Чтение онлайн

От необдуманных поступков меня удержали двое: Райт и Зирана, магичка еще и обняла.

Сияющая от восторга Светлова, красуясь, подошла к Люту, и он протянул ей руку, приглашая подняться на небольшую ступеньку у алтаря. Жрец Тилла приготовился к церемонии, даже рот открыл. Но его слов мы не услышали, потому что раздались развязные речи Арвина:

— Погодите-погодите! Не начинайте без меня!

Я ахнула, когда разглядела, что Зяблик успел хорошенько выпить, а в зал прошел, покачиваясь сам и покачивая в руке бутыль с чем-то крепким, судя по этикетке.

— Арвин! — попробовал осадить своего сына отец Зяблика, но не преуспел.

Из рыжего получился бы великолепный актер, так самозабвенно он играл выдуманную роль. Ришен Ладов тоже не подвел, выскользнул из толпы и подошел в Гэврэлу, указывая на балкон, опоясывающий зал. Арвина захотели остановить еще несколько смельчаков, а мы с Райтом, скрываясь за спинами гостей, поспешили к алтарю. Гэврэл отошел к лестнице, ведущей наверх, к музыкантам, и Ришен настойчиво тянул его дальше. Дамара, не понимая происходящего, но явно что-то подозревая, вцепилась в руку Гримма, панически оглядывая пришедших на торжество людей.

Лют не проявлял признаков какого-либо беспокойства, даже на выкрутасы Арвина глядел равнодушно. А уж Зяблик изгалялся, как мог, бегая от прибывших на подмогу стражников.

Дамара смогла увидеть нас с Райтом только тогда, когда мы добрались до алтаря. Ее взгляд из торжествующего превратился в затравленный. Так может смотреть только дикий зверь, преследуемый охотниками. Но мне ее было ничуть не жаль.

— Не отдам! — истерично заорала она, прожигая меня убийственным взором.

Я ответила ей тем же, а вслух еще и известила — пусть все знают:

— Ведьма никогда и никому не отдаст своего мужа!

— А где доказательства? — не сдалась она. — Нет ни одного документа, подтверждающего церемонию! — с победным видом закончила.

Позади нас в зале послышались возгласы: кто-то из людей не мог вникнуть в суть происходящего, кто-то возмущался тем, что ведьма проникла на церемонию, кто-то требовал раскрыть правду.

— Зато есть свидетели! — пока я решала, что ответить наглой захватчице, высказался Райт. — Я готов подтвердить, что мой друг Грэйн Лютов женился на ведунье Аниике Яблочкиной.

— И я! И я тоже! — качаясь на богато украшенной, шелковой портьере, оповестил собравшихся Арвин.

Ткань не выдержала, и маг рухнул на пол, где его и схватили стражники. Поднялся всеобщий гвалт, где отдельных слов уже было не разобрать. Я видела, что Зверовы вступились за меня, как и Лиа Ладова. Ришен боролся на лестнице с Лютовым-старшим, и Райт с тревогой следил за ними. Я, послав всех и все к паземкам, подошла к любимому. Ветром столкнула со своей дороги окрысившуюся Дамару, взяла прохладные ладони Люта в свои, заглянула в холодные глаза.

— Милый, вспомни, прошу! — взгляд синих глаз оставался безучастным.

— Ничего у тебя не выйдет, ведьма! — злобно выкрикнула Светлова, бросилась ко мне, но была вовремя схвачена Райтом.

Я обняла Гримма, надеясь услышать стук его сердца, но оно билось неторопливо, точно не хотело этого.

Я залилась горькими безнадежными слезами — в этот миг любимый маг напоминал ожившую, но так и не ставшую человеком, статую. Безжизненный взгляд, как будто застывший; движения, словно замороженные. Обернулась к отцу Люта. Он уже успел сбросить Ришена с лестницы и теперь творил темную волшбу. Я отчаянно прокричала:

— Неужели не видите, что убиваете его?

— Все, что угодно, только бы он тебе не достался, ведьма! — отозвался маг и безумно захохотал, складывая пальцы в нужную композицию, готовясь шептать слова смертельного заклятия.

Я посмотрела на Дамару, она была свободна, так как Райт кинулся на помощь к отцу. Ее уста беззвучно что-то шептали, наверное, проклятия в мой адрес. И я, глотая слезы, проговорила:

— Если любишь, отпусти! Иначе он умрет!

— Скажи это себе, ведьма! — с ненавистью изрекла она в ответ.

Я повернулась к любимому, понимая, что не в силах справиться с черной волшбой, потому отступая. Шаг назад, еще один и смотрю только на НЕГО — единственного мужчину, которого теперь не заменит никто. Не слышала криков друзей, не слушала прочих, из-за слез лицо Гримма расплывалось, и эти обманчивые движения казались эмоциями. На самом деле Лют оставался совершенно спокоен, будто ничего необычного вокруг него не происходило. Прощаюсь со своей любовью на веки, обещая и ему, и себе, что расскажу детям о ней. И вдруг Грэйн вздрогнул, обнял плечи руками, которые разом покрылись твердой чешуей — демон побеждал Люта. И я не могла допустить, чтобы супруг погиб. Отступила окончательно, сказав сопернице:

— Иди, успокой его…

А сама опустила взор, чтобы не тревожить память супруга, не пытаться разбудить его разум от колдовского сна.

В зале между тем наступила пугающая тишина, не своим голосом завыл Гэврэл, проклиная всех ведьм на свете. Что-то укололо меня между лопаток, вызывая озноб, а изменившийся Гримм спрыгнул с возвышения. Высокий, выше, чем человек, чернокожий демон, направился к нам. Я видела только его глаза — синие, гораздо более насыщенного цвета, чем обычно, потому что в них горело яростное пламя.

Охнула за спиной Дамара, но я не повернулась, наблюдая за Лютом. Магичка, пискнув, ухватилась за меня, вот только я не поняла, что она хотела сделать — укрыться за моим телом, или все-таки утянуть назад, надеясь спасти от неистовства демона. Но я верила, что Грэйн победит, потому не сдвинулась с места, опустила руку на живот, успокаивая разволновавшихся деток. Пусть еще таких маленьких, но уже осознающих все, чувствующих и горе мамы, и состояние папы. Поняла, что нужно делать, протянула другую руку, выставила ее на пути демона и выговорила:

— Прикоснись…

Лют моргнул, схватился за голову, а затем и за мою руку, едва не уронив при этом и меня, замер. Пламя в его глазах угасло, тело постепенно вернулось в прежнее состояние, и меня стиснули в медвежьих, вернее в истинно демонических, объятиях.

— Веснушка, — прохрипел он мне на ухо, и я разревелась, теперь уже от счастья, а потом рассмеялась.

Мой личный маг поцеловал меня, затем вдруг отпустил а, замечая мое изумление, пояснил:

— Она пыталась убить тебя! — и скакнул за мою спину.