Чтение онлайн

Света долго высказывала Кэнни все то, что она о ней думает. Никогда еще до этого девушке не приходилось говорить столько злых и обидных слов, многие из которых она вообще впервые произносила, поскольку они в ее лексиконе были под запретом. Наконец, выговорившись, Света спросила:

— Будешь тело обратно брать под контроль? Ты в состоянии продолжить сборы? Это все-таки твои вещи, и лучше уж тебе самой их упаковывать.

— Да, в состоянии, — пробурчала Кэнни, после чего Лана плюхнулась в кресло и расслабилась, а отдав тело, тут же отключилась, чтобы побыть одной.

Когда Светлана вернулась в реальность, Кэнни уже тряслась в одиночестве в экипаже, направлявшемся в Крёйцех. Ехать предстояло неделю и Лана предложила Кэнни каждый вечер перед сном, когда они будут останавливаться на ночевку в очередной таверне, давать ей возможность для тренировки тестовых заданий по магии. Кэнни возражать не стала, понимая, что это в ее интересах.

Кэнни недавно исполнилось восемнадцать лет — самый оптимальный возраст для начала учебы в Академии. Такого же возраста была и основная масса абитуриентов, что Света видела вокруг себя на процедуре регистрации. Лана вдруг поймала себя на том, что с тоской рассматривает среди абитуриентов парней, подсознательно надеясь увидеть среди них Сергея, пусть даже и в другом обличии.

Вступительных экзаменов было четыре (для стихийников) плюс замер резерва магической энергии в организме одаренного. Начиналось все с замера, после чего следовали экзамены с интервалом в три дня. Экзамен состоял в демонстрации абитуриентом своего лучшего заклинания в каждой стихии (земля, вода, воздух, огонь). Максимальная оценка в отдельных тестах — 10 баллов. Минимальная сумма для зачисления была 20 баллов за все стихии.

Помимо этого были особые условия для поступления целителей (магов жизни) и артефакторов, учитывая их повышенную полезность для общества. Целителям надо было продемонстрировать свой дар на живом существе, нуждающемся в помощи, а артефакторы, естественно, должны были продемонстрировать свои практические таланты в работе с артефактами. Целители вообще могли не сдавать стихийные экзамены, а для артефакторов была необходима сумма хотя бы в 10 баллов по стихиям при условии хороших результатов по специальности.

Кэнни была чистая стихийница и даже слышать не хотела ни о каком целительстве:

— Чтобы я и копалась в чужом вонючем дерьме?! Да ни за что на свете!

Свету это сильно огорчало, потому как ей, биологу, магия жизни была как раз по старому профилю, но тут уж ничего не поделаешь. Для начала можно и со стихиями познакомиться, а магией жизни она будет заниматься, когда на свободу из чужого тела вырвется.

С экзаменами все прошло гладко — Лана набрала в сумме 34 балла, что оказалось одним из лучших результатов, а вот с учебой получилось сложнее. Сложнее для Кэнни, потому как все в Академии удивлялись — почему студентка показывает на практических занятиях такие слабые результаты, имея отличную сумму при поступлении. В итоге Кэнни, с самого начала занявшая в отношении Светы позицию: «Ты помогаешь мне поступить, а потом сидишь тихо и не вякаешь», вынуждена была все чаще и чаще выпускать пленницу на выполнение контрольных заданий. И даже перестала рычать на Лану за то, что та продолжала ночные занятия, потому как сама была заинтересована в развитии своего «туза в рукаве».

Однако это оказалось не единственной проблемой Кэнни в данной Академии. Уже после поступления Света узнала о том, что в этой Академии очень строго придерживаются заветов Заррагаста, настаивавшего на том, что одаренный, прежде чем стать магом, должен доказать чистоту своей души, продемонстрировать высокий уровень своей морали и нравственности. И Кэнни таким требованиям ну никак не соответствовала, что Свету очень сильно беспокоило. Кэнни продолжала оставаться замкнутой в себе, угрюмой, часто грубила окружающим людям, но больше всего Лану беспокоила другая проблема — Кэнни не собиралась изменять своим развратным привычкам. Она постоянно искала себе любовников среди студентов, преподавателей и административного персонала. Причем делала это часто по-простецки, совершенно не задумываясь о последствиях.

Кэнни не понимала, что в таком месте нельзя просто подходить к преподавателю и бесцеремонно спрашивать: «С девушкой провести вечер не желаете?» А то и совсем грубо: «Как насчет перепихнуться?» Света пыталась объяснять Кэнни, чем чревато такое поведение: «Рано или поздно о таких твоих „подкатах“ узнает руководство Академии и тебя попросят на выход!» Кэнни на это только огрызалась и продолжала свои развратные похождения. В итоге зимой ей сделали предупреждение, а весной заявили, что она должна покинуть стены Академии после окончания учебного года.

