Чтение онлайн

– Не трогай! Совсем уже, что ли! – достаточно грубо сказал он, отстраняясь от меня на несколько шагов. – Пойдем, я покажу тебе, где живу, – предложил он уже более миролюбиво.

Мы шли в полной тишине. Каждый из нас думал сейчас о чем-то своем, а нежно-розовые лепестки продолжали кружиться в воздухе, медленно ложась нам под ноги. Я ступала по каменной тропе, а Ким шел рядом, босиком по зеленой траве. Украдкой я старалась разглядеть черты его лица, постараться запомнить их как можно более отчетливо. Следила за тем, как от легкого дуновения ветра развеваются локоны его волос. Смотрела, как медленно вздымается его грудь, когда он вдыхает и выдыхает воздух. Как же мне хотелось, чтобы это было взаправду.

– Ты сказал, что теперь я могу приходить? Что это значит? – спросила я, чтобы в очередной раз услышать его голос. Ким улыбнулся уголками губ, но ответил:

– Это значит, что она дала тебе разрешение. На тебе есть отметка моего мира.

Плечо буквально обожгло холодом в том месте, где остался след от ее прикосновения. Еще какое-то время мы шли молча, прежде чем я заметила, как осторожно он поправляет шарф у себя на шее. Так, словно он мешает ему.

– Зачем ты надел его? – наконец спросила я, указывая взглядом на шарф.

– Я не надевал, – ответил он, вновь пропуская пальцы под узкую полоску ткани. – Мне надели, а снять не получается. Смотри, – сказал он, указав пальцем на огромных размеров белоснежный особняк. – Мой дом, – как-то грустно улыбнулся он.

– Красивый, – тяжело сглотнув ком в горле, сказала я.

– Красивый… – немного потерянно согласился он.

Я проснулась, дрожа от холода. Тело покрывал липкий пот, постель подо мной оказалась смята так, словно я крутилась в ней как юла. Тяжело встав, я провела рукой по волосам, понимая, что они такие же мокрые, как и я сама. Но странно было не это. Несмотря на то что я буквально задыхалась, вспоминая эту ночь и сон, пульс у меня едва прощупывался, а сердце стучало необыкновенно медленно по сравнению с обычным ритмом.

Мысли в голове водили путаные хороводы, начиная от того, что значил этот сон (или не сон?) и заканчивая здоровьем отца. Мне необходимо узнать, как живет моя семья. Но оставались «но», которые могли этому помешать. Во-первых, вряд ли мою поездку одобрит Лео. Хотя, с другой стороны, не все ли равно? Или же есть способ сделать это, не покидая Тэймир? Быть может, при помощи обретенного дара я смогу почувствовать их? Может, даже, как говорил Лео, и увидеть? В любом случае, я хотела сперва обсудить это с ним. Уж если кто и знает, как именно следует действовать, так это он. Возможно, он поймет, что именно сегодня произошло?

С момента моего первого в жизни допроса вампиров минуло уже две недели. Снег на улицах Тэймира практически сошел. Сквозь сырую землю начинала пробиваться молодая трава. Почки на деревьях сильно набухли, что говорило о настоящем приходе весны. И казалось, жизнь начинает новый оборот. Да, так бывает у тех, кто вырос на севере. Для нас новый год начинается именно весной. Кажется, вот-вот что-то произойдет, переменится, и непременно к лучшему. Но теперь я знаю, что это – всего лишь весна, не больше и не меньше. Наверное потому, что перестала верить в перемены к лучшему, но все еще надеюсь где-то глубоко в душе. Забавное сочетание, не правда ли?

Лео и впрямь позволил мне поучаствовать в чтении мыслей вампиров. Я не особо верила, что у меня получится, но попытаться все же хотелось. В подопытные мне выделили Тэона, так звали того, кого совсем недавно я намеревалась пытать. Конечно, Лео позаботился о том, чтобы ни один из вампиров не запомнил нас, но, думаю, моему бывшему пленнику еще долго придется восстанавливать нервную систему. Почему же демон выбрал именно его? Очень просто, Тэон с завидной регулярностью лишался чувств, стоило нам с Лео обнажить свои сущности. И именно в этот момент с вампиром можно было делать все, что душа пожелает.

