Чтение онлайн

— Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Подставное лицо… Но ведь, это хорошо, Гарри. Значит, мы на верном пути, — Вилли улыбнулся и нажал кнопку магнитолы.

Игорь вздохнул и стал смотреть в окно на улицы родного города. Было пасмурно, дороги почти свободны – редкая картина для тучных нефтяных лет, на разбитых тротуарах среди прохожих мелькали знакомые лица – и старые и юные, давно позабытые. Умершие и воскресшие. О существовании некоторых он вспоминал только теперь, когда видел их вновь. Странное это ощущение – видеть, как прошлое на твоих глазах становится настоящим.

Когда-то, уже на втором десятилетии двадцать первого века он проезжал по этим дорогам на своей машине – возвращался из аэропорта и, увидев знакомый указатель, сам не понимая, почему свернул в город своего детства. Город, в котором его уже давно никто не ждал. Современный Видное лоснился от близости к Москве – плитка, архитектурная подсветка, новенькие церкви с припаркованными мерседесами, ухоженные парки с инсталляциями, фонтаны, новостройки и таунхаусы. Он стал походить на буржуазный пригород. Это тебе не прозябающие в нищете Ногинск или Орехово-Зуево. Но эти изменения беспощадно стирали город, который он знал. Конечно, глупо и эгоистично об этом жалеть. Ему всего лишь хотелось отыскать прошлое среди новых фасадов и незнакомых лиц, и прошлое угадывалось, чувствовалось, таилось где-то, но всякий раз ускользало, отступало вглубь. В леса за стадионом, где на пеньке еще сохранилась выцарапанная ножом надпись, в безлюдный угол парка, где за густыми зарослями в траве можно найти пару низких столбиков – все, что осталось от скамейки, на которой когда-то они пили пиво и делились планами на будущее.

Лишь однажды, из-за угла, ветер вдруг швырнул в лицо охапку осенних листьев, и зазвучали где-то за кустами детские крики, а солнечный луч упал на угол старой трехэтажки, и знакомое, но сильно постаревшее лицо прохожего прищурилось, глядя на него – и только тогда, город, будто слегка приобнял его. Приобнял и тут же отпустил, как родитель, у которого слишком много детей. В этот момент ему показалось, что можно успеть ухватить истончающееся прошлое, удержать на мгновение и поглядеть на свои пустые ладони. Мгновение ушло и вряд ли в будущем он коснется даже его. Места тоже уходят, как люди. Это уже не его город. Да только ведь и он совсем уже не тот он.

Из единственной дребезжащей колонки «Москвича», раздавалось:

В такт ритмичному музыкальному сопровождению считалочки дергалась голова Вилли, а на последнем куплете он начал еще и, совершенно не попадая в ноты подпевать.

Игорь косо смотрел на него и думал, что он еще совсем зеленый, хоть ростом и вымахал под метр девяносто. Особенно полагаться на него, конечно, не стоило, но у Вилли «Махоуни» все же было одно неоспоримое преимущество – Игорь видел его генералом, который отправил его сюда и поскольку версия его прошлого незначительно, но все же менялась, можно было предположить, что и будущее не так уж определенно. Если, конечно Игорь не сошел с ума, чего он вовсе не исключал, а то чего и похуже – не то, чтобы он боялся этого «похуже», просто старался не думать, чтобы не слишком отвлекаться от того, что придавало его странному существованию здесь хоть какой-то смысл.

Заметив косой взгляд Игоря, Вилли улыбнулся, приглушил громкость и стал хвастаться:

— Классная штука, да?

— Магнитола? Ну, раритет, — согласился Игорь.

— Две зарплаты на нее потратил. Ни у кого такой нет. Только на ночь приходится с собой забирать.

— Слушай, Вилли, у тебя есть какой-нибудь план?

— Конечно! — сообщил Вилли с не внушающей доверия бодростью.

Они как раз сворачивали по кругу на проспект Ленинского Комсомола.

