Чтение онлайн

— Да, отец…

Ден Грач

Фух!

Повезло.

Я точно не знаю, как эта тварь меня видела, но это, судя по всему звук моего сердца или дыхание. Вряд ли запах, вокруг куда сильнее аромат крови, местных вонючих цветов и фруктов.

А стоило мне добежать до небольшого водопада, как обезьяна застыла и начала озираться по сторонам.

Я чуть не выдохнул от облечения раньше времени, но сдержался.

Чудище покрутило головой. Недалеко юркнула крупная игуана, чем и подписала себе приговор.

На мой выдох снежный человек не обернулся, он казался занят тем, что пытался стащить намордник с головы.

Через некоторое время ему это удалось, но буквально стоило нескольких лоскутов кожи и кусков плоти.

Впрочем, те практически моментально собрались назад. Щёки на наморднике превратились в пыль, а вот обезьяна самодовольно взревела куда-то в небо восстановившейся пастью.

Ну, дальше чудище пошло жрать.

Я немного выждал и отправился вдоль реки в сторону сторожки.

В кустах под небольшим куполом малозаметности спало два тела.

Вот же счастливые глухари!

Не столько ради их выживания или угрызений совести, сколько из-за логики я подошёл и зажал рот Никифору.

Он не проснулся.

Тот же приём разбудил Максимилиана мгновенно:

— Буди своего босса, и валите с острова. Август провалил захоронение и уплыл. Монстр бродит и охотится.

— … *тихий мат на латыни*. Не шутить?! — отреагировал наёмник.

— Не шутить, — ответил я.

В следующий миг щёлкнул пистолет.

*Пстють!* — прошила первая пуля мне плечо.

Я схватился за «рану» и спросил:

— За что?

— За сторожку, идиот. Ты всё равно должен был сдохнуть! — усмехнулся римлянин и разрядил мне в голову обойму.

Я слишком наивен.

Впрочем, я был в курсе калибра пистолета у этого человека. Пистолет Топазова не предназначался для убийства бессмертных, он выделялся только скорострельностью при небольших габаритах.

Поэтому я немного выждал, пока этот урод склонится надо мной для того, чтобы удостовериться в смерти «Крота».

Я выхватил с его пояса кинжал и прицельно воткнул в живот.

Убивать я его не собирался.

Спал он с распахнутой грудью, так что я разглядел кусок татуировки, что видел несколько раз при загоне оборотней. Я тогда выступал в сводном отряде в качестве живца.

Татуировка Волчицы, священного животного города Ромула и Рэма, выла на этом рисунке на луну, которой выступала руна «Луна».

Принудительно заставить оборотня перевоплотиться можно было, проткнув печень.

Старый и не очень добрый способ. Почти как вампира осиновым колом в сердце.

Волк начал превращаться, иначе бы умер.

Однако теперь он не сможет принять человеческую форму пока не растерзает семь жертв, впрочем, для этого дела подходят и те же чайки, так что ограничение слабое.

Я же уже не дышал, после чего резко перекатился в сторону.

Спасать Никифора я и не подумал. Во-первых, он собирался меня убить. Во-вторых, с добрыми делами на сегодня покончено, лимит 1 из 0 и так уже перебор, да и пьяница не оценил. В-третьих, на нём артефакты, которые отпугивают оборотня и дают защиту.

Так что я спокойно отступил по своим шагам, после чего рванул в сторону бухты.

Конечно же, оборотень после минуты трансформации последовал за мной. Серьёзно сомневаюсь, что моя «невидимость» убирает запахи, раз звуки остаются.

Ну, а убить оборотня в момент его превращения одновременно не так уж сложно, если отрубить голову, но при иных атаках практически невозможно без серебряного оружия. Эти псоглавые всё равно оживут.

Вот никогда бы не подумал в детстве, что буду на семьдесят пятом году своей жизни играть в салочки с обезьянкой и собачкой на тропическом острове.

А ведь когда-то о чём-то таком мечтал и просил у родителей питомцем щенка или мартышку, раз котика нельзя из-за их любви к птицам.

Мечты сбываются очень странным образом.

Оборотня я хотел использовать для анализа возможностей обезьяны. Пока кроме регенерации и колоссальной силы я не заметил чрезмерной скорости и ловкости. Отряд в чёрной форме был шустрее меня и, как мне показалось, в основном стремительнее Хищника.

В голове я прокручивал снова и снова увиденное ранее. Проблема в рывках обезьяны. Раз в десять секунд она прыгала, словно под воздействием магии ветра, это движение было прямолинейным, но неожиданным.

Если бы отряд в чёрном не лез в ближний бой, я бы получил несколько больше информации. Однако они выполняли приказ по отвлечению внимания от Августа, а не что-то иное.

Ну, а дальше их осталось уже слишком мало, а Хищник обнаружил победную тактику.

Однако в момент, когда я выскочил на пляж, я охренел.

Эта тварь жрала трупы людей вместе с мечами. Но что самое хреновое, она расхищала одну из могил с людьми из моего отряда.

Вот же собака, то есть макака!

Мне кое-как удалось подавить такое непривычное для меня чувство, как «гнев».

Мысленно я пообещал себе убить эту тварь.

Если совсем недавно я считал его товарищем-жертвой клана Грачёвых, теперь всё обстояло иначе.

А ведь я ему даже вкусного волчонка приманил… э-эх.

Я стал ждать и следить за ситуацией.

Оборотни относились к существам, которые лишались страха и теряли в разуме.

Они атаковали любую цель. А уж после ранения в печень так тем более.

Так что я не удивился, когда к обезьяне рванула косматая, но невысокая фигура.

Максимилиан оказался скорее «Минимумом». Он не увеличился в росте в отличие от большинства оборотней, но мускулатура явно приросла. Этакий волк-питбуль.

Так что дальнейшее сражение оказалось бесполезным. Продукт производства Грачёвых был куда сильнее физически, так что это оказалось лишь отвлечением внимания от останков моего отряда.

Остальные тела оказались съедены.

Хм.

Так… гнев заставил напрячь меня свои воспоминания.

Профессор Штац — личность специфичная. Он псих, мнящий себя «художником».