Чтение онлайн

После окончания лекции мы выдвинулись в итальянский ресторан, который заприметил Фукусима Ренджи. Добираться дотуда совсем недолго, поэтому мы решили пройтись пешком.

Оказалось, что в Австралии климат крайне мягкий. На улице было чуть выше двадцати двух градусов, из-за чего нам пришлось скинуть с себя куртки. Но удивляться тут нечему — Сидней находится на стыке субтропического и умеренного поясов. Хотя больше, разумеется, здесь превалирует именно субтропический климат.

— Если честно, я думала, что Австралия сильно отличается от привычных нам стран, — подметила Акихибэ Акико. — А город здесь такой же, как любой другой город Европы или США.

— А вы чего ожидали, Акихибэ-сан? — рассмеялся Рэйсэй Масаши. — Что здесь кенгуру по улицам скачут?

Не удивлюсь, если кто-то действительно так думал. Я встречал много иностранцев, которые всерьёз полагали, что в России вечная мерзлота, а вместо прохожих чаще встречаются медведи. Таких взаимных заблуждений встречается очень много. Некоторые люди запоминают страны по детским книжкам, а в будущем так и не получают шанса выбраться за границу, чтобы узреть чужую культуру своими глазами.

Расположившись в ресторане «Прими Италиан», я заказал себе пасту с морепродуктами, а мои коллеги решили не мелочиться — и съесть по целой пицце.

Уже на входе сотрудник сверил наши имена со списком, который ему передали хозяева заведения. Оказалось, что и с этим рестораном «ВОЗ» заключила договор, поэтому врачи могли питаться с тридцатипроцентной скидкой.

— Как думаете, что от нас будут ждать? — спросила Акихибэ Акико, когда большая часть пищи уже была нами съедена. — Может, предложат поработать в какой-нибудь местной клинике? А эти белые и чёрные карты — обычные пропуска?

— Не исключено, — согласился я. — Организатор сказал, что эти карты понадобятся для доступа к предстоящему проекту.

— Поздно вы принялись обсуждать, — произнёс Рэйсэй Масаши, уткнувшись в свой телефон. — Инструкции пришли… Проверьте свои телефоны! Наверное, они уже всем выслали!

Рэйсэй и Акихибэ тут же судорожно принялись листать появившиеся на их экранах сообщения. Один лишь Фукусима Ренджи, не торопясь, доел свою пиццу, и лишь после этого неспешно потянулся к мобильнику.

Мне медлить тоже не хотелось, поэтому я сразу же приступил к изучению пришедшей информации.

«Уважаемые гости конгресса, вы дали согласие на участие в международной олимпиаде медиков. Просим прощения за то, что не смогли сообщить о ней заранее, но на то были свои причины. Олимпиада позволит вам испытать свои знания, практические навыки, умение коммуницировать с коллегами и пациентами, а также потребует от вас показать свои качества руководителей».

— Руководителей? — нахмурился Рэйсэй Масаши. — Интересно, а это ещё зачем? Половина гостей даже заведующими не являются. К чему нам эти элементы оргздрава?

— Тише, Рэйсэй-сан, — попросил я. — Давайте лучше дочитаем до конца.

«Состязания пройдут в пять этапов. Первый состоится завтра ровно в час дня. Он пройдёт в том же здании, где проходят конференции. Организаторы помогут вам найти ваши аудитории. Просьба — обязательно принести с собой свои документы и пластиковые карты, которые вы получили ранее».

«Всего на участие в олимпиаде дали согласие сто тридцать шесть человек. К финалу состязаний мы планируем сократить количество участников до одного десятка и менее. Финалисты получат денежное вознаграждение и возможность участвовать в новом проекте 'ВОЗ».

— Новый проект… Новый проект… — нервно шептала Акихибэ Акико. — Блин! Зря я всё-таки на это согласилась! Это ведь что-то очень серьёзное! Неужели придётся соревноваться с самыми лучшими врачами со всего мира? Что-то мне совсем некомфортно…

— Прочтите следующий абзац, Акихибэ-сан, — спокойно произнёс Фукусима Ренджи. — У вас ещё есть шанс отказаться.

В следующем абзаце были описаны те же правила, которые излагал генеральный директор. Уйти можно в любой момент, но вернуться, как я и предполагал, уже не получится.

Но ничего о своих целях они так и не сказали. И не объяснили, есть ли какое-то отличие у наших пластиковых карт.

Однако суть первого этапа была кратко изложена одним-единственным предложением.

«Проверка базовых медицинских знаний. Длительность этапа: три с половиной часа».

— Базовые медицинские знания… — хмыкнул Рэйсэй Масаши. — Подумайте, Акихибэ-сан. Вы только что из университета выпустились. Память должна быть свежа. А вот мне, скорее всего, придётся несладко, если вопросы не будут по одной лишь хирургии.

— Вопросы будут по всем темам, — перебил Рэйсэя Фукусима Ренджи. — Так что и терапевтам, и хирургам — всем придётся напрячь мозги.

Самодовольная ухмылка Фукусимы мне уже надоела. Он вёл себя так, будто…

— Всё, Фукусима-сан, довольно, — произнёс я. — Хватит издеваться над нами. Вы ведь откуда-то знаете то, чего большинству участников не известно, верно?

— С чего вы это взяли, Кацураги-сан? — прошептала Акихибэ Акико.

— Верно, — неожиданно заявил Фукусима. — И раз уж вам так этого хочется… — мужчина склонился над столом и окинул взглядом всех своих коллег, — я расскажу вам о том, как это было в прошлый раз.

Интригующую же фразу решил сказать Фукусима Ренджи. И читалось его поведение весьма трудно даже с помощью «анализа». Нельзя однозначно сказать — врёт он или говорит правду.

— О каком «прошлом разе» идёт речь, Фукусима-сан? — спросил я.

— Однажды такую олимпиаду уже проводили, — ответил Фукусима.

— Откуда вам это известно? — продолжил расспрос я.

— Потому что я в ней участвовал, — заявил он. — Чуть больше десяти лет назад, когда был так же молод, как вы, Кацураги-сан, или вы, Акихибэ-сан.

— Ого! Тогда получается, вы примерно представляете, что здесь вообще происходит? — обрадовался Рэйсэй Масаши. — Сможете рассказать — зачем проводить столь сложное многоэтапное испытание? Дело ведь в необычной грамоте или денежном призе, верно?

— Разумеется, — ответил он. — Просто «ВОЗ» собирает команду самых выдающихся медиков. Не знаю, сколько раз они уже практиковали подобное, но я единожды участвовал в таком соревновании. То есть, мы попали, как минимум, на вторую олимпиаду. А что касается заданий… Что ж, они были, мягко говоря, непростые. Лично я вылетел после второго этапа.