— Если тачки там нет, поднимусь, проверю, может, соседей опрошу. Фотку ты же захватил? Ну, вот. Если тачку найдем – проверим аккуратно. По-хорошему нужен ордер, но у нас есть показания свидетеля, — Вилли указал пальцем на Игоря. — Правда, я не уполномочен. Надо звонить в отдел, сам понимаешь.

— Закон о милиции читал? Ты имеешь право доступа, если есть признаки преступления.

— А признаки есть?

— Я увидел брата в машине. Бежал за ней, отстал, обнаружил уже во дворе. Обратился к прохожему за помощью, который по случайному совпадению оказался милиционером. Но вообще план говно, конечно.

— Так что ты предлагаешь, Коломбо?

Они как раз въезжали во двор между двух вытянутых панельных многоэтажек.

— Действовать по обстоятельствам. Это тот дом?

— Он самый, — кивнул Вилли на правую многоэтажку, сбросив скорость.

— Сюда бы они его точно не стали привозить. Слишком оживленно и много глаз.

Во дворе, несмотря на холодную погоду, действительно было не протолкнуться – пенсионеры на лавочках, собачники на газонах, орущие дети и мамаши с колясками.

— Соображаешь, шкет. Смотри-ка – она?

— Где? — Игорь привстал и увидел рыжую «Вольво», припаркованную у последнего подъезда.

— Она!

Вилли остановил машину, выключил двигатель.

— Сиди тут, я посмотрю, — сказал он Игорю.

— Погоди.

— Чего?

— Видишь, как стоит?

— Ну, встал как король, на блатной козе не объедешь.

— Значит, ушел ненадолго.

— Подождем?

— Возможно, он приведет нас в места поинтереснее.

— Соображаешь.

— Пасти на авто умеешь?

— У меня учитель есть хороший. Одновременно и прикрытие, будешь играть роль моего сына.

— То есть ты меня лет в девять заделал?

— Ладно, — поморщился Вилли, — тогда вредного мелкого брательника.

— Встань-ка ты лучше туда, Вилли, перед выездом. Вон за пивным ларьком.

Минут через сорок, когда Игорь уже начал терять терпение, из ближайшего подъезда вышла крайне уверенного вида девица и направилась к «Вольво». Выглядела она не только уверенно, но видимо по меркам девяностых и весьма богато, учитывая, как завистливо оглядели ее мамаши с колясками. Игорю же ее прикид больше напомнил проституток в Текстильщиках из начала нулевых: высокие замшевые ботфорты, чулки в сеточку, мини-юбка, «вареная» джинсовка и огромный зачес золотистых – видимо крашеных волос. Фигура у нее, впрочем, была аппетитная, а лицо миловидное, как у Мадонны в лучшие годы.

— Ничего себе внучка у Ивана Митрофановича! — присвистнул Вилли.

Ритмично жуя жвачку, девица щелкнула брелком, извлеченным из сумочки. Вольво отозвался благородным писком, вызвав очередную порцию завистливых взглядов.

— Машин будет мало, старайся держаться подальше, — сказал Игорь.

Девушка села в машину, «Вольво» знакомо взревел глушителем и двинулся в сторону проспекта. Вилли и Игорь покатили следом.

На проспекте Ленинского Комсомола, «Вольво» быстро домчалась до ближайшего кругового перекрестка. Боясь упустить ее из-за светофоров, Вилли тоже набрал скорость, но Игорь одернул его: не гони!

На кругу «Вольво» наоборот стала притормаживать, так что задние машины начали подпирать и «Вольво» как бы нехотя свернула на Советскую улицу. Это не понравилось Игорю.

На Советской она ехала в обычном темпе, а свернув на Советский проезд перед кинотеатром «Искра» снова разогналась. Вилли ничего не оставалось, как тоже поддать газу. На площади «Вольво» дважды проехала по кругу и свернула на Заводскую улицу, по которой снова двигалась в обычном темпе. Когда миновали дальний перекресток с ПЛК, Вилли не выдержал.