Чтение онлайн

Даже не заметил, как Фортепьян провернулся и снова открылся.

— Заползай в лифт. Живо! Приходи в себя! — скомандовал из коридора шлюзов невесть откуда взявшийся долговязый монец с бледным вытянутым лицом.

— Есть, заползать, — взял я под козырёк невидимой фуражки и вышагнул из лифта.

— С какими «ино» ещё незнаком? Сразу представлю. Ну, же. Киплонгцы, моны, арахи, — не смолкала Ватрушка, пока я, спотыкаясь, метался по складу-кладезю в поисках коробочек, которые никак не мог найти, а потому все мои умные тараканы преспокойно бродили по закоулкам разума, сбрасывали с полок и потрошили старые, хорошо проверенные знания.

— Уймись. Признавайся, с какой целью меня похитила? — взмолился я, вывалившись из мусорной свалки, в которую превратился мой кладезь.

— А что? Ты хотел сразу в лапки правосудия? В ГБ на экспертизу божественных достоинств? — выдала на-гора Жучка и выпрыгнула из лифта и подбежала к нужному шлюзу ковчега.

После этого она ловко подскочила, нажала лапой на ручку двери, которая без труда повернулась, и через десяток шагов сфера субтропиков распахнула свои объятья. Я прижал кубик скафандра к груди, чтобы из-за контузии не потерять его на просторах ковчега с мимозами и самшитами, выросшими чуть ли не до местного неба, и вышагнул на ароматный вечнозелёный простор.

— Выгуливайся. Чего замерла? Ату! — закипел я, ни с того ни с сего, и накричал на застывшую у выхода Ватрушку.

— Сначала контракт, — заявила Жучка и повернулась ко мне мордочкой. — С меня три…

— Желания, — буркнул я, всё ещё недовольно, потому что не понимал, зачем меня притащили в субтропики на прогулку.

— Почти. Извини, ты сам всё начал. Когда ткнул яблоком в живот Ватарии. Теперь расплачиваешься. Не один ты, а половина кластера расплачивается за твою опрометчивую выходку. Потом узнаешь.

Так вот. Контракт. С меня так и быть, три шерстинки-волосинки. Приживутся на твоей бестолковке. Не бойся, не отличишь от родных. Начнут зудеть, когда окажешься у какого-нибудь клада. Может, другого чего-нибудь интересного. Сокрытого от людей, миров, и так далее. Активируются ногой. Извини, но рукой ты каждую минуту чешешь затылок. Примерно так, — заявила Жучка и почесала задней лапой своё правое ушко.

— Это… Как его, — промямлил я, не понимая, что за небылицы рассказывает Природа.

— Короче. Как зудеть начнёт, сможешь дотянуться. Я много тысяч циклов назад в них оборачивалась. Паразитов тогда строгала. Но это особые. Умные. Почти волшебные.

Ватария не знает, что я нескольких спрятала на видном месте. Ещё она не знает, кто ей подсказал, где искать искорку Первой Астры. Она сейчас ею балуется. Если бы я с помощью этих паразитов не нашла эту искру, нечем было бы баловаться. Ну так что? По рукам? — спросила меня дворняжка, закончив дрессировать мои извилины, и завиляла хвостиком-булавой.

— От меня-то что надо? Мутуалистами меня не запугаешь. Тремя больше, девятью меньше. Что я такого натворил, ткнув яблоком в живот? Ими, кстати, не только Ватария схлопотала, а ещё мумии разные. Они все к жизни пробуждались… Или… Но Ватария не спала. Я заснул, сразу как тыкнул.

— Ой, дурачок. Ты не знаешь, что вытворял? Тебя разве никто не просветил на эту тему? Ну и ладно. Спас был, а станешь Мессией. В шутку, конечно, но в каждой шутке…

В общем, кто-то тебе пожаловал одно из чудес Мироздания. Давным-давно их наделала первая Природоначальница. Так наделала, что до сих пор не расхлебали. Не смогли повторить. Может, конечно, смогли, а за Прамамку спрятались. Потом поговорим об этом. Когда вернёшься. Айда, найдём яблоню и начнём процедуру. Ватария заждалась уже. Да и войско твоё вот-вот взбунтуется.

— Какое ещё войско? — ничегошеньки не понял я своим заторможенным разумом.

— Прото-войско. Сейчас всё увидишь. Только не признавайся Изарсиевне, что скафандр её не послушался, и показывает всё, как есть. Будет показывать, то есть. Нам вон туда! — тявкнула Ватрушка и умчалась в заросли.

— Ёш… Ки… Ин! — взвизгнул я, получив тройной укол в затылок, и зачесался, пока что рукой.

Нехотя поплёлся в гущу деревьев, стараясь ни о чём не думать. Заплело все мозги виноградными побегами из самой Натурки, да так заплело, что никак не мог распутать. А тут ещё навязчивые зелёные тараканы поселились прямо посреди кладезя. Животики, так, лапками поглаживали, собираясь перекусить моими мозгами, чтобы места для них стало больше. Чтобы заменить мой рассудок коллективным разумом паразитов.

Пока вышагивал по травке, Ватрушка смоталась к ближайшей райской яблоньке и уже летела навстречу с красным плодом, приклеившимся к набалдашнику её хвоста.

— Лови! — тявкнула она и махнула хвостом с ненавистным мне фруктом, после чего плод взмыл в воздух и через секунду примёрз к моей правой ладошке.

— Мне зажмуриться? — еле выдавил я из себя и рухнул на колени, чтобы не нагибаться к собачьему животику.

— Лучше, конечно, жмуриться. И ушами поменьше маши, — весело выговорила Природа и завыла: — А-а-у-у-у!

— Чем бы собака ни тешилась, лишь бы не кусала дедово сало, — проворчал я и приступил к процедуре.

Закрыл глаза, вытянул правую руку с яблоком вперёд и собрался в очередной раз потерять сознание.

Ватрушка, наверно, с разбега врезалась в руку так, что пришлось её одёрнуть, а вот после этого началось! Земля ковчега дрогнула от топота неведомого зверя, в которого обратилась моя исцеляемая. Я выронил яблоко, вскочил на ноги и, не открывая глаз, скомандовал:

— Кубик, спасай!

Скафандр в одно мгновение вытек из левой руки и хлюпнул, погрузив меня в подпространство, где, как я надеялся, исцелённой Мостро-Жучке, в которую обратилась Ватрушка, меня не достать.

— Правда, что меня на орбите ждёт прото-войско? — начал беседовать с Васильевичем Мутным, а сам подумал об обмане Ватарии, на который сговорился с её Природой.

«И войско – правда, и прозрачность сейчас настроим. Подожди минуту. Но уговор: ведёшь себя ответственно. Мы все готовы к жертве. Все! Запомни!» — провещал хор атласарских и скафандровых блошек, а с ними и три призовых шерстинки.

— Ладно. Но только без жертв, — выдвинул я своё условие.

«Не получится. Но здесь собрались все, кто готов встретиться с нашей судьбой. С нашим предназначением. И мы встретимся. Скрижали не врут! Но это не жертва и не смерть. Это перерождение. Избранные удостоятся, неизбранные понадеются на следующее воплощение. Уже видишь?»

— Вижу, — ответил я, когда перед глазами просветлело. — Только где же наш оборотень?

«Уже набегался. Впустить его?.. Её?»

— Если больно кусать не будет. Ладно. Впускай, и полетели уже к войску.