Чтение онлайн

— Ниа, — супруг начал злиться, — мне в постели нужна женщина, а не ледяная глыба!

— А ты прикажи! — если сейчас не получиться, то кроме ненависти между нами ничего больше не будет. Супруг должен полюбить меня, только так смогу покорить зверя и нанести решающий удар! Либо любовь, либо ненависть — иного не дано!

Глядела прямо на Алэра — глаза в глаза, не смущаясь, не страшась.

— Разденься! — велел он, и я покорно скинула платье, а оно плавно упало к моим ногам. — Теперь раздень меня! — демон приказывал дальше.

Не противилась — желает видеть рядом рабыню — его право! Подошла и помогла стянуть тунику и штаны, униженно падая на колени, опуская взгляд, смиренно ожидая следующего повеления своего господина.

— Встань! — приказал он, и я исполнила это требование, кожей ощущая злость, негодование, охватывающее супруга, его безумие, но не отступая от намеченной цели. — Прикоснись ко мне! — рычит Алэр, и я послушно поднимаю руки.

Кончики пальцев осторожно трогают мускулистое тело, очерчивая каждую мышцу груди, пробегают по плечам, возвращаются обратно и провокационно следуют ниже.

— Остановись! — звучит из уст супруга очередное приказание, и я убираю руки, нервно сцепляю их, прижимая к животу и остаюсь стоять, ни о чем не прося, ничего не высказывая.

— Ниавель! — в голосе лорда ир'шиони звенит приглушенная сталь. — Прекрати!

— Все, что пожелаешь, мой эр, — отошла на пару шагов, упираясь спиной в каменную, незыблемую поверхность стены.

Пару минут он прожигал меня непримиримым взглядом, казалось, еще мгновение и мир вокруг запылает. Резко наклонился, поднимая с пола одежду, на ходу натянул штаны, на пороге, накидывая тунику, оглянулся и бросил:

— Надеюсь, ты одумаешься! — и от души хлопнул дверью, закрывая ее с другой стороны, отчего я подпрыгнула.

«Сегодня я проиграла»… — мысль пришла и исчезла, словно ее унес игривый ветер, ворвавшийся через окно, у которого замерла.

Глаза сухи, в голове пустота, на душе застыл лед, который не в силах растопить и огненная река. Сегодня был странный, тяжелый, но судьбоносный день. Я устала, сражаясь с обстоятельствами, с супругом и с самой собой, нужно отдохнуть, используя предоставленную возможность. Отчаяние, боль — пустое, ненужное, а вот надежду я сберегу в своем сердце. Пусть она пока всего лишь маленькая, едва заметная искорка, но как ослепительно сияет! Несмотря на все, что стоит между мной и Алэром, он сегодня отступил, не взял меня силой во второй раз, дал время подумать, и значит, предстоит очередная битва, да не одна. Но буду верить, что победа в этой войне останется за мной!

Уснула быстро, и что самое главное спала крепко, возможно, впервые за долгое время. Меня не тревожили кошмары, сердце не сжималось от испуга или горя, сон был глубок и спокоен. Медленными шагами брела по роще ильенграссов, наслаждаясь благоуханием их цветов, лепестки которых, как снежинки, устилали землю, укрытую прошлогодней листвой. В глубине рощи царила приятная атмосфера — ни порывистый осенний ветер, ни мелкий, надоедливый дождик не нарушали покой и умиротворение этого места. Прикоснувшись к одному из широких стволов, ощутила биение жизни всего Нордуэлла, а еще мне стали доступны воспоминания ильенграссов. Деревья видели, чувствовали и веками хранили каждую мелочь, каждый шаг гостей и обитателей замка. Когда-нибудь я отважусь рассказать о каждой поведанной мне истории своей дочери — будущей королеве Ар-де-Мея, чтобы помочь ей избежать ошибок, сделанных двумя предыдущими правительницами, но пока мне нужно понять самой, как жить и что делать дальше.

