Чтение онлайн

Я прекрасно знал, что, если сунусь туда, игра заботливо подарит мне непередаваемые ощущения. Перед гибелью и полётом в пространство с кнопками я испытаю всю гамму ощущений, которую испытал бы терминатор, будь он человеком, когда погрузился в расплавленный металл.

И Щекодава рядом нет…

Бинтуронг по моему приказу напускал в лаву паутины, но она сразу же вспыхивала. Кокон, как я помнил, выдержал падение лавы сверху… Но полное погружение — это совсем другое.

Я и электрольдом попробовал, но лава лишь зашипела. Потом подумал, что ведь когда-то мне встречалась замораживающая пушка… А если её в божественное оружие превратить и долбануть сюда?

Окрылённый успехом, я прыгнул на Бинтика и понёсся по нашей будущей базе, разыскивая Хойро и помогающих ему новичков. Некоторые чуть не атаковали нас, завидев монстра, но потом только и таращились с завистью на Бинтуронга.

Народ теперь не выглядел таким напуганным и обречённым, как до этого. Как всё-таки меняют людей конкретные приказы и появившаяся цель.

К сожалению, Хойро, который куда-то спешил с какой-то шкатулкой, только покачал головой, услышав про ледяную пушку.

— Нет, пока мы не делать нахождение такого, — и ускакал по коридору.

Разочарованный, я вернулся к яме, чтобы думать дальше. Хм-м… Может, в какую десантную капсулу погрузиться? Интересно, на шагоходе есть десантные капсулы?

Я вспомнил игроков, которых сам сбросил с тросов, и подумал, что навряд ли эйкины будут заморачиваться такими вещами. Но поискать стоит.

— Чувак, ну что, есть идеи? — пропыхтел Груздь за моей спиной. Он потирал ушибленный лоб, по которому явно недавно прилетело дубинкой.

— Я думаю, — буркнул я, хотя в голове не было ни единой мысли, — Ты не чувствуешь, случаем, приближение астероидов?

— Саня, я лазутчик, а не оракул!

— Вот-вот…

Но разговор с Понтом подарил мне идею, и я, сказав ждать меня и оседлав Бинтика, понёсся по коридорам шагохода в поисках глазастых игроков. Больше всего меня интересовал Шутер Скорострел, он ведь тоже был охотником, как и Пятайя, и в прошлый раз смог рассмотреть летящие к базе сюнэ астероиды, причём сделал это на немыслимом расстоянии.

По пути от нас с маунтом шарахнулись Брутыш с Крутышом — они даже попытались атаковать шестилапого монстра, но так и застыли от удивления, увидев на нём меня.

— Отбой тревоги, — только и бросил я, проскальзывая мимо Изгоев, тащащих в руках какие-то ящики.

Шутера я нашёл, как и думал, на самом верху. Им с Пятайей и Совой удалось вскрыть какой-то люк, ведущий прямо на верхнюю боковину шагохода. И вот теперь, приоткрыв створку, Шутер сидел и осторожно таращился в щёлочку.

Меня он почувствовал ещё до того, как я подлетел. Помнится, охотник говорил, что чувствует на себе взгляды.

— Ну что?

— К счастью, ничего, — отчитался тот, с интересом разглядывая моего маунта, — Мелкие пауки из леса вылезают, но их Магмоплюи ловят. Плюют лавой из своих ям, потом затаскивают туда.

Я глянул в щёлочку, но обзор был хреновый, поэтому так ничего и не увидел.

— Охотников… кхм… которые за игроками охотники, типа того Эдварда Кинжала, не видел?

— Не, — тот поджал губы, — Я бы доложил.

— Ясно. А в небе глыбы опять не видишь?

Тот всмотрелся в щёлочку, даже чуть приоткрыл люк, чтобы увидеть побольше.

— Тут лес вокруг, плохой обзор. Но астероидов не вижу.

Хмыкнув, я побежал искать Пятайю и Сову. Они тоже нашли для себя дозорные места и, как я понял, все наши наблюдатели время от времени менялись между собой, чтобы сильно не скучать на посту.

Но ни Сова, ни Пятайя тоже ничего не видели и даже не чуяли…

По пути к Пятайе навстречу мне пропрыгал Хойро, который, улыбаясь во всю свою свинскую рожу, подмигнул мне.

— Как есть твои дела, жёлудь? — беззаботно спросил он и, нахрюкивая забавный свист, проскакал дальше.

Пятайя сидела у малюсенького окошка, напоминающего бойницу, и задумчиво накручивала на свои косички какие-то брошки с искрящимися, словно светодиоды, разноцветными камушками. Параллакс заботливо выдал мне при взгляде на них:

Изумруд истинной зоркости

Неужели не видите, как красив изумруд? А если красив этот изумруд, значит, красива и эйкина, которая его носит. Если же не видите, значит, вам срочно надо повысить зоркость.

Озарение — успешно!

Является украшением, главная функция которого, как ни странно, просто украшать.

Я перечитал информацию от Параллакса и, поджав губы, только усмехнулся. То-то я думаю, свинка даже стала мне чуть краше казаться… Видимо, Параллакс так на меня повлиял.

Свинка, думая о чём-то своём, даже не сразу расслышала мою просьбу высмотреть в небе глыбы.

— Я не иметь понимания, зачем тебе это, землянин, — она, что-то мелодично хрюкнув, помотала перед собой косичкой, и брошка стала менять цвет.

— Чтоб в катакомбы попасть, ясно зачем, — раздражённо бросил я, наблюдая за переливами заколки.

Такое чувство, как будто тут одному мне надо спасать человечество. Причём в свете последних событий под угрозой уже и… как же это… сюнство, получается? Очаг их, короче.

— А зачем тебе, землянин, сейчас в катакомбы? — Пятайя стала пристраивать следующую брошку на вторую косичку, — Делай ожидание летающих гор.

— Издеваешься?

— Ты теперь есть лидер. Тебе надо иметь терпение, — назидательно проворковала Пятайя и, застенчиво сложив косички под пятачком, вдруг спросила, — Как я есть тебе?

— Чего?!

— Ты мог бы и делать слова, что я есть красивая! Как ты иметь думанье, Хойро делать мне понра… понра… понравистость? Как это есть на вашем языке?

— Да ну вашу за ногу!

Я лишь сжал от бессилия кулаки и промычал от злости, и всё это под растерянный взгляд Пятайи.

Это уже не сюнство… это свинство какое-то получается! Я, значит, планы в голове вынашиваю, базы космические планирую, а у них тут любовь!

Так, Саня, спокойно! Как-то слишком резко нахлынула спокойная и размеренная жизнь на базе, я просто ещё не успел привыкнуть. А эти все, я смотрю, быстро приспособились.

Медленно выдохнув, я спокойно произнёс:

— Мне надо попасть в катакомбы. Откуда я знаю, когда эти астероиды прилетят?