Чтение онлайн

Отвечать на этот вопрос я не стал. Сначала убедился, что Окабэ уже закончил фиксировать все основные данные, после чего сказал ему:

— Окабэ-сан, у меня к вам просьба. Можете связаться с инфекционистами «ВОЗ» и узнать, по какой схеме лучше лечить «Фебрис-12»-ассоциированную инфекцию с поражением печени?

— Как раз собирался это сделать, — кивнул Окабэ, но мой намёк он всё равно понял. — Не беспокойтесь, Кацураги-сан. Я оставлю вас наедине.

Окабэ Акира полагал, что в нашей шестёрки есть ещё ряд тайн, которые нельзя раскрывать даже вспомогательным инфекционистам, поэтому без проблем позволял мне оставаться с такими пациентами наедине.

Как только старик покинул специальный бокс, я повернулся к Куперу и произнёс:

— Касаемо твоего вопроса… Судя по состоянию твоих лёгких и печени, у нас всего два дня, чтобы тебя вылечить. Не хочу тебе лгать, ситуация не из лёгких.

— Так и знал… — вздохнул он. — Я сильно ослаб. Организм больше не может противодействовать вирусу. Помнишь, я тебе рассказывал, как моя магия автоматически уничтожила вирус ВИЧ в моём теле?

— Конечно. Такое трудно забыть.

— Она снова вошла в режим автопилота, — продолжил он. — Думаю, попыталась убить «Фебрис-12» без моего ведома. В итоге ничего хорошего из этого не вышло. Моей магии не хватило. Она вся израсходовалась, а инфекция продолжила распространяться.

Это и есть то, чего я больше всего опасался. Штамм, которой сейчас размножается внутри Купера, обучился противодействовать лекарской магии. Чисто теоретически, если я заражусь от него, то этот вирус сможет прикончить меня ещё быстрее, чем Купера. Поскольку он УЖЕ понял алгоритмы работы нашей жизненной энергии.

Или ещё нет?

— Лежи смирно, я должен кое-что проверить, — велел Куперу я и устремил свой взгляд в самые глубины его головного мозга.

Воспользовался смесью «клеточного» и «молекулярного анализа», чтобы осмотреть магический центр и окружающие его сосуды.

Ого! Да тут, похоже, инфекция разыгралась не на шутку!

Неисчислимое количество вирусных агентов упёрлось в гемато-энцефалический барьер. В структуру, которая не позволяет определённым веществам попадать из крови в ликвор — в жидкость, выполняющую роль внутренней среды головного мозга и нервной системы в целом.

Сейчас вирусные частички чем-то напоминали войска, которые пытаются осадой взять неприступную крепость. Долбились в барьер так, будто это являлось их самой главной целью.

И я понял, зачем они это делают.

— Что там такое, Тендо? — спросил меня Купер.

— Ты бы знал, что прямо сейчас происходит у тебя в голове… — покачал головой я. — «Фебрис-12» изо всех сил пытается пробиться в головной мозг.

— Значит, дело идёт к менингиту… — вздохнул он.

— Хуже, — ответил я. — Судя по тому, что я вижу, он сконцентрировал все силы на том, чтобы добраться до твоего магического центра. Видимо, хочет получить новую информацию, чтобы ещё сильнее развиться и получить полную адаптацию к лекарской магии.

— Думаешь, он ещё её не получил? — удивился Купер и громко закашлялся.

— Нет, иначе бы у него не было смысла так рваться в мозг, — ответил я. — Кстати, объясни мне, будь добр, каким образом ты вообще умудрился заразиться? Только не говори, что осматривал пациентов без защитного костюма?

— Я и сам не могу понять, как это вышло! — пожал плечами он. — Все правила защиты соблюдались. Ты же знаешь, Тендо, я действую грамотно. Уже не первый год работаю инфекционистом.

— Ты что же, хочешь сказать, что вирус каким-то образом через костюм пробрался? Может, он был бракованный? — предположил я. — Где-нибудь была щель, как вариант?

— Я лично проверял его на герметичность, — сказал Купер. — С ним было всё в порядке.

— Тогда… Остаётся только два варианта. И оба меня совершенно не радуют, — произнёс я. — Либо вирус научился проникать через фильтры костюма, либо ты подхватил инфекцию не при контакте с аборигенами, а по пути в Австралию.

— Проклятье… Оба варианта говорят о том, что мы в полной заднице! — откашлявшись, просипел Купер. — В первом случае все врачи рискуют заразиться, а во втором…

— А во втором может оказаться, что вирус уже гуляет по миру, только мы этого ещё не поняли. Будем надеяться, что всё дело в фильтрах. Этот вариант несёт меньше потенциального ущерба.

Я сразу же подключил «самоанализ» и проверил своё тело. Вирусов нет, через фильтр они пока что не пробрались. Возможно, это связано с тем, что все инфекционные агенты сконцентрировались на мозге Купера. Он временно перестал выделять их во внешнюю среду.

— Ну что? Каков план? — спросил мой коллега.

— Это даже к лучшему, что «Фебрис-12» пытается пробиться к твоему мозгу. Значит, я могу использовать зону вокруг твоего гемато-энцефалического барьера как ловушку. Попробую убить всех разом.

Я решил больше не тянуть время и выпустил из себя разом почти две трети магической энергии. Направил всю её в одну точку — в голову Купера. Перевёл магию в антисептический режим и принялся наблюдать.

— Ну как? Получилось? — поинтересовался больной.

— Чёрт меня раздери, Купер… — прошептал я, когда до меня дошло, как на это отреагировал вирус. — Держись. Думаю, мне придётся сделать так, чтобы ты потерял сознание.

«Молекулярный анализ» сообщил, что половина вирусных агентов погибла, не выдержав массированную атаку моей магией. Однако они тут же ринулись вниз. Выживший вирус попытался сбежать из зоны головного мозга через вены, артерии и лимфатические сосуды.

Именно поэтому я и предупредил Купера — ему придётся потерять сознание. Единственный способ спасти его — рискнуть и пережать все сосуды в районе шеи. Лишить его мозг кровотока на пару минут. Для нервной ткани даже одна минута может быть критичной. Нейроны начнут отмирать.

Поэтому, чтобы не сделать из Купера инвалида, я сконцентрировался сразу на двух направлениях. Половину сил использовал на мощнейший спазм всех сосудов шеи, а вторую половину направил в мозг, чтобы поддержать его в условиях ишемии и гипоксии.

Больше воздействовать на вирус не было смысла. В той зоне скопилось достаточно жизненной энергии, чтобы искоренить все оставшиеся инфекционные агенты.

Почему именно в этот самый ответственный момент в моей голове появилась мысль, чем чревато то, что я делаю? Даже если всё получится, у нас будут проблемы. Мы не сможем сказать руководству проекта «Двенадцать», что Купер был латентным переносчиком вируса.

Он чуть не умер от осложнений. Значит, к нам точно будут вопросы. Запросят отчёт, чтобы узнать, каким образом мы уничтожили инфекцию. Но сейчас совсем не время об этом думать. Дело ещё не сделано!