"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30
Шрифт:
– Как интересно, - улыбнулся Венциан, поднимая брови. – Я впервые вижу такое.
– Можно я скажу? – внезапно произнесла няня, а я с ужасом посмотрела на нее. – Мне зарплату не надо. Так вот….
Глава шестьдесят первая
У меня сердце рухнуло вниз, когда я взглянула на няню. Не может быть! Неужели она выдаст! «Нет, нет! Прошу тебя! Не надо!»,- умолял мой взгляд. Все смотрели на нянюшку, которая сделала паузу.
Это моя вина. Не нужно было доверять ей тайну. Она ведь любит нас одинаково. И меня, и Венциана.
– Мы собираемся тайком, чтобы ...– произнесла няня. – Читать пикантные женские романы. Что крайне неприлично!
Няня! Я готова была ее расцеловать в обе щеки.
– Мисс Миракл! – послышался ужасно недовольный голос мисс Амелии. – Вот как вы могли! Вы же обещали хранить тайну! Если бы мы знали, мы бы вас не брали в наш клуб!
– Да! – крикнула Марианна, вскакивая с кресла и едва ли не бросаясь на няню. – Мы пригласили вас, как этого… как его…
– Профессионала! – подсказала мисс Амелия.
– Да! А вы! Ух! – бушевала Марианна так, словно мы и правда читаем романы. – Мадам! Зря вы ее пригласили! Вот я говорила, что зря! Теперь все знают, чем мы занимаемся!
– А разбойничья шляпа и нож? – спросил Венциан, глядя внимательно на то, как мы все ругаем няню, которая громче всех орала, что хозяин имеет право знать правду.
– Сейчас я вам объясню, - произнесла Марианна. – Просто в одном романе был разбойник. И мы решили посмотреть, как это он мог держать в зубах … эм… и шляпу…. И нож…
– Мистер Квин, вы тоже читаете женские романы? – спросил Венциан, пока мисс Амелия визжала громче всех.
Садовник покраснел, опустил глаза и вздохнул. Все уставили на него.
– Почитываю иногда, - произнес он, делая вид, что смущается. – А что? Мамка, пока жива была, всегда говорила! Сынок, читай книжки! В них много чего умного пишут! Те, кто книжки читают, в поле не пашут!
– Так, и как много мудрого вы почерпнули из бульварных романов? – спросил Венциан, глядя на мистера Квина. – Нянюшка. Дайте-ка мне сюда этот кладезь мудрости! Не стесняйтесь, давайте. Да любой!
Нянюшка протянула ему роман и гордо села обратно в кресло. Ее одеяло съехало, а она так и не заметила.
– Итак, страница девяносто три! И граф схватил служанку и бросил ее на траву под старой ивой. Как и все ивы она росла возле старого пруда, - прочитал Венциан, а его глаз дернулся. Он читал дальше, но уже про себя.– Что вы из этого узнали? Умного? Доброго? Вечного?
– Эм… - переглянулись мы. Я чувствовала, что нас поймали.
– Про то, как правильно рассчитывать бюджет! – воскликнула мисс Амелия. – Если вы полистаете, там будет сказано, что ее семья обанкротилась из-за того, что отец вложил все деньги в облигации королевского займа!
– И про то, как горничные убирают в доме! Я раньше начинала убирать вокруг кровати, а сейчас с кровати! Потому что с нее пылюки летит! – встряла Марианна. – Если убирать с кровати, то намного чище будет!
– А я, например, узнала, как правильно воспитывать детей, - произнесла няня, украдкой мне подмигнув. – Чтобы они такими графами не вырастали!
– Мистер Квин, ваша очередь. Я готов ко всему, - произнес Венциан. Я видела, что он нам не верит. Но крыть нечем. Так что придется хотя бы сделать вид, что поверил.
– Я узнал там, что в приличных садах никогда не садят дикие розы, - произнес мистер Квин, глядя на роман «Дикие розы».
Венциан заглянул в книгу, отпрянул и произнес, отдавая ее няне.
– Лучше бы вы грабили кареты, - произнес он мрачным голосом, косясь на книгу «Любовница маркиза и барона».
Мы с Марианной направились купаться. Пока я отмокала в теплой ванной, а Марианна расчесывала мои волосы, я увидела в запотевших зеркалах, что она снова грустная.
– Мадам, вы завтра будете на балу, - послышался ее голос, когда она умасливала каждую прядь. – Не могли бы вы… Узнать, будет ли там мой лордик… Может, он себе уже другую нашел? Или спросить тихонечко.
– Я спрошу, Марианна, - похлопала я ее по пухлой ручке. – Обязательно. Наверняка там будет кто-то из Алентайнов. И я постараюсь узнать.
О, как я ее понимала. Сейчас, когда я чувствовала, что действительно люблю своего мужа, я представляла, что чувствует бедная Марианна, и мне было ее ужасно жаль.
Мне помогли надеть халат, а я направилась в сторону спальни.
– Мадам, подойдите сюда, - послышался голос Венциана. Я закрыла дверь и потянулась за стулом, как вдруг услышала тихий смех.
– Ничего, ничего, - прошептал муж, смеясь почти бесшумно. Он вскинул бровь и посмотрел на меня. – Ставьте, ставьте… Маленькая развратница.
Меня поймали в объятия и усадили себе на колени.
– Завтра будет бал, - послышался голос мужа. – Я заказал вам платье. Поэтому попрошу заседание вашего драгоценного клуба романтиков перенести на послезавтра.
– Хорошо, - прошептала я, прильнув к нему. Кресло медленно ползло к кровати, а меня уложили на нее, проводя рукой по волосам. Я повернулась, видя, как Венциан, поднимает вес своего тела на руках и переносит его на кровать, снимая с себя обувь.
– Забыл спросить? – послышался шепот в моих волосах. – А чему научились вы?
Я на секунду замялась, вспоминая то, о чем сегодня читала нянюшка.
– Мы сегодня читали про то, как подлый лорд Генри, - начала я, бросил ее на траву с третьего этажа! И стал сморкаться… - прошептала я.
– Мадам, вы мне слишком дороги для таких порывов страсти! Или как там? Чем сильнее любовь, тем выше этаж? – спросил Венциан, смеясь.
Я молча скользнула пальцами по его шее и спустиласьниже. Дальше я не осмелилась, нежно гладя его рельефную грудь. От прикосновения к ней у меня внутри все замирало.
– А еще мы читали про то, как Магдалена гладила подлого лорда Генри … утюжком, - продолжила я со вздохом.
– Я смотрю, у них очень жаркие отношения, - насмешливо заметил муж, а моя рука робко скользнула ему под рубашку. Я бросила смущенный взгляд на красивый профиль.
– С-с-снимите рубашку, - попросила я, тут же чувствуя прилив жгучего стыда за свои слова. Но мне почему-то ужасного этого хотелось.
Шелест рубашки разрушил ночную тишину. Я осторожно водила пальцами по красивым широким плечам, замирая от восхищения. Какой же красивый у меня муж… Я помню, как меня поцеловали, освободив от халата, и положили себе на грудь.