня взяли споран, после чего смотритель прошел и поставил новые рулоны, предупредив, что в каждом по пятьдесят штук. Столько патронов отстреливать я вообще не планировал, поэтому подошедшему Славяну, который вообще в прошлой жизни был Фёдором, предложил сделать это на двоих.

Я стрелял очередями и одиночными со снятым глушителем и, поначалу, от непривычки, даже пугался выстрелов, но расходовать ресурс столь ценного устройства попусту я не хотел. Славян стрелял только одиночными, сначала я думал что он это делает специально, но на очередной прокрутки мишеней он объяснил, что это гражданская версия автомата Калашников в его мире, называется «Сайга — 308», только в связи с тем, что он совершенно не разбирался в оружии, не знал что это за модификация, но на курсах, что он проходил ему объясняли, что их много. В своём мире у него тоже была сайга, но гладкоствольная, а когда попал в этот, и все начали превращаться в зомбаков, он вломился в оружейный магазин неподалеку от своего дома, где успел экипироваться и обзавестись этим стволом. Свой выбор он аргументировал тем, что в подсобке смог набрать половину рюкзака патронов к ней, а она была единственной, на которую был смонтирован прицел.

Я немного покрутил его автомат в руках, и в правду убедившись, что на его предохранителе всего две позиции и очередями он не стреляет, хотя, вспомнив свою охоту с Косым, где я тоже очень быстро перешел на стрельбу одиночными, так как очередь особо не эффективна и расходует много боеприпасов, но вот в случае толпы одиночные, это очень плохо.

— Магазин маловат, — прокомментировал я, когда тот забил туда всего пять патронов.

— Угу, — согласился он и добавил, — есть на восемь патронов еще, но местный оружейник сказал, что за небольшую плату сделает мне двадцатки к нему, хотя посоветовал всё-таки сменить оружие. Я согласился, но пока для тренировок и это сойдет, другого у меня хватает, я же тогда не только эту сайгу прихватил. Перед тем как забиться в подвал, я чуть ли не пол магазина вынес и еды тоже натащил. А меня на четвертый день бригада охотников нашла, но сказали, что все, что при мне было, моё.

— Это тебе повезло, на хороших людей нарвался. Я вот видел тех, кто своих же на органы потрошит, — сказал я и брезгливо поморщился, вспоминая разделочный стол с его содержимым.

— Знаю, меня уже просветили про муров, пока в стаб везли.

— Давно сюда попал?

— Четыре дня в подвале просидел, хотя весь первый таскал по большей части, те кто меня нашли сказали, что у нас быстрый кластер и все за четыре пять часов оборачиваются, даже матерые твари прийти не успевают. Уже вечером видел, как по дороге страшные нелюди бегали, иногда зомбаков рвали и жрали, пару вообще размером с машину видел. Сидел как мышь, даже пернуть боялся, а потом слышу стрельба идет да не хаотичная, а такая уверенная, думал военные на помощь пришли. Сам пострелял из подвала, чтобы заметили, а как выяснилось, их маг чародей, — он даже развел руками, делая какие-то магические па, по его мнению, — меня и так видел, сенс он короче. Потом с ними по городу тому два дня катались, еще троих подобрали и сюда приехали.

— Повезло, — результировал я им сказанное.

— Повезло, — подтвердил он, начав снова целиться в мишени, которые уже давно сменились.

Достреляв, все мною оплаченные рулоны и прилично облегчив разгрузку, я был удивлен просьбой мужичка подобрать гильзы, который на разрешение отреагировал дикой благодарностью. Косой говорил, что гильзы нужны ксерам, чтобы делать патроны и их охотно скупают, но по очень низкой цене, я не видел смысла их подбирать, поскольку патронами на ближайшее будущее обеспечен. На полосе препятствия мы с ним провели до вечера, и тут я увидел серьезную разницу в нашей силе, такую же, как я заметил в первые дни между мной и Косым. Славяну после прохождения полосы, которая ему далась крайне тяжко под конец, пришлось отдыхать, в то время как я прошел её в обе стороны и вернулся к нему, только тогда почувствовал нужду в отдыхе.

— Я вот смотрю на тебя и удивляюсь, — начал Славян, уже отдышавшись.

— Чему, — спросил я, переводя дыхание.

— Да мышцы у меня побольше твоего, — он продемонстрировал мускул на ноге и руке, — альпинизмом я занимался профессионально, а ты нет, но ты туда и обратно, а потом еще вернулся и одышка меньше моей у тебя.

— А, — протянул я, — ты об этом, я тоже удивлялся в начале. Пробудешь тут по дольше и твое тело тоже перестроится под твои нужды, будешь много ходить, будет выносливость, захочешь тонны подымать, — утрировал я, — мышца канатами нарастет.

— А ты тут сколько и чего мог до, и чего сейчас? — поинтересовался он, развивая тему.

— Когда с проводником встретился, и мы на военный склад попали, я прибарахлился, то еле тащил свой рюкзак, а там не больше сорока кило было, когда сюда выходили через месяц, его уже за тяжесть не считал, — поведал я.

Он воодушевился и полез обратно на полосу препятствия, куда и я последовал незамедлительно. С полигона мы уже уходили, когда солнце клонилось к закату, и охрана предупредила, что не очень-то безопасно тут по ночам вдоль леса шастать. Дойдя до номера, я помылся, после чего в обязательном порядке пере снарядил все расстрелянные магазины и почистил автомат. Идти в столовую на ужин у меня сил не осталось, перекусив имеющимися рыбными консервами, я лег спать.