Чтение онлайн

Головная машина остановилась буквально в паре метров от меня, и мне стоило огромных усилий, чтобы не вздрогнуть и не отойти в сторону. Я же думал, что сейчас из-за руля вылезет самодовольная Василиса, но вместо этого, пассажирская дверь распахнулась и из внедорожника на поляну по-молодецки бодро выпрыгнул сам директор Института, никто иной, как Константин Андреевич Бессмертный.

Не обращая на меня внимания, он, очень быстро и деловито принялся организовывать команды поисковиков, и отправлять их в разные стороны, затем сделал незаметный жест и к нему тут же направились Фрол с волком, докладывать обстановку. Я же, чувствуя свою полную бесполезность отправился искать Сан Саныча, чтобы с ним отправиться обратно в город, я тут был больше совершенно не нужен.

— Какие миленькие тапки! — Тоненько пропищала Васька первым делом ввалившись в мою квартиру. — Я буду в них ходить! — Ну это я конечно вру, первым делом, как я открыл дверь она меня поцеловала, страстно, долго с языком, а уже потом, втолкнув меня в прихожую и наконец отлипнув, она заметила Василисины тапочки, которые словно розовый памятник ее превосходству стояли на тумбочке. — Димка! Представь себе, я вся голенькая, только в малюсеньких трусиках и в этих вот тапочках. Хотя зачем представлять? — Она стянула через голову летнее платье, обула пушистые розовые тапки и приняла картинную позу, от чего у меня отвисла челюсть. Васька явно осталась довольна произведенным впечатлением. Блондинка пребывала сегодня в игривом настроении.

— Кхм…- Сглотнул я слюну. — Чаю?

— Позже! — Она ухватила меня за руку. — Сначала секса, грязного, долгого, извращенного.

— Извращенного, это не ко мне. — Пискнул было я увлекаемый этой богиней в спальню, где был нагло и грубо использован по прямому назначению.

— Чего это с тобой? — Мы лежали валетом, голова к голове, щека к щеке и Васька задрав ноги вверх, рассматривала их. Трусики валялись неизвестно где, а вот тапки она так и не сняла, приложив массу усилий, чтобы на протяжении всего марафона они были на ее ножках, видимо было в этом для нее что-то особенное.

— Удачный день. — Она повернула голову и чмокнула меня в щеку. Кредит одобрен, арендодатели подтвердили готовность к заключению договора. — Мне стало немного грустно, несмотря на то что это была чужая женщина и она ясно дала мне понять, что моей не будет никогда, мне не хотелось, чтобы Васька уезжала. И она, словно почувствовав мои мысли оттолкнулась ногами от стены перекувырнулась через голову и оказалась верхом на мне, с улыбкой уставившись мне в глаза. — Теперь дело за тобой. Ты уже придумал, как подсидеть моего благоверного?

— Не думал еще. — Честно признался я, пытаясь не отводить взгляда от ее лица, впрочем, у меня это плохо получалось. — Времени не было, сегодня весь день за городом был, искали пропавших детей. — Лицо Васьки стало серьезным.

— Я слышала. — Кивнула она. — Рассылка приходила, но я была на деловой встрече и не смогла поехать, что там с ребятишками.

Я лишь пожал плечами, и принялся в подробностях рассказывать ей обо все произошедшем за день. Услышав про то в каких условиях, жили дети, Васька долго и красочно материлась, потом вскочила с меня и принялась ходить из угла в угол.

— Из наших. — Уверенно заявила она, наконец успокоившись. — Никто детишкам вреда причинить не может!

— Да? — Удивился я. — А бабайка, он их ненавидит, еще я слышал про Бармалея, которому по канону положено кушать детей.

— Бабайка ненавидит детей в принципе, не переходя на личности, уверена, если ему дать конкретного ребенка, то он вреда причинить не сможет, а Бармалей, он позер и для него важнее оставаться особенным и не таким как все, чем соблюдать какой-то там канон.

