Чтение онлайн

– Сиди тогда здесь до морковкина заговенья…

– Куда тебя потом – это в Центральном решать будут, а там хорошего места тебе никто не придержит…

– Самые первые, говорят, так те вообще сами ехали и куда хотели…

– Ну, так чего ты в своём дерьмовом тауне сидел, раз такой умный?

Эркин краем уха ловил эти обрывки фраз и разговоров, медленно продвигаясь с Женей и девчонками к раздаточному окну. Алису уже отправили занимать место. Сегодня на ужин картофельная запеканка с мясом и, как всегда, два куска хлеба, чай и булочка.

Пробираясь с подносом к столу, Эркин заметил стоящего в очереди на раздачу Фёдора. Ну, отлично! После ужина и поговорим.

– Здесь он? – спросила Женя, увидев его повеселевшее лицо.

– Да, – кивнул Эркин. – В очереди стоит.

– Вот и хорошо, – улыбнулась Женя.

Эркин быстро вскинул на неё глаза, улыбнулся и снова стал есть. Ровный гул голосов в столовой сегодня был чуть-чуть другим. Эркин не мог понять, что изменилось, но почему-то оставался спокойным.

После ужина он, как всегда, проводил своих до женского барака и пошёл к себе. Фёдор… Фёдор опять принёс из города газету и читал, лёжа на кровати. Тоже, как всегда.

Эркин снял и повесил куртку, быстро осмотрел комнату. Больше никого. Удачно.

– Фёдор.

– Чего? – Фёдор продолжал читать.

– Ты завтра в город идёшь?

– А что? – Фёдор перевернул страницу.

– Я… Мне можно пойти с тобой?

Фёдор оторвался от газеты.

– Зачем? Ты разве знаешь, чего я в город хожу?

– Не знаю, – честно ответил Эркин. – Но мне… помоги мне, – и, видя удивление Фёдора, стал объяснять: – У меня на Хэллоуин брата убили. Завтра девять дней. Вот мне и надо всё купить для поминок. А я не знаю там ничего. Чтоб наугад не тыкаться.

Фёдор положил газету себе на грудь и снизу вверх поглядел на Эркина.

– Ты что, с визой захотел расстаться? Так я в этом не помощник. Ещё на пару с тобой залетишь к чёрту.

Эркин улыбнулся.

– А я не буду спиртного покупать.

– Как так?

– Мне сказали, поминать надо любимым, ну, чего покойный любил.

– Ну, так.

– А брат спиртного не пил. Не любил он этого.

– Постой-постой, – Фёдор легко вскочил на ноги. – Стой, понял. Здорово. Слушай, ты кому-нибудь говорил об этом?

– О чём? О поминках? Да.

– Нет, что без спиртного будет, говорил?

– Только Жене, – Эркин ничего не понимал и отвечал очень добросовестно.

У Фёдора хитро заблестели глаза.

– Слушай, это ж мировой прикол получается.

– Что получается?

Фёдор прислушался к шуму в коридоре, махнул рукой и зашептал:

– Стоп, замётано. Завтра с утра лопаем и идём. Никому не говори, понял? Я тебе по дороге расскажу, – и громко, словно не замечая входящего Романа. – Конечно, помогу. Поминки – святое дело. Хоть и не на что, а выпей.

Роман мрачно покосился на них, а Фёдор очень участливо спросил Эркина:

– У тебя деньги-то есть? А-то я одолжу.

– Спасибо, есть, – Эркин начинал смутно догадываться и теперь подыгрывал Фёдору. – Думаю, хватит.

Роман не выдержал:

– Ты на что парня подбиваешь? За выпивку ему ж визу сразу похерят.

– Да за пронос уже, – подключился к разговору, едва войдя, Анатолий.

– Ни хрена! – возмутился Фёдор. – Пронести можно. На входе не шмонают.

Стоя в дверях, Грег сначала слушал молча, но на этой фразе вмешался:

– Кого им надо, того и шмонают.

– Пронести всегда можно, – не сдавался Фёдор. – Я на механическом был, на сборке, вот там шмонали, так шмонали. И то, кому чего надо, протаскивали. А здесь…

– Да, через забор перебросить, – влез, протискиваясь мимо Грега, Костя. – Ни колючки же, ни вышек.

– Ты ори погромче, чтоб в комендатуре услышали, – осадил его Фёдор.

Способы проноса обсуждали долго и со вкусом. Эркину надавали кучу советов, куда подвязать или вложить бутылку, чтоб на воротах не заметили и не обыскали.

Спорили, пока им не постучали в стенку. И тогда стали укладываться.

И когда уже все улеглись и выключили свет, Эркина окликнул по-английски Грег.

– Послушай… Мороз, спишь?

– Нет, – тихо ответил тоже по-английски Эркин.

– Смех смехом, но визу потерять… Живой о живом, не о мёртвом должен думать. У тебя… семья. Подумай, чем рискуешь.

– Спасибо.

Эркин ждал, что Грег что-то ещё скажет, но тот, громко скрипнув кроватью, повернулся набок и затих. Все уже спали. Или делали вид, что спят. Вроде Фёдор хмыкнул, сдерживая смех.

Эркин улыбнулся, поёрзал под одеялом, обминая постель, и закрыл глаза. Сразу после завтрака. Столовая открывается в восемь. Да, здесь всё с восьми до восьми. Ну, там то-другое, в девять они выйдут. Вернуться надо к обеду. Час туда, час обратно, и это на покупки останется… Он считал и рассчитывал время, пока не заснул.

Снов он давно не видел, а, может, просто не запоминал их. И сегодня спал спокойно, без снов и тревог. И проснулся перед общим подъёмом. Полежал немного, прислушиваясь к сонной похрапывающей тишине. Серый сумрачный свет заливал комнату. Эркин потянулся под одеялом, откинул его и встал. Пока все спят, потянуться хоть немного. Тесно, конечно, не развернёшься, и он ограничился тем, что погонял по телу волну, напрягая и распуская мышцы. А когда заворочался, завздыхал Анатолий, он уже одевался. Сменил трусы, натянул джинсы, накрутил чистые портянки, обулся, взял полотенце и пошёл в уборную.

Когда он вернулся, на ходу растираясь полотенцем, остальные уже проснулись.

Костя, лёжа на кровати, весело рассказывал приснившийся ему такой живописный сон, что было ясно: на месте выдумывает. Грег и Роман брились. Анатолий копался в своей тумбочке. Фёдор, уже убравший бритвенный прибор, подмигнул Эркину. Эркин с улыбкой кивнул, расправил на спинке кровати полотенце, и стал её убирать.

– Ты чего всегда ни свет, ни заря вскакиваешь? – поинтересовался, ощупывая выбритые щёки, Роман.

– Я пять лет скотником в имении был, – как всегда, заговорив о прошлом, Эркин начинал перемешивать русские и английские слова или просто переходил на английский. – Привык на дойку вставать.

– Привычка – великое дело, – кивнул Анатолий. – Фёдор, газету дашь?

– А чего ж нет? – хмыкнул тот. – Бери.

Анатолий взял с его тумбочки газету и сел на свою, уже застеленную кровать.

– Русскую бы почитать, – вздохнул Роман.

– Сходи в канцелярию, да почитай, – ответил Фёдор, застёгивая рубашку. – Там есть.