Чтение онлайн

Илар, обняв Раско за плечо, подошёл к ним. Дудку он взял в другую руку – чтоб Раско перестал мучить ею их уши.

– Он попросил нас подождать до утра. Не хотел, чтобы приезжали слишком рано. Добился, чтобы нам открыли ворота. Знаешь, даже я бы с таким не стал спорить, себе дороже. Провёз через город, указал это место. И описал дом, где тебя искать. Дальше не поехал, вернулся в лагерь.

– Понятно, – ответила Мавна бесцветно.

– А я когда вырасту, тоже хочу стать чародеем! У них красивые кони, а ещё – ужас! – козлиные черепа, это так здорово! Я жуть как хотел потрогать, но этот Земляничник мне не дал, стал ругаться. – Раско состроил кислую гримасу.

– Не надо тебе чародеем, – отрезал Илар. – Пекарем будешь. Или бортником. Да хоть молочником, только не лезь к огнепоклонникам. Обещаешь?

Раско заныл, что всё равно хочет стать чародеем и носить козлиный череп, а Илар снова привлёк к себе Мавну и глухо проговорил, прижимая её к груди:

– Мы с ним сначала немного подрались. По-мужски. Но он говорил о тебе с улыбкой. И оборачивался на город. Наверное, я бы тоже так говорил о Купаве.

Мавна спрятала лицо, утыкаясь в рубаху Илара, и тяжело вздохнула.

– Только он бешеный. Смотри, пожалуйста, чтобы он никого не убил. И чтобы его никто не убил. И сам никого не убивай. И не умирай…

– Сколько условий! Сестрица, когда ты стала такой строгой?

Мавна легонько ударила его кулаком в бок.

– Мы пусть бешеные, но не безголовые, – добавил Илар уже серьёзно. – То, что нравится тебе, нравится и мне. И раз уж ты замолвила словечко, то так и быть, привыкну. Только я хотел идти в дозор на городскую стену, а не в лагерь. Дозорным мне как-то привычнее.

Мавна согласилась. Пусть хотя бы Илар не кидается в самое пекло – ей будет спокойнее.

Они долго обнимались вчетвером – посреди улицы, не обращая внимания на то, что их все обходят. Трепали друг друга по волосам, целовали в щёки. А потом Илар и Купава, отойдя в сторонку, целовались в губы, и Мавна с Раско отвернулись, чтобы не мешать.

Илар забрал лошадь и ускакал прочь с Чумной слободы. Мавна, Купава и Раско, утирая носы, смотрели ему вслед до тех пор, пока он не скрылся за поворотом улицы. Наступил настоящий вечер: тёмный, густой, с отблесками костров во дворах, с ароматами готовящейся пищи и крепких травяных чаёв. Небо вновь начало наливаться оттенком малинового – и с окрестностей снова тревожно потянуло дымом.

– Пойдём, покажу наше жильё. – Мавна оторвала взгляд от жутковатого неба и потянула Купаву в дом. – Покровители, какое же счастье, что ты снова у меня есть.

Чтобы Чумная слобода скорее осталась позади и он не успел обернуться, Илар всё сильнее подгонял коня – он ясно понимал, что, стоит ему ещё раз взглянуть на Купаву, на живых Мавну и Раско, тогда и ему, и им расставание дастся ещё тяжелее.

Пару раз он малодушно подумал: а что, если всё-таки остаться с ними? Он не воин и не чародей, он – простой пекарь из маленькой деревни. Его дело – месить тесто и печь хлеба с поджаристыми корками, а потом продавать их мирным людям. Ну какой из него убийца упырей?

Но Илар одёргивал себя: нет, сейчас он не пекарь. Он сильный молодой мужчина с проснувшейся искрой, умеющий сражаться и защищать близких. Если все вспомнят свои мирные занятия, то даже дозорных не останется, а паре чародейских отрядов не выстоять под натиском нежаков. Тогда стены города падут, сражения перетекут на улицы, а простым людям не под силу справиться с таким количеством упырей.

