Чтение онлайн

Репин почувствовал, как дрогнула в его руке влажная рука Дворкина. Он обернулся и вопросительно посмотрел на Изю. Тот отрицательно качнул головой, видимо пытаясь сказать, что не чувствует смертельной опасности. Иванов, стоящий напротив, коротко хмыкнул и стрельнул глазами в сторону Горшечкина. Тот стоял, закрыв глаза и, казалось, сосредоточился на чём-то своём, внутреннем. Серёга чуть покачивался в такт мелодии, которая лилась в головах у десантников, медленно, но верно нарастая и заполняя пространство пещеры.

"Танец кобры", - не удержался от шутки майор, указывая на Горшечкина.

Илья постарался отбросить посторонние мысли, которые так некстати лезли в голову. Сейчас главным было не пропустить момент, когда они должны будут вступить в концерт вместе с Марией. А она все не подавала знака.

Тьма вокруг ног стоящих сгущалась всё сильнее, и Репин на всякий случай решил усилить защиту ног дополнительным слоем - мало ли чего опасного и чужеродного могла нести в себе эта непонятная субстанция. Тем более, что Дассан, рассказывая об ожидавшем их в горе Чернобога, ни словом не упоминал ни о чём подобном. Хотя запаха гари не ощущалось - тьма вокруг ног вообще не пахла - Илья дополнительно добавил по клапану в каждую ноздрю. И напоследок прикрыл тонкой защитной плёнкой, пропускавшей только определённую частоту звука, ушные раковины - мало ли какие посторонние шумы могли помешать вступить в нужную фазу метаконцерта.

В тот же момент Дворкин дёрнул его за руку и показал глазами в сторону Марии. За спиной девушки мгла поднялась выше, стала плотнее, и из неё медленно выступила аура Дассана. Багрово-синяя тень джинна переливалась серебристыми сполохами, которые то складывались в затейливые узоры, то опадали, осыпаясь вниз, и снова вступали в какой-то сложный, чарующий хоровод. Мария взяла очередную высокую ноту, её голос достиг потолка пещеры и смолк. Едва Репин успел перевести дух, как она снова запела, изменив мелодию на каскад вибрирующих звуков. Девушка медленно подняла руки вверх, и Репин с удивлением заметил, как на противоположной стене пещеры стала открываться дверь. Вернее, не дверь, а треугольное отверстие, напоминающее отрезанный кусок круглого торта, положенный острым концом вверх.

Мария смолкла, как только отверстие начало раскрываться. К ней тут же шагнул Василиск, за её спиной Дассан мгновенно вернул себе человеческий облик. Ещё несколько дасов шагнули ближе к отверстию, за ними потянулись другие десантники. Горшечкин тоже очнулся от транса и быстро потопал ближе к светящемуся отверстию в скале.

Репин, Иванов и Дворкин остались на месте. К ним шагнул встревоженный Симагин. Все четверо недоумевали, почему для остальных оказалось таким притягательным это отверстие. И почему Мария прервала метаконцерт. И почему Дассан вновь обрёл тело. И почему, никому кроме них, четверых, это отверстие не кажется опасным. И ещё много таких "почему" крутилось в четырёх головах, пока Иванов не озвучил основную мысль.

"Что-то пошло не так?
– донесся до Репина ментальный шёпот майора.
– Чего это они на эту дырку такими удивлёнными глазами зыркают и тянутся к ней, как к манне небесной? Мне, например, наоборот кажется, что от неё подальше держаться надо. Изя, тебе интуиция что подсказывает - это нечто опасное для нас?"

Дворкин поднял руки и приложил их к вискам, крепко зажмурив глаза. Через несколько томительных минут открыл глаза и покачал головой.

"Да не тяни ты кота из-под тёплого одеяла!
– рассердился майор.
– Давай колись, что это за хрень?"

"Не давите на меня, сказал бы, чтоб знал...
– тихо прошелестел Изя, не отводя настороженных глаз от отверстия, залитого ярким светом.
– Скажу только, что эта хрень, как вы изволили некультурно выразиться, нужна им до зарезу"

"И для какого это, интересно, зарезу, культурный ты наш?"

"Имейте стыд, Андрей Николаевич, я только эмоции улавливаю, - слишком дерзко, по мнению майора Иванова, ответил Изя Дворкин.
– Это они такую морду спокойную делают, а эмоции у них сейчас будь здоров внутри бурлят. И не просто так, а прям фонтанами, чтоб вы видели!"

"Тогда подойдём поближе и потребуем пояснений у Дассана, он нас сюда привёл, пусть и расскажет, что за чудеса тут из стен вылазят" - решил майор и двинулся в сторону дасов, плотной стеной окруживших светлый треугольник в камне.

Вблизи оказалось, что таинственный проход всё же притягивает к себе, но влияние на людей всё равно ощущалось слишком слабым и незначительным, чтобы его не перебороть. Поэтому майор решительно потеснил нескольких дасов, неотрывно смотрящих прямо на ослепительно светящееся "нечто" и протиснулся к Дассану.

– Я могу поинтересоваться, что это за треугольное отверстие?
– вслух спросил Иванов и дернул за руку Репина, который протискивался вслед за ним.

– Это сектор перехода, - также вслух ответил Дассан, нехотя повернув голову в сторону майора.

– Перехода куда?
– тут же вклинился Илья.

– Перехода в наш сегодняшний мир, на Орион, - пояснила Мария, стоявшая рядом с отцом.

– А что в этом секторе такого необычного?
– уже громко поинтересовался майор.
– Концерт что, отменяется в связи с появлением этой станции метро на вашу планету?

– И вообще, вы что, только через такие сектора туда-сюда летаете?
– добавил Репин, смутно представлявший себе способ перехода дасов с планеты на планету. До этого он как-то не задавался этим вопросом, считая, что всё происходит таким способом, каким приходила к нему когда-то Мария и каким пользовался Иванов при переносе.

– Вы не понимаете, как это важно для нас, - глухо отозвался Дассан.
– С тех пор как наши предки ушли с Земли на Орион, они искали путь вернуться обратно. Но в преданиях, дошедших до нас, говорится, что сектор перехода был открыт богами и ими же разрушен, когда последний из дасов покинул гибнущую Ориану.

– Разрушен специально, чтобы враги не смогли последовать за нами, - быстро вставил Василиск.
– Долгими столетиями нащупывали мы обратную дорогу домой, и наконец создали обратный сектор перехода. Но как мы ни старались, на Земле он получился нестабильным. Переходящие часто погибали, попадая при переходе под колёса поездов и машин, выходя в толще океанов, в пустынях, болотах или в жерле вулканов.

– И какова вероятность остаться живым при нестабильном переходе?
– сразу уточнил Репин.

– Сначала было пять процентов. Затем мы изменили уровень подготовки добровольцев, и повысили выживаемость до десяти процентов. Но вот уже пятьсот лет эта цифра предельна. Точка перехода здесь одна и всегда меняется, чаще всего почему-то открываясь на Земле в самых опасных местах, - печально добавил Дассан.
– Мы считали, что это единственно возможный вариант, потому что в таких опасных местах как раз и накапливается высокая концентрация энергии, нужная для перехода. Дело в том, что при переходе происходит мгновенный распад клеток тела на микро-частицы, а затем они собираются вновь, используя глубинную запись генного кода. При этом генный код считывается таким, каким он был заложен при рождении. Переход излечивает от болезней и приобретенных при жизни увечий, шрамов; омолаживается весь организм и увеличивается срок жизни.