Чтение онлайн

Симониса искоса поглядывала на Перинеру – как всегда, собранную, невозмутимую, одетую так, будто она пришла не в пропахшее гарью и зельями магическое хранилище, а на весенний бал.

– Дать тебе ещё часть сил? – шепнула Перинера Вольфзунду, но Сим всё равно услышала её.

Вольфзунд приобнял жену за талию, и Симонисе захотелось стыдливо отвернуться, но она не отвела взгляда, лишь мельком взглянула на варево в котле и помешала черпаком на длинной ручке.

– Последний раз, – категорично ответил Вольфзунд. – Потом сразу переместишься в Птичьи Земли. Ты и так внесла более чем значительный вклад.

– Не могла же я стоять в стороне.

Перинера обвила шею Вольфзунда руками, Владыка наклонился к жене за поцелуем, и вокруг них заискрила магия. Симонисе стало горько: Вольфзунд дорожил Перинерой так, как не дорожил никем из альюдов. Это и понятно, да и сама Перинера ощутимо помогала, делясь с Вольфзундом магией, но Симонисе самой хотелось услышать подобные слова заботы от кого-то. Чаровница сдула волнистую прядь со лба и принялась усерднее мешать зелье. Её заботы подождут, а вот оружие против Эллекена и его армии нужно готовить уже сейчас.

Послышался стук: защиту магического хранилища что-то упорно пыталось пробить, по воздуху шли удары и волны.

– Ты слышишь? – спросила Симониса, отвлекаясь от побулькивающего зелья. «Слёзы Тумана», пусть ещё и не готовые, представляли опасность, и Симониса на всякий случай прикрыла котелок крышкой.

– Слышу. – Вольфзунд отвлёкся от кованой жаровни, в которой потрескивал Священный Всполох, выращенный из птичьего пера, одновременно усиленный и усмирённый могучими чарами. – Это наши гости. Нужно их впустить. Но сперва… Пери, дорогая, думаю, тебе пора.

Он коснулся локтя Перинеры и посмотрел на неё совершенно по-особенному: властно, повелительно, но с заботой и нежностью. Она сразу поняла, что он имеет в виду.

– Не задерживайся. И будь осторожен.

Перинера поцеловала Вольфзунда в щёку и исчезла в фиолетовом вихре. Стук раздался снова.

– Впустить их? Ты уверен, что…

Симонисе не удалось озвучить свои опасения. Вольфзунд одним прыжком подскочил к стене и приложил ладони к камню. Он молчал несколько мгновений, напряжённо прислушиваясь, потом нахмурился, сорвал перчатку и отворил спрятанную дверь. В помещение ворвались три сороки, подняв целый вихрь магической энергии, и расселись на полу. Вольфзунд небрежно взмахнул рукой, обращая сорок в людей: мужчину, женщину и девушку. У всех них были водянистые серо-голубые глаза и светлые волосы.

Люди-сороки часто дышали после быстрого полёта и обращения, на их лицах ясно читалась тревога.

– Я жду, – нетерпеливо бросил Вольфзунд.

– Эллекен уже в Авенуме, – жёстко произнёс мужчина. – Он зайти с севера.

Вольфзунд едва заметно побледнел, но тут же хищно, полубезумно улыбнулся. Мурашки пробежали по спине Симонисы. Если Вольфзунд так реагирует, жди беды.

– И что он? Займёт дворец?

Сороки стушевались.

– Я видеть, он рушить город… – промолвила сорока-женщина. – Дворец тоже рушить. С севера всё в топях, каждая деревня по пути стать кладбищем. Если бы вы видеть… – Сорока передёрнула плечами. – Они оставлять трупы на земле, и иней застывать на ресницах мёртвых. Страшно смотреть. Пир для воронья.

– Довольно жути, – прервал её Вольфзунд, повелительно подняв руку. – Благодарю.

Он повернулся к Симонисе и нетерпеливо ударил ладонью о ладонь.

– «Слёзы» готовы, Сим? Не терпится встретиться с папенькой.

Симониса покосилась на побулькивающий котелок.

– Через пару часов будут готовы, Владыка.

Эти слова дались ей нелегко. Хотелось ещё немного оттянуть тот момент, когда выступление против Эллекена превратится из планов во что-то близкое и неизбежное.

Вольфзунд потёр руки и метнулся к жаровне, в которой трещало и искрило, разливая по помещению калёный жар.

– Осторожней! – воскликнула Симониса, когда Владыка довольно низко склонился над огнём.

Вольфзунд широко ухмыльнулся и подмигнул чаровнице. Симониса сокрушённо покачала головой. В таком возбуждённом состоянии он совсем ей не нравился, привычнее было видеть Владыку холодным и собранным, точно рассчитывающим каждый свой шаг, а не мечущимся по подземелью с полубезумной улыбкой и лихорадочно горящими глазами.

– Успокойся наконец. – Симониса шагнула к Вольфзунду и тронула его за плечо. – Мы справимся, не нервничай так.

Вольфзунд странно посмотрел на Симонису и расхохотался. Семейство сорок испуганно жалось в углу, явно не понимая, что им делать.

– Я не просто спокоен, моя милая, – промурлыкал Вольфзунд, приобнимая Симонису за талию и кружа в импровизированном танце. – Я счастлив!

Симониса вырвалась, не позволяя себе насладиться его объятиями и резким пряным ароматом можжевельника, который вдруг стал таким сильным, что затмил даже запахи готовящихся зелий.

– Один момент, – вдруг спохватился Вольфзунд и снова повернулся к семье сорок.

Он запустил руку в карман и вынул связку самых разных ключей: больших и маленьких, ржавых и блестящих, простых и украшенных резьбой. Симониса вспомнила, у кого уже видела эту связку.

– Это же ключи Анса!

Вольфзунд повернулся к ней, приподняв бровь.

– Верно, лисичка. Отныне я сам себе ключник.

– А что с мальчиком? Ты не переместил его вместе со служанками в Птичьи Земли?

– Он сам сбежал, – улыбнулся Вольфзунд. – Горжусь им до безобразия. Представляешь, сколько мужества в немом смертном мальчишке? Улизнул из замка, не желая повиноваться захватчикам. И унёс все ключи с собой. – Вольфзунд довольно хохотнул. – Надеюсь, этим он доставил массу проблем отцовским прихвостням.

Симониса порадовалась, что Ансу удалось целым и невредимым выбраться из замка, но следом пришла какая-то неприятная мысль.

– Погоди, и где он сейчас? Он жив?

– Жив, не волнуйся, – успокоил её Вольфзунд. – Я освободил его от службы. Вернул его Аутем. И даже устроил на новую работу. Анс теперь прислуживает на кухне «Полумесяца», и, кажется, ему там нравится. Ну так вот, – Вольфзунд снова повернулся к угрюмым сорокам, жавшимся у стены. Судя по взглядам, они не питали к Владыке тёплых чувств, но долг заставлял их выполнять любую его прихоть.

– Что нам делать? – спросил мужчина.

Вольфзунд отделил от связки маленький изящный ключ и протянул сороке-матери. Она неохотно взяла ключик, рассмотрела и спрятала за пазухой.

– Слетай к замку, – обратился к ней Владыка. – Там, в высокой стеклянной башне, томится множество птиц. А на самой вершине башни есть окно, отпирающееся снаружи этим самым ключом – так, на всякий случай. Оно достаточно широкое, чтобы туда протиснулась даже самая крупная из запертых в башне птиц. Слетай туда ночью и отвори окно. Я не хочу, чтобы отцу достались мои продажники.