Правда, проблема все же возникла. С непривычки я прочла его всего. То есть от глубокого младенчества и заканчивая настоящим временем. Это было ужасно! Просто невероятная неразбериха в мыслях, ощущениях, опыте… Да, да, опыте! Несколько дней я маялась, вспоминая, как мне, то есть ему, нравилось, когда мама чешет пузико, кормит молочком, поет песенки. Дальше шли любимые игрушки, друзья, образование, девушки… Это лучше не вспоминать! Одним словом, впечатлений было уйма. А самое удивительное, по завершении процедуры я поняла, что этот вампир стал мне прямо как родной. Я знала о нем то, чего он и сам не знал. Пожалуй, стоило бы умолчать, что еще несколько дней после я страдала приступами тошноты и головокружения. Все это сопровождалось беспрерывным зудением Лео, который не ленился повторять, насколько я дурная! Ведь он же мне все правильно объяснил, как нужно делать! И все потому, что я жадная до чужого добра.

– Да еще этот блок на твоем сознании, – продолжал возмущаться он. – Поправить все я мог бы в два счета, но ни одному из нас это не по силам. Так что учись управлять этим самостоятельно.

– Как? – едва оторвав голову от подушки, промямлила я, в то время как сам Лео ходил туда-сюда мимо меня. – Пожалуйста, не маячь, меня сейчас вырвет от тебя… – кое-как пробормотала я, закрывая глаза.

– От меня? Я-то в чем виноват? Я сказал: не торопись, медленно, нежно, а ты хвать – и все разом! А мужику лет триста, не меньше. Как тебе ощущения?

– Словно я всю жизнь провела в борделе… – тяжело выдохнув, пробормотала я.

– Да? – заинтересованно уточнил Лео. – И как?

Как бы плохо я себя ни чувствовала, но сил, чтобы ухватить одну из подушек на диване и швырнуть в него, у меня хватило.

– Ладно, не хочешь – не рассказывай, – хмыкнул он. – Тогда постарайся упорядочить все полученные воспоминания, которые ты так неблагоразумно записала себе сюда, – указал он пальцем на голову. – И представь, что создаешь для них отдельное хранилище, словно особый непроницаемый сундук, в котором ты их и запрешь. Позже, когда поумнеешь, просто сотрешь их.

– Что, по-твоему, моя голова – это лист бумаги? Хочу – напишу, хочу – сотру?

– Ты и впрямь ждешь, чтобы я ответил? – серьезно спросил он. – Про лист бумаги, – уточнил он.

– Ладно, попробую, – кладя руку на лоб, промычала я. – Только не зуди…

Зудеть он не перестал, но только я уже не слушала, полностью погрузившись в собственные мысли и ощущения. Лишь на третий день мне удалось избавиться от последствий эксперимента своими силами. Расположить воспоминания Тэона в хронологическом порядке было невообразимо сложно. Я словно прожила целую жизнь в обличье мужчины, вампира! Это было и страшно, порой больно, иногда невыносимо жестоко. Тэон любил, ненавидел, мечтал, стремился к своим целям. Порой мне было его жаль, особенно когда он перешагнул свой тридцатилетний рубеж, но так и не «замер». Для вампира тридцать лет – это совсем еще юный возраст, но сильнейшие представители этой расы вступают в него, имея внешность подростков. Тэон же продолжал стареть, а значит – слабеть. Предопределенность и неизбежность – вот что видел он впереди. И если бы не дар ищейки, участь его была бы совсем уж незавидной, по меркам их общества. Тяжело быть сильным, но еще тяжелее быть слабым в мире, где правит сила. Где более сильные родители могут выставить слабого сына за порог и принять в семью совершенно чужого ребенка, имеющего лучшие задатки.

Спустя три дня, я наконец подобралась к воспоминаниям о Тэймире и о том, как мы впервые встретились с ним. Каково же было мое удивление, когда я увидела себя глазами вампира! О, я вам доложу… Я видела, как страшная одутловатая баба с паклей вместо волос щеголяла перед вампирами, развратно крутя непонятной субстанцией вместо зада! Не поймите меня неправильно, я всю жизнь прожила среди людей. Я с самого рождения чувствовала себя некрасивой по местным меркам. Слишком высокая, слишком худая, слишком светлые волосы и кожа. Все было не таким, как у других. Когда мне было четырнадцать, я мечтала быть более маленького роста, иметь более округлые формы. Женщины Ирэми в большинстве своем были именно такими – пухленькими миниатюрными красавицами. Но то, что видела я глазами вампира, представляло собой смесь ведьмы из детских сказок и престарелой гномихи. Маленькие, широко расставленные глазки навыкате, странный длинный нос, губы как плюшки и щечки-пряники. Далее шло тело, короткое и несуразное. Маленькие ножки, длинное туловище, огромная попа и полное отсутствие груди, узкие плечи и чересчур длинные руки. Одним словом, я была похожа на обезьяну из учебника по зоологии.