Чтение онлайн

— Это никому не нравится, — со злостью отозвался Дарин. — Я — третий, самый младший. Меня никто к этому не готовил. Я простой кузнец!

— А я слышал — ты сын…

— Да, сын! Но третий, а значит — самый незаметный. И меня это отлично устраивало. Кто же знал, что пришельцы для переговоров изберут именно меня, а наш разлюбезный совет назначит меня своими глазами и ушами?

— Я бы на твоем месте предпочел бы воспользоваться моментом. Судьба повторно таких подарков не делает.

— Как? — саркастически поинтересовался незадачливый эмиссар.

— Это нужно обдумать. И лучше — вместе с Орданом. Он — еще та хитрая лиса. До сих пор удивляюсь, как он при таких-то задатках в… — Гарин хотел сказать «люди», но осекся, — в этот ваш Совет не выбился.

— Возможно, он куда больше хочет жить, чем властвовать.

— Возможно… — купец вдруг застыл неподвижно. — Замри. Чуешь?

Дарин торопливо облизал палец и вытянул его вперед. Из черного провала в стене — ничем не отличающегося от сотен таких же позади и впереди — отчетливо тянул сквозняк.

— Дует.

— Именно. И, если мне не изменяет память, так мы придем в вентиляционные галереи грибной фермы. Эх, было времечко, — мечтательно протянул Гарин.

— А если там нас ждут?

— Будем драться, — равнодушно протянул купец. Фонарик, щелкнув, погас, погрузив штрек в непролазную тьму, а минутой позже в руки Дарину ткнулось что-то холодное. — На. Только перед отъездом зарядил.

Зрение наконец привыкло к темноте, и Дарин снова начал видеть. В ладонях у него лежала вещица, напоминавшая кастет. Ручка его была необычно толстой, а на передней грани посверкивали металлические зубцы контактов.

— Это что?

— Шокер. Еще один привет из чужого мира.

Похоже, штурмана тут знали и уважали — когда Снейр выбрался из небольшого бассейна, до краев заполненного горячей водой, его уже ждал небольшой столик, до краев заставленный маленькими, аппетитно пахнущими баночками.

— Можно? — из-за неплотно прикрытой двери послышался голос настоятеля.

— Прошу, — Йоас с наслаждением вдохнул дразнящий запах.

— Мне хотелось бы поговорить, если вы не против.

— Ничуть, — серебряная ложка зависла над баночками, выбирая цель. — Спрашивайте, и я отвечу, если смогу.

— Меня предупредили, что вы не склонны излишне откровенничать, — Таннер кивнул головой в сторону своего кабинета, где остался дроид.

— И только? — Снейр вздрогнул, словно в протопленной бане пронесся ледяной ветерок. Если дроид разболтал про Благодетелей, пусть даже из самых лучших побуждений…

— Наш общий друг умеет хранить секреты. Какими бы они ни были. Потому мне приходится спрашивать вас. Вы знаете, зачем ему надо в горы?

— Нет.

— Тогда зачем же, в таком случае, вы с ним идете?

— Он рассказывает занятные истории про другие миры. Мне интересно.

— Хотел бы я знать, почему он для этого выбрал именно вас… — Таннер, вздохнув, покачал головой. — Тайны, секреты, загадки… Как это неприятно, когда именно от тебя что-то скрывают!

— Могу вас понять, — Снейр выдавил вымученную улыбку. Улыбчивый настоятель нравился ему все меньше и меньше — для простого клирика он был чересчур въедлив и проницателен. Кроме того, Йоас наконец-то вспомнил, где слышал имя Ниликато — кое-кто из старых друзей как-то высказывал крайнюю озабоченность возросшим влиянием адептов Темной богини. Еще пять лет назад ее культ был просто одним из многих, но сейчас количество последователей Леди-Ночи возросло на порядок, а часовен и обителей покрупнее — в разы. Кое-где жрецы Ниликато даже вошли в состав правительства — наравне с инквизиторами Белега, и это изрядно беспокоило тех, кто традиционно считал себя атеистами. — А кое-кого беспокоят именно ваши тайны.

— Это лишь потому, что они не умеют слушать, — Таннер извлек из-за голенища персональную ложку. — Я перекушу, если вы не против.

— Ваше право, — Йоас наконец-то выбрал. Небольшая плоская баночка содержала что-то вроде мясного паштета вперемешку с вареными бобами. — Кстати, вкусно. Что это?

— Небольшой вклад нашего друга в общее дело. Это называется «консервы». Вещица довольно дорогая, но в качестве запасов — незаменимая. Между прочим, армейские повара на эту вещь буквально молятся — как еще ублажить командиров, когда из традиционной еды осталась только солонина?

— Как интересно, — Снейр еще раз осмотрел баночку. — А не ржавеет?

— Это специальный сплав. На удивление, очень дешевый. А сама банка — штамповка, еще одно новшество. До тех пор, пока нашего друга не… вывели из игры, он был просто кладезем инопланетных премудростей.

— А почему он вам помогал, кстати?

— Он хотел, чтобы пришельцы ушли. Сами понимаете, нам с Небосводной бодаться — чистое самоубийство, это Америт отлично показал. Мы решили — раз нашего оружия не хватает, мы должны сделать новое, получше.

— И как, сделали?

— Если бы не кое-кто, чьего имени я называть не буду — успели бы еще три года назад. Нашему общему другу нет равных в планировании. Хотя, если вдуматься, его создавали именно для такой работы.

— Как интересно, — зельевар сверкнул глазами, жадно впитывая новые сведения. Судя по всему, Благодетели не имели об этом никакого представления, иначе бы всполошили его куда раньше. — А чем еще он вам помог?

Таннер широко улыбнулся.

— Это не моя тайна. Точнее, не только моя.

На заброшенной грибной ферме царила тьма и тишина. Длинные чаны для земли, сложенные из рыжего кирпича, пустовали — за пять лет в них не выросло даже плесени. Впрочем, тут была своя жизнь, крайне враждебная к посторонним.

— Т-с-с! — Гарин пригнувшись, спрятался за ближайшим к вентиляционному люку чаном. — Мы не одни.

Приглядевшись, Дарин увидел добрый десяток незнакомых короткобородых гномов, сгрудившихся вокруг крошечного призрачно-зеленого костерка. Судя по приглушенной ругани, они были чем-то недовольны.

— Бездельники! — дверь в конце тоннеля распахнулась, пропуская внутрь высокого человека с фонарем. Язычок пламени бешено прыгал за стеклом, источая жуткое зловоние. — Вы чего тут сидите?

— А ты не командуй, не дома, — буркнул один из гномов, даже не поворачиваясь к вошедшему. — У нас перерыв.

— Да, обеденный, — собравшиеся дружно захихикали. — Да, еда где?

— Сперва голову.

— Да ты очумел! — на сей раз гном соизволил обернуться. — Их наверняка завалило. На крайняк, отрезало. Завтра, ну послезавтра они сдохнут.