Так после первого года обучения Светлана оказалась вместе с Кэнни в том самом месте, о котором шла речь с самого начала — городке Пиивалаа. Здесь на заветы Заррагаста плевать хотели, и Кэнни в местной Академии почувствовала себя как рыба в воде. Зато Света затосковала, потому как люди в этом учебном заведении ей совершенно не нравились, да и возможность заниматься по ночам у нее пропала — Кэнни нашла себе среди студентов постоянного партнера для секса, вместе с которым и стала жить. Ну и как по ночам заниматься магией, если хозяйка спит в обнимку с вонючим мужиком?! По этому поводу Лана высказала свои претензии хозяйке, на что та только злобно рассмеялась и обложила девушку трехэтажным матом.

В ответ Света решилась на бойкот и целый месяц отказывалась творить магию на практических и контрольных занятиях, из-за чего у Кэнни резко просели показатели по учебе и из лучших студенток Академии она быстро скатилась на позиции аутсайдера. Спохватившись, Кэнни договорилась со Светланой о практических занятиях последней по два часа ежедневно. Благодаря этому зимнюю сессию Кэнни прошла «на ура» и смогла восстановить свои позиции звезды местной Академии.

После этого зимнего кризиса отношение Кэнни к своей пленнице сильно изменилось. Если раньше Света для нее была досадной помехой, от которой она страстно желала избавиться, то теперь хозяйка тела стала рассматривать девушку как ценную рабыню, которая впредь будет работать вместо нее всю оставшуюся жизнь. Сформировав такую позицию, Кэнни практически забросила учебу и стала просто наслаждаться жизнью. Это привело к тому, что Света лишилась доступа к знаниям из-за нежелания хозяйки читать учебники. Попытка надавить на Кэнни ни к чему не привела: «Иди в задницу! Довольствуйся лекциями и практическими занятиями.»

Казалось, что жизнь Кэнни так и покатится год за годом, но все для нее рухнуло в начале лета, когда профессор Бенкот, бывший куратором их курса, собрал их на встречу, завершающую учебный год. Летняя сессия была успешно пройдена и пришла пора разъезжаться на каникулы. Все присутствующие студенты пребывали в расслабленном состоянии, не стала исключением и Кэнни, пока не заговорил Бенкот. Когда он произнес имя «Светлана Никифорова» и сообщил, что за ее розыски основательно взялся могущественный банк Крюйстхар, а также все берки, что славятся своим упорством и настойчивостью, настроение Кэнни резко испортилось. Она вдруг поняла, что эта новость означает для нее серьезные проблемы. В лучшем случае, она просто лишится своей рабыни, на использовании магического таланта которой девка уже успела построить далеко идущие планы в своей жизни. А в худшем случае ее могут либо убить, пытаясь вытащить из ее тела пленницу, либо сделать пленницей уже ее саму, подавив ее душу в теле, оставшемся в полном распоряжении чужачки.

Оцепенев от ужаса перед лицом грозящей опасности и игнорируя бьющуюся в истерике Светлану, требующую сообщить о ней в банк или любому берку, Кэнни пришла к выводу, что ей ничто не угрожает при условии ее строго молчания о своей пленнице. Кэнни рассудила, что если она сама никому ничего о чужачке не расскажет, то и ее никто не тронет. Ну а если пленница начнет артачиться, отказываясь работать, то надо будет просто какое-то время выждать, пока ситуация не изменится в лучшую сторону.

Никогда еще Света не оказывалась в таком состоянии. Мысли лихорадочно сменяли одна другую. Радость от того, что она не одна в этом мире, что сюда попал и ее Серёжа, который знает о ней и активно ее ищет, задействовав такие серьезные силы, сменялась ужасом от осознания — Кэнни ни за что не пойдет на сотрудничество в этом вопросе и будет упорно сохранять всех в неведении о том, что Света находится в ее теле.

Лана попыталась успокоиться и начала продумывать варианты о том, как она могла бы вырваться из-под контроля Кэнни и дать знать беркам о себе, а также предупредить их о планирующейся атаке на Проклятые горы. Проблема была в том, что Кэнни могла призвать себе на помощь других людей, способных проконтролировать тело девушки в те периоды времени, когда Кэнни спит. Всегда можно нанять служанку, которой всего лишь надо соврать что-нибудь о своей одержимости и строго-настрого наказать препятствовать любым попыткам Кэнни встать с кровати без серьезной проверки на вменяемость. Служанке достаточно сильно потормошить хозяйку и та обязательно проснется, как бы глубоко она до этого не спала. «Но ничего!» — думала Светлана, прогоняя отчаяние из своей души. — «Что-нибудь я обязательно придумаю. Надо просто набраться терпения!»