За пазухой, завёрнутый в клочок тряпицы, ощущался твёрдый уголёк. Что ж, чародей не обманул: угольки на самом деле помогли добраться до города. Выходит, он помог спрятать Купаву за городскими стенами – не говоря уж о том, что и про Мавну с Раско не врал…

Илар хотел сразу свернуть к постам дозорных и попроситься к ним, но в последний момент передумал и погнал коня к городским воротам. Его выпустили неохотно, приоткрыв створки ровно настолько, чтобы мог проехать всадник, и тут же ворота снова захлопнулись за спиной.

В этот раз уголёк тоже скрыл. Нежаки сновали в рваной шали тумана между городом и чародейским лагерем, окружённым стеной из костров. У городских ворот теперь тоже пылали высокие костры, не давая нежакам подобраться слишком близко. Нижняя часть стены, сложенная из булыжников, обуглилась от пламени, но до бревенчатой части огонь всё-таки не доставал.

Проскакав через неширокую полосу поля, Илар замедлил коня и окликнул Вайду, чтоб она пригасила костёр и позволила ему войти. Упырей вокруг лагеря стало меньше, но Илар понимал: пока вечер только сгущается, и к ночи набегут ещё. Небо затягивало дымной пеленой, серо-рыжей, тяжёлой и душной, и дышалось здесь гораздо труднее, чем в городе.

Илар спешился, прошёл через всю стоянку и устроил коня у перелеска, вместе с остальными лошадьми. Лагерь жил своей жизнью, но по настороженным разговорам, по резким движениям чародеев, по оружию, которое теперь почти всегда тускло горело и не гасло, чувствовалось, как все устали и напряжены. Илар прошёл мимо костров с булькающей похлёбкой, мимо нескольких козлиных черепов, разбитых и лежащих на земле – Боярышник рассказал ему, что при вступлении в отряд каждый чародей закладывает в череп часть своей искры, чтобы воспользоваться в битве, когда своих сил останется слишком мало. Что ж, в этих разбитых черепах больше не горели искры – отслужили своё, вернули силы хозяевам. А некоторые и вовсе принадлежали уже убитым чародеям.

Он дважды обошёл всю стоянку, прежде чем наконец-то нашёл Смородника. Тот стоял прямо за кострами, снаружи защитного круга, и сосредоточенно вглядывался в сторону болот, держа руку на ноже.

– Пропустишь? – кашлянул Илар.

Смородник, быстро обернувшись, взмахнул ладонью, будто разрубая воздух: между кострами образовался проход, через который шагнул Илар.

– Я хотел сказать спасибо, – глухо проговорил он.

Чуть склонив голову набок, Смородник всмотрелся в него настороженным вопросительным взглядом. Илар усмехнулся про себя. Ну, раз собеседник молчит, он будет говорить один.

– Спасибо, что дал мне надежду. Теперь сражаться будет проще. Есть ради кого. Я и не верил, что с сестрой и братом всё хорошо. Спасибо, что позаботился о них. Я этого не забуду.

Он похлопал Смородника по плечу – так, как похлопал бы товарища по дозорной службе – или старшего брата, будь он у него.

– Она что-то спрашивала? – с сомнением буркнул Смородник.

Илар заметил, как жадно сверкают чёрные глаза. В белом проблеске отражалось пламя, почти так же временами алели глазницы чародейских черепов, и если бы он сейчас видел этого человека впервые, то точно решил бы, что от такого стоит держаться подальше. Илар просил Покровителей защитить Мавну от лихих людей, упырей и чародеев – и представлял кого-то вроде Лыка, с мерзкой ухмылкой и хитрым взглядом. Но этот Смородник выглядел едва ли не опаснее – и казалось шуткой Покровителей то, что именно он вернул Илару брата с сестрой.