Чтение онлайн

– Зачем?
– Корф удивленно захлопал глазами.
– То есть…

– Зачем? Чтобы снова пройти путь от курсанта до генерала.
– Я развел руками.
– И другого способа у меня, представь себе, нет. Любой нормальный человек, услышав такую историю…

– Сразу начал бы звонить в дурку, - закончил за меня Поплавский.

– Именно.
– Я залпом допил остатки лимонада и поставил пустую бутылку на стол.
– Очень надеюсь, что вы этого делать пока не собираетесь.

Судя по выражению лиц, именно такие мысли и пришли в голову - причем всем троим одновременно.

— Невероятно, — Корф зажмурился. — Это… Это просто антинаучно!

— Да ладно? — усмехнулся я. — А что такое сам Дар, наука уже объяснила? Обосновала, как он появился, и почему не у всех разом, а лишь у одной десятой процента населения? Друг мой Антоша, в этом мире есть еще очень много такого, что не снилось даже головастым умникам вроде тебя… Ты видел мой контур, ты видел его особенности, ты видел Конструкты.
– Я развернулся к остальным.
– Есть ли у вас основания мне не верить? Да и мне - зачем вам врать? Какой в этом смысл?

— Не знаю… Вообще, это, конечно, многое объясняет, — неуверенно протянул Поплавский, - Но не объясняет еще больше.

— Ну, допустим!

Кажется, простой и прямолинейный Камбулат не понял и половины подробностей про контуры и энергетические схемы, и потому поверить в мой рассказ ему было проще других.

— И что теперь?
– спросил он.
– Чего ты хочешь?

— Для начала - неплохо бы остаться в живых. И для этого нужно избавиться от дефектного Конструкта. А потом открутить бородатую голову тому, кто мне его подсадил.

— Распутину? — хмыкнул Поплавский.

— Распутину, — кивнул я. — Но Распутин пока далеко, а Конструкт — здесь, — я хлопнул себя ладонью по груди. — Так что давайте решать задачи по мере их поступления.

— Что ты имеешь в виду?

Корф посмотрел на меня с некоторым подозрением. Кажется, он уже догадывался, о чем сейчас пойдет речь..

— Ты и сам прекрасно понимаешь. — Я прицельным броском отправил бутылку из-под лимонада в урну. — Снимай Конструкт. Демонтируй к такой-то матери.

— Что? Я? Снимать Конструкт? Поставленный Распутиным? Здесь? Сейчас?

— На все вопросы ответ “да”, — я хмыкнул. — Или у тебя есть другие варианты?

— Вы… Ты… Вовка, да ты чего? — Глаза Корфа округлились, сделав его похожим на игрушечного пупса. — Я же студент-второкурсник, а не кандидат наук!

— Ну, во-первых, других… кхм, других кандидатов у меня нет. А во-вторых — не прибедняйся, дорогой наш олимпиадник. Голова у тебя золотая, руки на месте. Аппаратура… - Я с некоторым сомнением оглядел разложенные на бильярдном столе гаджеты.
– Аппаратура как будто тоже имеется. Так что давай. Ты нашел дефектный Конструкт?

— Нашел, — угрюмо буркнул Корф, который, кажется, уже понял, что соскочить с очередной сомнительной авантюры уже не получится. — Вовка, это смертельно опасно!

— Я в курсе, — кивнул я. — Но есть нюанс: оставлять Конструкт еще опаснее. То, что ты меня тут угробишь — еще не факт, а вот Распутин в следующий раз сделает это с гарантией.

И, чтобы закончить разговор, я просто снова улегся на стол.

— Так лежать? — повернув голову, спросил я. — Или перевернуться?

— На живот переворачивайся, — угрюмо пробурчал Корф. — Мне нужен твой затылок.

Я послушно перевернулся и тут же почувствовал тепло у основания черепа. Корф отложил диагностический модуль и пустил в ход куда более совершенный инструмент — свой Дар.

— Очень сложное плетение, — вздохнул он. — Это узловой Конструкт. Если я что-то сделаю неправильно — посыплется весь контур. Он неизвлекаемый.

— Я в тебя верю, Антоша, — подбодрил друга я.

— Да тут хоть верь, хоть не верь… — сейчас Корф говорил совсем другим тоном. Я слышал не перепуганного курсанта, а молодого специалиста, который уже приступил к решению задачи и теперь выбирал для этого оптимальный способ. — Снять точно не получится. А вот отследить узел бэкдора и изменить его…

— Ну вот. Я же говорил, что ты у нас умница, — Я скользнул подбородком по сукну. — А ты не верил.

— Он себе просто цену набивал, — послышался смешок Поплавского.

— Тихо вы все! — гаркнул вдруг Корф. — Не мешайте работать!

Все тут же замолчали,и я почувствовал, как тепло переместилось и охватило часть головы. Где-то глубоко внутри вдруг возникло неприятное ощущение. Как будто черви копошиться начали…

— Не дергайся! — прикрикнул Корф. — Сейчас… Один канал почти закрыл…

И тут я ощутил нечто более страшное, чем сомнительное шевеление внутри черепной коробки. Тело вдруг внезапно пробил озноб, в глазах потемнело, а рот — высушило. То же самое я ощущал в салоне Алениного авто. Только сейчас — в десять раз сильнее.

— Антош, ты чего творишь? — прохрипел я.

— Работаю, — буркнул тот. — Второй канал закрыл, осталось контур замкнуть.

— Быстрее!

Воздух вдруг стал очень сухим и жестким, твердым. Практически осязаемым - и никак не хотел втягиваться в легкие.

Проклятый старикашка все-таки достал меня!

— Есть! — воскликнул Корф.

И меня тут же отпустило. Ну, практически тут же. Я перевернулся на спину и некоторое время лежал, жадно вдыхая невероятно вкусный воздух.

Никогда таким не дышал, надо же…

— Что случилось?

Оказывается, Камбулат и Поплавский уже давно вскочили и сейчас стояли у стола, беспокойно глядя на меня.

— Попить дайте, — попросил я.

Камбулат тут же метнулся к холодильнику и принес лимонад. Только осушив половину бутылки, я отставил ее, и проговорил.

— Случилось то, что еще бы пара минут — и вы бы со мной уже не разговаривали. Распутин почти дотянулся до меня. И если бы не Антоша…

— А что Антоша?

Кажется, Корф перенервничал и сейчас не особенно понимал, в каком контексте его упоминают - ругают или хвалят.

— А Антоша меня спас, — ответил я. — Успел закрыть контур.

— В последний момент. — Поплавский уперся кулаками в бока и выпятил грудь. — Как герой. Фантастического сериала класса “Б”.

Три взгляда сошлись на моем ничего не понимающем, покрасневшем и явно смущенном спасителе, а потом тишину штаб-квартиры сотряс взрыв веселого, беззаботного смеха. Так смеяться можно только в одной ситуации: когда только что избежал смерти, и тебе ничего не угрожает.