Чтение онлайн

Но жалобу вместе с очень хорошим адвокатом Антоном Павловичем Гордым он смог составить и подать в Главное управление Военного Приказа. Ответ Конев получил сегодня. Вначале его пригласили к определенному времени, и Василий Иванович приехал за двадцать минут от означенного срока. Потом его мариновали в приемной почти три часа, а после без всяких объяснений один из секретарей вынес запечатанный конверт и удалился обратно в свой крошечный кабинет.

В конверте было письмо с гербовым штампом, что Военный Приказ в ближайшее время обещает разобраться в сложившейся ситуации, и, если мобилизация поручика Волкова Матвея Александровича не имела смысла, то вернуть наследника рода обратно в Петербург. Только вот Василий Иванович прекрасно знал, что армейский бюрократизм долгий и неповоротливый, а формулировка «в ближайшее время» равносильна «когда-нибудь потом». С таким же успехом Матвей мог уже вернуться обратно домой после окончания периода мобилизации, а решением его вопроса так никто и не займется всерьез… А, ведь, и время боевого слаживания новых бойцов с основными составами подразделений уже подходило к концу… А это значило только одно — в скором времени они начнут действовать. Опять же, новости из военных гарнизонов вокруг Пустошей каждый раз приходили все страшнее…

Впрочем, адвокат Гордый предполагал такое решение по жалобе Конева и заранее предупредил, что готов взяться за это дело, так как тут сталкивались интересы двух законов, а разъяснений по ним пока еще не было, так как прецедента в данном юридическом споре еще не рассматривалось судами империи…

— Что ж, значит, нам придется раскошелиться и нанять Антона Павловича. — Сам себе кивнул Конев, туша окурок о край урны, — Поеду к нему сразу, чем быстрее начнем этот цирк, тем быстрее он закончится. Надеюсь, Гордый у себя в кабинете.

Василий Иванович запрыгнул в свой внедорожник и завел двигатель. Работы снова резко прибавилось.

Территориальные воды Священной Римской Империи, Балтийское море, недалеко от порта города Паланга, 23 февраля, 00.00

Вильгельм Лайонхарт и Эдвард Рифт снова сидели на носу корабля. На этот раз они плыли не на наемном судне, а на собственности Ордена, и им не нужно было скрываться за кулисой очередной торговой легенды. Вся команда была частью Ордена, и их встретили с огромным уважением на борту, понимая, что двое эмиссаров Ордена почтили их свои присутствием. На этот раз их новое задание было связано с прошлым. В последнем поручении Магистра они вытащили из русской столицы почти три сотни Одаренных, которых члены Ордена отлавливали во время царствующей в городе анархии. Теперь им предстояло доставить сто пятьдесят русских Одаренных из той же партии на Куршскую Косу, в новую Пустошь, которая косвенно появилась благодаря их же стараниям…

— Все проверил? — Лайонхарт повернулся к Рифту.

— Да, все капсулы в порядке, работают штатно, изменений состояния Одаренных не наблюдается. Так что к выгрузке груза можем приступать без опасений. — Кивнул Рифт.

— Великолепно! — Улыбнулся Вильгельм, — Эдвард, дружище, ты же тоже чувствуешь это?! Чувство азарта. страх и предвкушение? Совсем скоро мы встретимся со своими покровителями! Магистр оказал нам великую честь! Не каждый из Совета ее был пока удостоен! А мы сможем увидеть их!

— Что-то в этом есть. — Задумчиво кивнул Рифт, — Правда, я немного побаиваюсь этой встречи…

— Это нормально, друг мой, испытывать страх перед Великой Силой, что могущественнее и древнее всего того, что ты даже просто знал ранее! Только подумай о том, какие тайны хранят в своей памяти наши покровители?! Представь, что мы сможем сделать, чего достичь, чем стать, когда приобщимся к этой мудрости?! — В глазах Лайонхарта снова зажегся тот фанатичный огонек, который последние месяцы посещал его все чаще.

— Да… Может быть, ты прав, друг мой. — Опасливо кивнул Эдвард.

