Чтение онлайн

Петербург. Зимний дворец

Впереди по коридору шел Михайлов, прежний наставник цесаревича. Мужичок кривился, нещадно потел, всем своим видом показывая, как ему не хочется идти. Следом вышагивал Пушкин.

— Может все-таки чуточку выждем? — в очередной раз попросил мужичок, с мольбой заглядывая в глаза Александру. — Ведь, гневаться будет. Не дай Бог, еще государю нажалуется или, вообще, государыне…

Пушкин со вздохом покачал головой. Как же здесь оказалось все запущено. Что же за маленькое чудовище его ждет там?

— Ой, быть беде, как пить дать, быть беде, — тихо причитал Михайлов, замерев у одной из дверей. Взгляд как у битой собачонки, жмущейся к стене. — Точно гневаться будет.

Александр не останавливаясь толкнул дверь и вошел внутрь. Правда, сразу же встал, как вкопанный. Прямо у его ног ровными рядами в походных колоннах стояли солдатики-пехотинцы, преображенцы, если он не ошибался. Чуть дальше и вплоть до большого письменного стола тянулись бесконечные ряды конных драгун, сотен пять не меньше. После каждого эскадрона стояли по две-три повозки с артиллерийскими орудиями и пушечными расчетами на конях. У самого стола застыли ровные колонны солдат-противников, одетых в сине-желтые цвета шведской короны — пехота, всадники, знаменосцы с яркими флагами, трубачи, пушкари с орудиями.

Каждый из солдатиков больше напоминал не игрушку, а настоящее произведение искусства. Сделанные из олова, они до мельчайших подробностей копировали форму, оружие и амуницию настоящих солдат. Если приглядеться, то можно было разглядеть крошечные пуговички на кафтанах, пряжки на ремнях и сапогах, залихвастские усики у офицеров и аккуратные бородки у пушкарей.

И не думая скрывать удивление, Александр с любопытством разглядывал солдатиков. Даже волнение куда-то испарилось, уступив место детскому восторгу. Ведь, такого зрелища он еще не видел в своей жизни.

Поэтому, наверное, и проглядел цесаревича, который в этот самый момент выглядывал из-за стола. Донельзя недовольный, мальчишка громко крикнул:

— А ты еще кто таков? А ну пошел вон! Пошел, пока я солдатам не приказал тебя вышвырнуть!

Из другой комнаты, и в самом деле, показались двое дюжих гвардейцев-преображенцев, бросавших на Пушкина грозные взгляды.

— Ваше Высочество, позвольте представиться — Александр Сергеевич Пушкин, — совершенно спокойно произнес поэт, уверенно выдерживая злой взгляд мальчишки. Честно говоря, спокойствием Александру далось совсем не просто. Больше всего хотелось сейчас схватить цесаревича в охапку и дать ему как следует ремня, чтобы привести в чувство и научить вежливости. — Его Величество попросил меня быть вашим новым наставником. Уверен, что он уже предупреждал вас об этом.

Константин молча поднялся, насупившись, смерил взглядом Пушкина.

— Батюшка говорил, — наконец, он выдавил из себя.

— Хорошо, Ваше Высочество, очень хорошо. А теперь позвольте спросить, почему вы прогуливаете занятия? По распорядку, утвержденному государем, именно сейчас вы должны заниматься историей Отечества.

Пушкин, конечно же, понимал, что их знакомство начинается не очень хорошо, и мальчик с легкостью может его возненавидеть. Однако идти у него на поводу он и не думал.

— Почему вы молчите, Ваше Высочество? Занятие историей Отечества крайне важно для будущего императора, или у вас имеется другое мнение?

Сейчас важно было вызвать мальчишку на диалог, наладить хотя бы какое-то общение. Александру нужен был хоть какой-то отклик, чтобы «зацепиться», а потом и «оттолкнуться» от него.

— Не хочу… — цесаревич нахмурился. — Скучно там. Лучше в солдатики играть или на корабле кататься.

Едва услышав это, Пушкин чуть не вскрикнул от радости. Скука! Вот то, что ему и нужно, чтобы расшевелить наследника престола. Ему нужно было лишь избавить цесаревича от скуки на занятиях, чтобы вызвать интерес, а вместе с ним и заслужить уважением и авторитет.

— Говорите, история Отечества скучна, Ваше Высочество?

Цесаревич хмуро кивнул.

— А хотите я докажу вам обратное? — хитро улыбнулся поэт. — Хотите, я прямо сейчас докажу вам, что история нашего Отечества — это наиинтереснейшее в мире занятие, которое навсегда вас избавит от скуки? И, если я не прав, вы снова вернетесь к своим солдатикам…

— Хочу.

Пушкин кинул на дверь, предлагая выйти в коридор.

— Прямо сейчас, Ваше Высочество, я предлагаю вам перенестись во времена благородных рыцарей, свирепых завоевателей и, конечно же, тайных сокровищ…

Заметив зажегшийся в глазах цесаревича огонек любопытства, Александр удовлетворенно кивнул. Рассказы о грозных рыцарях, неприступных замках и жестоких разбойниках никого не могли оставить равнодушным, а особенно скучающего юнца, которым, без сомнения, и являлся Константин. У Пушкина как раз было кое-что припасено для такого случая из его богатого педагогического опыта.

— Знаете ли вы, Ваше Высочество, что этот дворец полон тайн? За позолотой его роскошной лепнины, великолепным убранством скрывается множество секретных ходов, которые еще помнят великим российских императоров и императриц. Где-то здесь, совсем рядом с нами, за стенкой может красться искусный шпион или даже отравитель…

Стоявшие за спиной цесаревича гвардейцы тут же «возбудились». Схватились за рукояти сабель и начали «обшаривать» стены коридора подозрительными взглядами. Не отставал от них и сам Константин, взгляд которого тоже «прилип» к ближайшей стене.

— Может быть где-то здесь хранятся потерянные сокровища, по легенде спрятанные великой императрицей Екатериной много — много лет назад…

С трудом скрывая улыбку, Александр продолжал рассказывать одну из многочисленных легенд Петербурга, которых знал сотни и сотни. Восторженный поклонник величественного города, он мог бы с легкостью заткнуть за пояс любого из молодых экскурсоводов и знатоков истории Санкт-Петербурга.

— В этой зале есть одна неприметная ручка, о которой мало кто знает. И если ее особым образом потянуть вниз, то прямо в стене откроется дверца…

На глазах у открывшего рот цесаревича, Пушкин быстро подошел к стене и неуловимо коснулся гипсовой лепнины, причудливо тянувшейся от пола к потолку. Тут же в стене появился темный проем.

— Как, Ваше Высочество, хотите почувствовать себя первооткрывателем?

Конечно же, этот проем не вел ни в какой тайный и всеми забытый ход, а был всего лишь переходом между комнатами и использовался слугами. Об этих ходах в будущем экскурсоводы часто рассказывали посетителям Зимнего дворца, в красках описывая внутреннюю жизнь императорской четы.

— Ой! — Пушкин вдруг громко вскрикнул и, нагнувшись, показал всем небольшую золотую монетку с необычными надписями, которую только что незаметно вытащил из своего кармана. Это был самый настоящий испанский дублон, несколько сундуков которых они с товарищами привезли из тайника ордена Розы и креста. — Видите, Ваше Высочество?! Я же говорил про сокровища.

Мальчишка чуть не подпрыгнул на месте, желая в тот же самый миг рвануть в этот проем. Об гвардейца, не сводившие жадных глаз с золотой монеты, тоже не скрывали своего желания пойти и поискать точно такие же золотые монетки.