Чтение онлайн

– Крис Фэлон и Джейд Макнил живы, - сообщил Дюран каким-то замученным голосом.

На Максвелла данное известие подействовало как удар под дых. Свободный галстук, до этого не причинявший ни малейшего дискомфорта, вдруг начал давить на шею. Ослабив его, Максвелл попытался собраться с мыслями. Крис Фэлон сгорел заживо три года назад во время пожара в “Парадайз Холл”. По крайней мере, такова была версия Руперта Дигби. Максвелл от этого известия пришёл в ярость. Он хотел, чтобы пытка длилась гораздо дольше, а смерть воспринималась бы как избавление. Но из-за халатности Дигби Крис не успел прочувствовать и пятой доли того, через что прошла Луиза Палмер. Именно за это Максвелл и наказал беглого доктора, поместив Руперта в “Новый Эдем”. Теперь же выяснилось, что солгал не только Дигби, но и Марко, отчитавшийся об успешном устранении Химеры.

Недолго думая, Максвелл набрал номер Дюрана. Тот ответил на звонок после пятого гудка.

– Я не знаю, где ты сейчас, но чтобы через двадцать минут был у меня в кабинете! – грозно проговорил Кроуфорда.

Ответа не последовало.

– Ты что, оглох? Я сказал…

Максвелл осекся, не договорив фразу до конца. Судя по голосу, Марко был не в лучшей форме, когда записывал голосовое сообщение. Очень даже может быть, что это были его последние слова. Если это так, то телефон Дюрана попал в чужие руки. И Максвелл догадывался, в чьи именно.

– Крис? Это ты? – на всякий случай уточнил Кроуфорд.

Фэлон выждал паузу, и когда уже Максвелл решил, что ответа не последует, Крис сказал:

– Луиса больше нет.

– Какого Луиса?

– Ты знаешь, какого. Догадываешься, кто следующий, или подсказать?

Это фразой Крис дал собеседнику понять, что знает, по чьей вине оказался в “Парадайз Холл”. И кто убил Роджера Фэлона ему тоже известно.

– Догадываюсь. Только ничего у тебя не выйдет, - заявил Кроуфорд, оправившись от потрясения.

– Вот скоро и проверим, - пообещал Крис, прежде чем нажать на сброс, оборвав разговор.

Максвелл предвидел, что известие о смерти Криса опечалит его сестру, но не ожидал, что так сильно. Кейт заперлась в своей комнате, и целый день оттуда не выходила. Всех, кто пытался прервать её затворничество, девушка грубо посылала куда подальше, но лишь поначалу. Потом она просто перестала хоть как-то реагировать на внешние раздражители. В очередной раз не получив никакого ответа от сестры, Максвелл испугался, что она что-то с собой сделала. Отбросив все приличия, Кроуфорд просто вышиб дверь. Вопреки его опасениям, ничего ужасного с собой Кейт не сотворила. Она просто сидела на полу в дальнем углу, и смотрела в одну точку, прижав согнутые колени к груди. Выглядела девушка полностью опустошённой.

Максвеллу очень хотелось её утешить, но он не представлял, как это сделать. В данной ситуации любые слова были бесполезны. Поэтому Кроуфорд просто подошёл к Кейт, и устроился рядом. Какое-то время брат и сестра просто сидели молча, затем Максвелл начал ласково гладить девушку по голове.

– Почему это случилось именно с Крисом? – нарушила Кейт затянувшуюся паузу.

– Я не знаю, - только и ответил Максвелл.

Больше они ни о чём не говорили, а просто наслаждались тишиной. Через какое-то время в комнату дочери пожаловал и Стефан, сразу дав понять Максвеллу, что хочет поговорить с ним наедине. Оставив Кейт одну, отец и сын перешли в кабинет Стефана.

– Я знаю, что ты сделал с сыном Роджера, - заявил Кроуфорд-старший, едва Максвелл прикрыл за собой дверь.

– Откуда?

– Какая разница? – повысил голос Стефан.

Максвелл в ответ на это лишь пожал плечами. Ему было больно видеть, как из-за “смерти” Криса страдает Кейт, но о содеянном ничуть не сожалел. Решение заточить Фэлона в психиатрическую лечебницу не было спонтанным. Максвелл к этому готовился, и мог дать задний ход на любом этапе, но предпочёл довести дело до конца.

– Почему ты это сделал? – спросил Стефан уже гораздо спокойнее.

– Потому что он это заслужил, - честно ответил Максвелл.

– Чем он это заслужил? Тем, что увёл у тебя девчонку? Согласен, поступок непорядочный. Но отыгрываться таким способом…

– Дебора здесь не при чём, - перебил отца Максвелл.

На самом деле, это было не совсем так. О разрыве с изменщицей Кроуфорд действительно не жалел, но тот факт, что именно Крис увёл у него подружку, подлил масла в огонь. Неприятно, когда тебя обходит тот, кого ты искренне и самозабвенно презираешь.

– Тогда в чём дело? – стал допытываться Стефан.

– В том, что Крис Фэлон – жалкий, самовлюблённый паразит. Он верил, что ему все дозволено, хотя и пальцем о палец не ударил, чтобы чего-то достичь. Всё ему давалось легко, и он принимал это как должное. И это при том, что без богатства и связей своего отца он - никто. Пустое место.

Стефан недобро прищурился.

– Так всё дело в зависти?

– Да при чём здесь зависть? С чего бы мне ему завидовать? – завёлся Максвелл.

Кроуфорд-старший ничего на это не ответил, но по лицу отца Максвелл определил, что тот остался при своём мнении. И это было неприятно.

– Я провёл бок о бок с ним достаточно времени, и хорошо знаю, что он собой представляет. Крис Фэлон был ничем не лучше своего папочки. А со временем мог стать и ещё хуже.

– А тебе не кажется, что ты сам себе противоречишь? – подметил Стефан.

– Что?

– Сначала расписываешь, каким никчёмным и недостойным человеком он был, а теперь говоришь, что в отдалённом будущем он мог стать кем-то вроде своего отца. Как одно сочетается с другим?

Слышать упрёк в неискренности было неприятно. Ещё неприятнее было осознавать, что в чём-то Стефан прав. А ведь до этого момент Максвелл считал себя чуть ли не образцом рассудительности и рациональности. Он верил раньше, что Крис получил по заслугам, и продолжал верить в это сейчас, но не мог достучаться до отца. Неприязнь к этому человеку возникла у Максвелла чуть ли не с первого взгляда. Кроуфорда раздражало в нём абсолютно всё, начиная от самодовольной ухмылочки, заканчивая голосом. Ещё ранее, не зная правды о судьбе своей матери, Максвелл презирал Криса, а уж когда Стефан всё ему рассказал, оба Фэлона стали для него олицетворением всего самого плохо.

– Если бы ты действительно верил в то, что говоришь, то поделился бы своими планами со мной, ведь я был с тобой честен, - привёл Стефан ещё один аргумент.

– Что сделано, то сделано. Я ни о чём не жалею, и тебе не советую, - заявил Максвелл, оставив попытки убедить отца в правильности своих действий.

Стефан укоризненно покачал головой.

– Зря я рассказал тебе правду о Луизе. Стоило попридержать её до этого момента. А лучше и вовсе умолчать, - констатировал глава семейства.