Чтение онлайн

Плавно поднимая руку, я вслушивалась, как вибрирует энергия жизни на кончиках моих пальцев. В такт моему движению подул легкий ветерок, пригибая зеленую траву ниже к земле. Еще один взмах рукой, и ветер следует за мной, путаясь в распущенных волосах. С каждым движением он лишь набирает амплитуду, все сильнее скручивая воздушные потоки вокруг меня. И уже совсем скоро мне кажется, что я становлюсь его неотъемлемой частью, продолжением этого мира. Плавность движений сменяется резкими ударами, и тогда сильный порыв ветра подхватывает палую листву и поднимает ее в воздух, даря ей возможность стать частью нашего танца. Все уходит, мои сомнения, страх, боль, непонимание – растворяются в том, что происходит сейчас. Кажется, что в этом мире есть только я, которая наконец-то может начать дышать свободно. Нет смысла забывать о том, что произошло, как нет более смысла держать вину за дела давно минувших лет. Сегодня я отпускаю эту боль не потому, что это не имеет значения, а лишь потому, что иначе я не сумею помочь тому, кто в этом нуждается. Шонайя не виноват в том, что когда-то произошло, как не виноваты и люди, страдающие по вине заблуждения одного человека. И для того, чтобы помочь им, я должна стать целостной. Забыть вину, которая мешает мне собраться в единое целое, сосредотачиваясь на единственно важном. Прошлое должно оставаться в прошлом. Отпускать и прощать – очень тяжело, особенно когда нет ни единой возможности задать свои вопросы, спросить, почему они так поступили? Но порой следует это просто сделать. Ради себя и ради тех, кто все еще рядом. Просто простить, без условий и оговорок. Отпустить боль, вместе с ветром, что, подхватив ее, унесется прочь.

– Тебе легче? – голос Тэо раздался за моей спиной, стоило опасть поднятой в воздух листве у моих ног.

– Мне хочется надеяться, что так, – сказала я, оборачиваясь к нему. – Знаешь, единственное, о чем я могу думать сейчас, это о том, что ни один из нас не повторит ошибок прошлого. Никогда не встанет перед выбором, который затронет чью-то судьбу так фатально, как это произошло с моей матерью.

Горькая улыбка коснулась уголков его губ.

– Мне хочется надеяться на это так же, как и тебе.

– Но я все равно не могу понять, почему он оставил ее здесь? Почему не увез в Дао Хэ до родов или хотя бы не позаботился о ней куда лучше, чем это делал ее отец?

– Я говорил об этом с Сэ’Паи Ву, – неожиданно признался Тэо, подходя ближе ко мне.

– Что? Он знал?

– Они все знали…

Я смотрела на него и не могла найти в себе сил, чтобы хоть что-то сказать. Как же так? Почему?

– Просто знали и ничего не пытались сделать для нее.

Тэо смотрел на меня глазами, в которых плескалось такое же непонимание и боль, какое, должно быть, отражалось и в моих.

– Он рассказал мне, – тяжело сглотнув, заговорил он, – что эта женщина была выбрана как твоя мать очень давно. Все это время Источник северян видоизменял энергетическую структуру этой семьи, поколение за поколением, делая ее более подходящей для того, чтобы одна из женщин смогла зачать Тень и выносить ее. Сэ’Паи Тонг не имел права увозить Ирсэ из северных земель до того, как она родит, потому как ей необходимо было оставаться рядом с Источником.

– Но он мог быть с ней? Разве нет?

– Нет.

– Почему? – спросила я, заглядывая ему в глаза.

– Забыла, что неокрепшая Тень может конфликтовать с уже «Обретшей лицо»? Они боялись, что она не сможет выносить тебя, если он будет рядом.