— А Яга? — Осторожно поинтересовался я.

— Наверное может… — Осторожно произнесла Васька. — От нее никто не знает, чего можно ждать, и провернуть трюк с исчезновением следов она могла, она вообще многое может, хорошо, что Василиса ее в гостинице держит договором.

— Что за договор? — Все что касалось Яры, меня интересовало особенно.

— Обычный. — Пожала плечами Васька, от чего ее восхитительная грудь приподнялась. — Давно уже составили, с тех пор Яга из своего отеля и носа не кажет. Ее тут на самом деле все боятся, пытались против нее оружие придумать, не выходит, а вот она, кого угодно может раз и все. Яга женщина серьезная, вот только она бы тоже не стала детей красть. У нас к детям отношение особое, может потому, что своих иметь не можем, может потому, что так или иначе все мы произошли от Бельского, а он к ним испытывал чувства трепетные, но вот так уж есть. А вообще, хватит об этом. Держи. — Она покопалась в сумочке и кинула мне свой смартфон.

— Зачем это? — Не понял я.

— Как зачем? — Она округлила глаза. — Как это зачем? Ты сейчас меня станешь в этих тапочках фотографировать, причем в самых развратных позах, и когда я буду на смертном одре, я эти фотки Василисе отправлю, чтобы ее побесить. — Собственно я был не против пофотографировать и уж тем более не против развратных поз, вот только я прекрасно знал, что все эти тайные фото, рано или поздно оказываются в интернете, о чем я и сообщил Ваське, та согласно кивнула и забрала у меня телефон. — Тогда чаю, ты обещал. — Она скорчила молящую мину, после чего я пошел ставить чайник, а она в душ.

Вот было что-то очень домашнее и уютное в ночных посиделках с кружкой чая и печеньем, причем с Аленой у нас такого никогда не было, а вот с Васькой запросто, она сидела передо мной на табуретке подобрав под себя ноги, одетая лишь в мою футболку с надписью «Разбивая тыквы», и сжимала в ладошках с аккуратным маникюром большую кружку с чаем.

— Хорошо с тобой. — Внезапно прервала она молчание. — Вот действительно уютно как то, а еще, знаешь, я сама не заметила, как наши с тобой отношения стали нормой, сначала ты был просто инструментом мести, потом мне то ли жалко тебя было, то ли еще что, а вот сейчас… Я даже стыда не испытываю, что Ваньке изменяю.

— Вась! — Попытался было вставить я хоть слово, но она прервала меня.

— Да не говори ничего, — Улыбнулась она мне. — Я сама все знаю, что стыда не надо испытывать, потому что он мне изменяет в сто раз чаще, что он мне не пара. Я обо всем этом знаю и думала уже миллион раз, и каждый раз понимаю, что я его все же люблю, вопреки логике и здравому смыслу.

— А меня? — Усмехнулся я ей, заранее зная ответ на свой вопрос.

— А с тобой мне хорошо и уютно. — Заключила Васька ставя кружку на стол и стягивая с себя мою футболку.

Уехала она часа в три утра, вымотав меня по полной, вот только несмотря на приятную усталость уснуть я не мог, в голову лезли мысли, о пропавших детях, о странных отношениях с Васькой, почему-то о Яре. Именно мыли о Яре и победили все остальные, в итоге я встал с кровати, вытащил из тумбочки заветный волосок и пошел к зеркалу в ванной.

— Яра. — Позвал я, так же как делал это последние, наверное, раз сто, и не рассчитывая получить ответа. Тишина. — Яра! — Уже громче произнес я. И ответа снова не последовало. Наконец я усмехнулся, приблизил лицо к зеркалу и скороговоркой произнес. — Кровавая Мэри! Кровавая Мэри! Кровавая Мэри! — Глупая детская игра, страшилка из тех лет, когда я был юн и беззаботен. Нет ну а что мне остается? Яга на мои призывы не отзывается, так может хоть эта явится, да я уже отмучаюсь.