Чтение онлайн

— Я в штаб, а вы найдите моих детей! — чётко по-военному отдал я приказ. — У меня времени в обрез.

И не слушая больше никаких слов, устремился к башне, в которой ощущал Главу местного поселения. Переместился внутрь прямо через стену, не потревожив никаких охранных систем и опустился на стул перед ДД.

— Ну, здравствуй, старина! — улыбнулся я, полностью проявившись.

Небрежно отбив довольно мощный пси-удар, ещё больше растянул рот в улыбке.

— Я это, я. Вернулся, — после чего встал и крепко обнял всё еще не верящего Главу.

— Ромка, твою в дышло! — наконец-то поверил Дамир и попытался меня раздавить в своих объятьях. — Что? Как? — эмоции моего старого друга просто зашкаливали.

— Всё потом, — махнул я рукой. — Времени в обрез! Садись и слушай. Короче, минут так через сорок пять я в кому впаду. Трансформация у меня будет. И сколько она продлится никто не знает. Вернее, знают некоторые, только хрен скажут. Точно больше пятнадцати дней. А если же верить динамике, то и весь месяц может продлиться. И мне бы очень хотелось, чтобы мою тушку за это время уберегли. Сможешь?

— Ты еще спрашиваешь?! — чуть ли не обиделся мой друг. — В кого хоть трансформироваться будешь? В Нанозверя какого-нибудь?

— Встречались уже с такими? — удивился я.

— У самих тройка таких есть уже. Так что ты по их пути идёшь? Хотя они вроде как быстро оборачиваются…

— Нет, Дамир. У меня немного иной Путь. Высшим я стану.

— Чего, мля? Это же боги, итить их через коромысло! — от возбуждения Глава встал со стула и взмахнул руками.

— Есть такое, — кивнул я. — Будет у тебя в дружбанах бог, плохо, что ли? — пожал я плечами.

— Ну знаешь… — глава поселения даже слов подобрать не смог.

— Ладно, это всё лирика. Смотри, что я тебе принёс, — я положил перед ДД на стол предмет мечтаний многих высокоуровневых участников. — Кристалл Основания.

После чего вкратце обрисовал, что это такое и с чем его едят.

— Думаешь, оно нам надо? Вот так вот сразу, плюс тридцать уровней к Городу? — Глава сразу понял главную проблему.

— Думаю не надо. Воронов-падальщиков ведь тьма налетит, поживиться в таком Городе ведь явно будет чем. Вы развиваетесь очень уж широкими шагами, как я вижу, так что используй это как страховку. В самый трудный час используй Кристалл и нанимай на всё золото наёмников. Ну, или еще чего, разберёшься, не маленький. Вот кстати еще подгон небольшой, — и перевел ему на счёт почти миллион золотых эко.

— Угу, — покачивая головой, выдал ДД, задумчиво глядя на предмет разговора.

А дальше нам поговорить уже не дали. Из образовавшейся бреши в пространстве выпрыгнула моя дочь и со слезами повисла у меня на шее. А буквально через три минуты весь кабинет Главы Города заполнился людьми. Мои родные, близкие и просто друзья, которым я был нужен, и которые были нужны мне.

Слёзы, смех, всеобщая радость — всё это заполонило помещение на следующие тридцать минут. После чего я встал и попрощался со всеми. Новость, что скоро я стану богом, конечно, шокировала всех, но особого значения ей не придали. Для всех главным было то, что я вернулся. Уходя вслед за ДД показывающим дорогу в подземный бункер, я был счастлив. Счастлив так, как никогда за последние годы. Я — дома! Со мной любимая женщина, здоровые и счастливые дети, а рядом верные друзья. Впереди есть Цель, за которую не жалко и жизнь отдать. Так что я определенно был счастлив!

Уже третью неделю в бункере на глубине трёхсот метров висел шар, наполненный божественной энергией.

Сначала все сидели и ждали, что вот-вот из куколки появится бабочка. Потом стали часто приходить. Потом реже. И лишь Аэлита и Ева терпеливо ждали, когда из личинки участника ставшей коконом, вылупится на свет новый Бог этого мира.

У всех были свои дела. Жизнь с возвращением Зимы не остановилась, она шла каждую секунду времени. И это правильно. Шар с трансформируемым участником внутри не нуждался в присмотре. Только вот две кибернетические девушки уходить не хотели. Им было хорошо и так.

Потом, когда родится один из истинных богов этого мира, он первым должен увидеть их. Рьяных последователей его культа. А то, что он будет, никто из них даже не сомневался.

Но это всё потом. Пока же они просто ждут и несут бессменную вахту у подножья трона своего Владыки.

— Раздевайся, красавица! Долго я тебя еще уговаривать буду? — послышался раздраженный мужской голос. — Я что? Вечность буду ждать, пока ты снимешь с себя платье? Двери закройте, чтобы не убежала!

Темноволосый красавец обернулся, бросив взгляд в самый дальний угол комнаты. Его синие глаза сощурились. Рука тут же потянулась к бокалу.

— Вот сразу знала, что соблазнять собралися, растудыть вас тудыть! Вы не посмеете! Вы ентот, как его жентельмен, коза вас в трещину! То шо я служанка, еще не значится, шо я буду платюшко снимать перед жентельменами! Не тому меня мамка названная в деревне учила! Она сказала мне, шо если я платюшко перед господами сымать буду, то все! Назад дороги не будет! — послышался хрипловатый женский голос.

Грязная девушка со спутанными волосами стояла и переминалась с ноги на ногу. Волосы, никогда не видевшие мыла, напоминали гнездо, в котором не хотел бы отложить свои яйца ни один приличный дятел. Даже самый голодный и непритязательный.

— И не соблазняйте! Даже не пытайтеся! — шмыгнул нос.

— Платье, говорю, снимай! — снова послышался раздраженный приказ, пока грязные босые ноги переминались в углу роскошной комнаты.

— Не сыму! Сначала жонитесь! — обиделась девушка, прижимая разорванное платье к груди. — И не просите! Вы, конешна, жентельмен знатный, а кто я такая? Простая девка! Мне еще замуж выходить, ядрена мышь! Как же я без енотой, как его… Ну вы — мужик, вы знаете! Выходить буду? Шо я мужу покажу? Кукиш с маслом? Мне же ее на свадьбе показывать надобно!

— Кого? — удивился красивый высокий мужчина, нервно расхаживая по комнате в дорогом халате. На столике стоял бокал, который он с выдохом опрокинул в себя залпом.

— Ну эту! Девственницу! — вспомнила слово оборванка, глядя подозрительно из-за шторки грязных волос. — Я же ее всей свадьбе показать должна! Так шо платье не сыму! И не просите!

— Мне плевать на твое «замуж»! И на твою девственность! — послышался раздраженный голос красавца. К грязным обноскам, которые когда-то были платьем потянулась рука. — Снимай быстро! Я кому говорю!