Проснулась вполне отдохнувшей, четко знающей, что нужно от жизни и желающей немедленно приступить к делам. Для начала хотелось умыться, желательно ледяной водой, но в Сторожевом замке она была такой же редкостью, как плоды апельсиновых и лимонных деревьев. В дверь робко постучались, и когда я дала позволение войти, увидела двух слуг. Мой завтрак прибыл! Расставляя блюда на столе под четким надзором воинов, среди которых присутствовал эрт Декрит, сверливший меня нехорошим взором, но помалкивающий, один из двух пареньков, украдкой припрятал под чашу, поставленную передо мной, смятый листок пергамента. Я выглядела безмятежной — отдых пошел на пользу, молчаливо ожидая начала трапезы. Слуги ушли, а эрт Декрит не пожелал удалиться, пришлось красноречиво вздохнуть, намазывая тонкий слой меда на ломоть свежайшего, только-только вынутого из печи, хлеба и посетовать:

— А воду для умывания мне так и не принесли…

— Если бы… — заговорил Лион, но под моим суровым взором умолк, повел плечами, склонился и изрек. — Если соблаговолите подождать, то я распоряжусь, Ваша милость!

— Подожду! — объявила я, отвернулась и с удовольствием вонзила зубы в хлеб, смакуя на языке тягучую медовую каплю.

Дверь негромким хлопком оповестила меня, что эрт Декрит вышел, и я, бросая недоеденный ломоть на блюдо, дрожащими от волнения пальцами вытянула на свет пергамент.

Небольшое послание, написанное явно второпях, позволило узнать немало. «Мы рядом, королева! Ар-де-Мей помнит о вас!» Подписи не было, что не удивительно! Записка передана слугами, скорее всего, ар-де-мейцами, жаль, что я плохо рассмотрела паренька. Беспокоило только одно — почему ни альбины, ни тетушка не поведали мне об этих, будем считать, спасителях? Не верю, что забыли, знаю, что скрыли, вот только почему? И кстати, не забыть бы спросить, отчего меня встречали лишь они одни? Неужели все советники отца погибли в той давней схватке?! Я не ждала пафосной встречи, но прошедшая заставляла насторожиться. Записку непроизвольно смяла, раздумывая, гадая, но не находя нужного ответа. Как бы не стать игрушкой в очередных умелых руках желающего владеть моими землями! Как бы мне не хотелось, что бы я себе не представляла — королева Ар-де-Мея всего лишь символ, образ, а не реальный человек! Больше чем уверена, что в Хрустальном городе остались те или тот, кто способен захватить власть, убедить королеву выбрать его своим помощником, показать, что способен защитить несчастную жертву плена, уберечь от опасности, втихомолку нашептывая, навязывая свою волю, да так, что правительница будет считать принятые решения собственными. Выбор мой, откровенно говоря, невелик — либо надо мной будет стоять демон, либо ар-де-меец! Здесь следует четко определиться, выбрать, кто из них сумеет защитить мой народ от Беккит! И пока чаша весов склоняется в пользу лорда Нордуэлла, он, в отличие от ар-де-мейцев, смог защитить свой край от нападок змеюки!

Дверь вновь распахнулась, и я вздрогнула — эрт Декрит не потрудился стуком сообщить о своем возвращении. Прищурился, гневно раздувая ноздри, разглядывая меня. Выпрямилась, взглядом давая понять, что недовольна его поведением. Лион чуть склонил голову, все же признавая мое положение, и больше ничего, только гаркнул на слуг, чтобы поторопились.

Доедать пришлось под пристальным взглядом эрт Декрита, но когда закончила ехидно, словно у пустоты, поинтересовалась:

— А умываться тоже при вас нужно?

Ответ Лиона, сказанный весьма злым тоном, меня поразил:

— Из этой комнаты я выйду тогда, когда мне прикажет мой лорд!

— Помнится, вы уже переступали порог этой комнаты, — сделала ударение на словах, — в обратном направлении!

— Признаю, это было моей ошибкой! Но огорчу вас, от двери я удалился всего на пару шагов!

— Эр, я не сбегу! Мне идти некуда! — должна была это сказать. Ир'шиони не должен меня подозревать, необходимо усыпить его бдительность, заставить расслабиться, чтобы понять его замыслы и узнать правду. Я все еще считала его возможным наблюдателем Беккитты и собиралась разоблачить.

Эрт Декрит упрямо глядел на меня, не делая попыток выйти, пока дверь за его спиной не распахнулась, впуская Алэра. Искоса рассматривая супруга, понимала, что ночь для него прошла не так безмятежно, как для меня. Пока я отдыхала, он что-то праздновал… скорее, напивался! Поджала губы, надеюсь, он был один!

Лион незамедлительно отправился к выходу, и я обратила пристальное внимание на супруга.

— Что ты решил?

— Ниавель, мы… — лорд прищурился, разглядывая меня так, будто видел впервые, будто ожидал любого подвоха, всегда готовый дать язвительный отпор.