Чтение онлайн

— Значит, так, — корявый палец на миг застыл, выискивая тех, кто пойдет штурмовать базу пришельцев с фронта. — Ты, Раратха и Двитатха — заходите спереди. Тройка Пимурхи — туда, — палец ткнул в небольшое квадратное здание, плоская крыша которого переливалась разноцветными огоньками.

— А ты куда?

— Я лично возглавлю атаку на наиболее угрожаемом участке, — Лаварха дословно воспроизвел фразу полковника, которой тот отделывался от советников короля во время особо тяжелых совещаний. — Вопросов нет — выполнять!

Четверка командира была самой мускулистой во всем взводе. Вдобавок, Пимурха, изрядно задолжавший Раратхе, тоже оценил мудрость командира и отважно встал на его защиту.

— Ты чего жмешься? Боишься ножик кровью испачкать? Шеф дело говорит. Вали уже.

— Выполнять, — буркнул командир, наполовину вытянув короткий меч из ножен. — Намек понятен?

— Более чем, — Двитатха смерил командира злобным взглядом, дав себе зарок непременно отплатить шефу той же монетой. — Более чем.

Высохшая за лето трава оглушительно громко шуршала под ногами, заставляя Лаварху изрядно нервничать. Вокруг странного здания не было даже символического заборчика, и это беспокоило гоблина больше всего. За свою недолгую жизнь он отлично усвоил, что все важные места непременно обносятся соответствующей по крепости оградой, которая, бывает, работает куда лучше охранных заклятий. Пришельцы же — на первый взгляд — проявили невероятную беспечность, и это никак не сочеталось с представлениями Лавархи о грозном и коварном противнике.

— Стоять, — едва слышно прошептал гоблин, останавливая свою четверку. Тройка Раратхи как раз добралась до парадного входа, и командиру отчаянно не хотелось упустить момент, когда строптивого заместителя начнут разносить в клочья.

— А чего ждем? — недоуменно поинтересовался Давадетха — неприлично тупой даже по гоблинским меркам. Впрочем, этот недостаток с лихвой перекрывался невероятной силой и живучестью, что делало гоблина незаменимым в лобовой атаке.

— Тихо! — Раратха исчез на углом здания, и командир вслушался в звон цикад, ожидая чего-нибудь подозрительного. — Ну, заходи же! Ну…

— Да сбег он давно, — буркнул Измурха. Он давно метил на должность Раратхи, надеясь за счет права «первой доли» поправить финансы, безнадежно подорванные игрой в орлянку. — Сбег и дружков своих уволок. А ночью придет и прирежет. Шеф, ты же видел, как он на тебя смотрел!

— Ладно, пошли, — Лаварха разочарованно вздохнул. Даже если троица и не удрала, она наверняка решила подождать атаки командира, действительно обеспечив ему «самый угрожаемый участок».

Ветераны клавиатур безропотно изображали колонны, пытаясь удержать на нужной высоте криво скрученный вентиляционный короб, а сержант, сжалившись, лично прибивал его к стене строительным пистолетом. «Благодаря» отдыхавшему Дайесу добрая четверть аккуратных отверстий для крепежа оказалась безобразно развальцована, и болты оттуда просто вываливались. Единственным способом справиться с этим быстро был игольник — дефективный брат армейского ЭМ-пистолета. Хитроумная начинка внутри разгоняла любые токопроводящие стержни до безумных скоростей, после чего те буквально вплавлялись в стены, обеспечивая весьма надежный крепеж.

Давать такую вещицу в нежные руки бюрократов сержант побоялся — они бы наверняка кого-нибудь пристрелили, просто пытаясь разобраться, как игольник работает. Впрочем, не случись этого, разжалованные научники наверняка бы спалили обмотки разгонного блока. Охлаждение туда ставили «естественное», в отличие от принудительно-жидкостного в армейских моделях. Из-за этого напряжение в момент выстрела там составляло едва ли десятую долю от номинала, и то — инструкция категорически предписывала делать не более пяти выстрелов каждые десять минут.

— Не устали? — Браско, послюнявив палец, опасливо потрогал ребристый кожух ствола. Слюна, против ожидания, даже не попыталась испариться, и сержант решил, что пистолет остыл достаточно. — Тогда продолжим.

Научники с тоской посмотрели на сержанта и с ненавистью — на Дайеса. Тот, соорудив себе лежанку из подручных материалов, с ленивым интересом смотрел на бывших коллег.

— Работайте-работайте, — вальяжно протянул бывший спец по осваиванию бюджета.

— Уймись, — буркнул сержант, ловя в перекрестье прицела очередной кронштейн.

Дверь в конце помещения с грохотом распахнулась, впуская внутрь четверку гоблинов.

— А, попались!

Игольник коротко свистнул, отправляя болт в грудь самого рослого из нападавших. Тот недоуменно всплеснул руками, но, к удивлению Браско, сумел устоять на ногах. Остальные мигом попрятались за ящики, секундой позже осыпав сержанта добрым десятком крохотных стрелок из наручных самострелов.

— Ложись! — у Браско не было никакого желания проверять, какой гадостью на сей раз были смазаны заточенные щепки. К счастью, летали они столь неточно, что опасаться прямого попадания можно было лишь на рукопашной дистанции. — Ложитесь, идиоты!

Гоблины сделали еще один залп, на сей раз зацепив толстяка. Сержант пальнул в ответ, все-таки свалив недоуменно озиравшегося здоровяка, и торопливо перезарядил игольник. Радиатор налился сухим жаром, и в воздухе поплыл запах горелой электроники — судя по всему, жить инструменту осталось недолго.

— Сдавайтесь! — над головой сержанта прожужжал очередной рой стрелок. — Нас больше!

— Правда, что ли? — Браско наконец вспомнил, как называлось наречие, на котором кричали нападавшие — амхар-америтский. Это наводило на определенные мысли, но их сержант решил обдумать после боя.

— Мы… неостановимы! — самый большой из ящиков начал медленно ползти вперед — похоже, гоблины, потеряв одного бойца, не решались идти «в открытую». — Сдавайся, и мы оставим тебе жизнь.

Строительный пистолет выстрелил снова, послав болт точно в пол перед ящиком. Мигом позже из ствола потянулась едкая струйка дыма — признак окончательной смерти разгонного блока.

— Мы нео… неостановимы… — контейнер все-таки замер, не в силах преодолеть двадцать граммов легированной стали в полу. — Неостановимы!

Из-за ящика на секунду показалась искаженная яростью морда гоблина. Заводной арбалет коротко затрещал, посылая прямо в лицо три стрелки, и Браско торопливо рухнул на пол — судя по вздувшемуся лицу жалобно хрипевшего толстяка, яд на остриях был крайне неприятный.

— Тогда чего стоите? Вперед, вперед! — сержант медленно вытянул из кобуры старинный пистолет и осторожно снял его с предохранителя. Штатный автомат был заперт в жилом блоке на другом конце ангара, и отправиться за ним прямо сейчас означало обречь научников на быструю, но крайне неприятную смерть.