Чего говорить, Рифт в Орден вступил ради связей и силы. Силу он получил сполна. Простого Мастера в Ордене развили до Архимага, его стихия Тьмы стала мощной и опасной, он смог полностью подчинить ее своей воле. И связями Эдвард обзавелся внушительными на политической арене Европы. Только вот результатом дел Ордена он был не то чтобы доволен… Нет, он прекрасно понимал необходимость торможения и оттеснения определенных государств и правителей от международного политического стола, готов был проливать кровь ради этого, как свою, так и чужую. Готов был готовить и устраивать государственные перевороты, строить придворные интриги, исполнять роль серого кардинала в различных организациях… Но вот демоны… Нет, этого Эдвард не понимал… По крайней мере, пока что… но и обратного пути уже не было. Пустоши уже появились, демоны уже пришли в этот мир, и даже если бы Эдвард постарался сбежать, его бы все равно нашли и, в лучшем случае, просто убили как предателя Ордена, а в худшем… В худшем случае Эдварда ждало бы тоже самое, что всех тех бедолаг, которые сейчас лежали в медицинских капсулах разработки Долгоруковых внутри трюма этого корабля.

Самое жуткое было то, что все эти бедолаги приходили в себя как раз перед своим концом, это было нужно «покровителям», как ему объясняли… Эдвард уже успел стать свидетелем действий на алтаре… Поэтому Рифт продолжал исполнять указания Ордена, хотя уже и прекрасно понимал к чему все идет… Понимал, но принимать не хотел…

— Уже совсем скоро, друг мой, совсем скоро! — Фанатичный взгляд Лайонхарта уперся в ночную даль, туда, где проходила Куршская Коса.

РИ, город Кранц, 1 марта, 11.00

— Выгружаемся, бойцы! Пришло время оторваться от сурового армейского быта и вернуться к жизни гражданской! — Весело скомандовал Сергей Евгеньевич, глуша двигатель.

Весь прошлый месяц мы с Виталей вливались в группу. Каждый день нас ждало две тренировки: с утра — легкая, можно сказать, разминочная, вечером — полноценная. Разведка не замыкалась на каком-то одном комплексе, Дятлов гонял нас и по рукопашному бою, и по обращению с холодным и огнестрельным оружием, и по общим силовым упражнениям, мог спокойно устроить такую же игру, с которой мы столкнулись в первый же день, мог спокойно посадить всех за медитацию или отправить на отработку боевых арканов на полигоне, который резервировал под нас. Медицинскую подготовку он почти сразу скинул на меня, и уже к концу первой недели я объяснял и показывал бойцам не только как жгутовать, бинтовать и накладывать шины, но как извлекать пули, когда их можно извлекать, объяснял, когда не стоит этого делать, как вправлять вывихнутые конечности правильно, а не просто дергая их в сторону, да и кучу других мелких, но весьма полезных навыков… Разведчики не выступали, не оспаривали мои навыки, даже шуток не отпускали. Просто перенимали навыки, осваивали их и отрабатывали на практике.

Работа на полигоне и в спаррингах с разведчиками тоже дала свои результаты. Я, грешным делом, уже возомнил себя самой большой лягушкой в своем болоте, а вот разведчики мою буйную голову хорошо остудили. Даже тот же Виталик, что уже несколько лет как живший простой гражданской жизнью моряка — международника просто за счет своего опыта, который он приобрел за годы службы на флоте, учебы в академии и участия в нескольких конфликтах и стычках с пиратами, когда мы сражались, выходил победителем, как минимум, в двух схватках из пяти. Да, я мог плести арканы быстрее него, имел больший резерв, но даже в таком потешной схватке при искусственном ограничении в использовании определённых стихий, во владении теми же воздухом и водой, и их главном стыке в виде льда Виталя давал мне фору на десять очков вперёд…

Тот же Хан уступал мне в атакующих арканах, но вот защитные чары у него были выше всяких похвал — сложные, многослойные, а арканами, позволяющими прятаться в земле, блуждать в ней и атаковать противника из засады я вообще не владел в отличие от нашего казаха. А в сумме с его навыками владения холодным оружием, эти таланты творили просто безумно опасный коктейль для его противников…

С Островом у меня вообще не было шансов без использования тьмы и смерти. Его пламя испаряло воду и лед в считанные мгновения, ветер не мог изменить направления его арканов, а земля превращалась в песок и стекло, в зависимости от того, какую мощность Одинцов закладывал в свои плетения.

За месяц тренировок у меня сложилось стойкое ощущение, что наш капитан Дятлов целенаправленно собирал в группу людей с различными по направленности талантами, которые могли дополнять друг друга, и Сергей Евгеньевич явно не жалел сил, ни моральных, ни физических, на развитие этих талантов. При этом не забывал и подгонять в развитии с остальными доступными Одаренным стихиями. Но весь свой стиль боя каждый строил одновременно и индивидуально, опираясь на свои сильные стороны, и, в то же время, комбинируя с остальными членами группы.