– Я пытаюсь понять, Тэо, но не могу найти оправдания… – наконец сказала, опускаясь на землю и подтягивая колени к груди. – Я пытаюсь оправдать, но не понимаю, как я могу это сделать? Он любил ее, я знаю, он рассказывал мне об этом. Но разве поступают так с теми, кого любят? Она ждала его столько лет, но разве можно ждать того, кто однажды так поступил с тобой?

– Ты еще не поняла? – спросил он очень тихо, садясь рядом со мной. – Она знала.

– Что?

– Она знала, на что идет, понимаешь? Знала, что родишься именно ты, и понимала, какое значение твое рождение будет иметь для Севера.

Мы еще долго сидели, думая каждый о своем. Я пыталась осознать сказанное им, он хотел просто поддержать меня и помочь успокоиться перед предстоящим. Но, как бы там ни было, именно сейчас я поняла, что обстоятельства моего рождения это боль, с которой мне предстоит прожить годы. И лишь тогда однажды я пойму, что все, что осталось в прошлом, должно быть лишь воспоминанием. Плохим ли, хорошим, но лишь призрачной страницей давно минувших дней.

– Шонайя уже здесь? – неожиданно разрезав тишину, спросила я.

– Да, он пришел вместе со мной и сейчас разговаривает с Брэйданом. Я просил его подождать, пока ты будешь готова.

– Я готова, – улыбнулась я, поднимаясь на ноги. – Идем.

– Знаешь, без обид, Дэй, но я не слишком-то верю в успех сего мероприятия, – ворчливо заметил Шонайя, стоило нам появиться в гостиной Брэйдана. Сам же хозяин дома оказался сидящим напротив мальчика на диване и чему-то несказанно радующимся.

– Зачем же пришел тогда? – спросила я, подходя ближе к нему.

– Не спрашивай, – отмахнулся он.

– А ты чего радуешься? – поинтересовалась я, оборачиваясь к Брэйдану.

– Ты наконец-то успокоилась, – широко улыбнулся он. – Быть связанным с женщиной не так уж хорошо, как я думал. Вы слишком много переживаете, я боюсь даже представить, что со мной будет, когда ты… – неожиданно оборвав себя на середине предложения, замолчал он.

– Когда я что? – настороженно поинтересовалась я.

– Ничего, – отмахнулся он. – Я слишком много болтаю последнее время.

– Ну уж это точно не моя вина! – обиженно буркнула я.

– Ну не скажи, – широко улыбнулся он. – Ты слишком много думаешь, а в моем случае все выходит в слова.

– Завтра же начнем учиться закрываться друг от друга.

– Хотя бы научи меня делать это от тебя, потому как связь какая-то однобокая выходит.

– Нет, просто я это умею делать с детства, – хмыкнула я, обращая свое внимания на Шонайя. – Ну, раздевайся, что ли.

Шонайя выполнял все в точности, как мы ему говорили. Он не противился, не капризничал, правда, ворчал между делом не хуже умудренного жизнью старца, но в целом выполнял все в точности, как ему указывали. Когда я попросила его снять и нижнее белье, то ожидала волны протеста или смущения. Как мне казалось, так обычно реагировали люди. Но, вместо всего этого, у ног мальчика в тот же миг оказались его нательные портки и рубашка.

– Тебе придется лечь на стол, – сказал Тэо, указывая Шонайю на огромный обеденный стол, что стоял в самом центре столовой в доме Брэйдана.

– Яблоко в рот засовывать надо? – буркнул он, громко шаркая ногами, проследовав в указанном направлении.

Ни я, ни Тэо шутки не оценили и отправились следом за ним. Брэйдана к этому моменту в доме уже не было. У него были дела возле Последнего рубежа, но это было и не удивительно, все же военные действия были еще не закончены. Я собиралась туда отправиться уже завтра. Тэо же должен будет остаться с Шонайей и отслеживать его состояние.

– Я погружу тебя в сон, – сказала я, заглядывая мальчику в глаза, как только он оказался лежащим на столе. – Ничего не бойся, самое страшное, что может случиться – это все останется так же, как и сейчас.