Чтение онлайн

Передо мной стоял уже не генерал-лейтенант. Передо мной был генерал-полковник.

— Я безмерно рад за вас. Произнести в вашу честь тост? Всё же ваше повышение в чине — это событие для всех важное, — сказал я.

Потом дождался кивка генерал-полковника, потом ещё дождался, когда музыканты закончат играть вальс… Кстати, тот самый, замечательного советского композитора Дога «Мой ласковый и нежный зверь». После вышел в центр зала и сказал все те слова, которые должны были прозвучать в честь Дмитрия Дмитриевича Сельвана.

Молодая королева Виктория не скрывала своего раздражения. Стоящий напротив неё лорд Палмерстон прекрасно чувствовал настроение королевы и, пусть не опускал глаза, но всё же полностью унять своё смущение не мог.

— Почему вы допустили, тем более в Рождество, выход этих гнусных статей? — после продолжительной паузы, властным голосом, резко диссонирующим с милой внешностью английской королевы, спросила Виктория.

— Ваше Величество, но пресса до ближайшего времени была неизменно на нашей стороне, на стороне праведной войны с русским медведем, — оправдывался премьер-министр.

— Немедленно поспособствуйте тому, чтобы вышли опровержения. Никак нельзя допускать в обществе сомнения, что мои генералы настолько чудовищно ошибаются! — практически кричала королева.

Ведущие английские газеты разразились сенсационными статьями, рассказывающими о том, как английский генерал положил практически всю английскую кавалерию в русскую засаду. Более того, нашлись и некие эксперты, которые утверждали, что вся эта война ведётся уже, скорее, по правилам русских. Не получилось победным маршем пройтись по югу России. Уже не может английское командование помышлять о том, чтобы открыть ещё один фронт — на Кавказе.

— Немедленно призываю вас собрать всех промышленников и поставить им задачу в кратчайшие сроки сделать такие орудия, которые не будут уступать русским. Разрешаю тратить на войну столько средств, сколько может позволить резервный фонд! — требовала королева.

Виктория, только недавно вступившая на престол, ни в коей мере не могла омрачать своё правление поражением. Молодая женщина имела далеко идущие амбиции. Если Англия проиграет эту войну, то правление Виктории можно будет считать концом взлёта английской короны.

Да и еврей Палмерстон также прекрасно понимал, что если хоть немного, но на месяц появится трещина в Британской империи, то эта тенденция может распространиться и дальше. Та же самая Индия, уже полностью покорённая Англией, может посматривать на север, ожидая русские полки.

Кровь… Очень многое пытаются власти скрыть. Для простого обывателя все еще идет победоносная война, все еще бьют медведя, а он пятится. Но чем дальше, тем больше приходит понимание, что повышение цен на продовольствие стало тенденцией. Что многих мужчин забирают в армию и флот. Что торговые суда все реже привозят сырье и даже кофе с чаем в Англию, так как эти потенциальные товары не только нужны на войне, но и стало меньше кораблей, которые доставляли из Индии чай и кофе.

Жизнь становилась постепенно, все сложнее, дороже. Год? Два? Сколько продержится экономика Британской империи. Она устойчивая, но насколько? На этот вопрос не могли ответить ни Палмерстом, ни, тем более, королева Виктория.

От автора:

Попаданец в СССР стал физруком. Постепенно он становится больше чем просто советский учитель и начинает подминать город. У него важная цель…

СКИДКИ НА ВСЮ СЕРИЮ:: https://author.today/work/302039

Десятидневное перемирие — это наша инициатива. Хотя противник поддержал эту инициативу сразу же. И откуда у них такая согласованность! Наверное, не сладко им приходится. А откуда сладости? Холод установился такой, что турки с французами точно впервые узнали об истинных морозах.

Это в Севастополе дома укреплялись и утеплялись, дрова и уголь завозился в город в огромных количествах, еще до высадки вражеского десанта. Что-то, а русские к зиме всегда основательно готовятся, не смотрят и на то, что вообще-то в Крыму не так и холодно… Должно было быть. Это у нас в ДНК коде зашифровано, иначе с нашими морозами, не выживал бы на Севере никто.

У меня вовсе появилась теория, что Богородица, которая защищает Русь, посылает такую погоду во время войн, что противник ломается и теряет всякую прыть, желание воевать, порой и жить. Примеров масса, и отечественные войны самые яркие из них. Вот и сейчас в Крыму аномально холодно. Ну так… Как в Петербурге считается, что тепло.

Теплой одежды хватает, валенки, опять же, шапочки шерстяные… Дома теплые, натопленные. Даже, не без участия архитектора Садового, построены времянки на боевых позициях. Караул всегда имеет возможность пойти и погреться. Печки, что в будущем называли «буржуйки» распространены в немалом количестве. Двадцать тысяч таких приспособлений в Севастополе и в Симферополе.

Вот и не до войны нашим врагам. А мы могли бы и ударить. Вот только и русской армии эта передышка, поводом для которой послужило Рождество, нужно.

Дело в том, что в Александровске под конец года скопилось большое количество различных грузов, которые нужно было доставить и в Крым, и в Южную армию, в Молдавию и Валахию. И это в большей степени — тёплая одежда, шерстяные балаклавы, производство которых было налажено на екатеринославских текстильных фабриках. Немалый груз просто невообразимо разнообразной зимней одежды, которую несли и несли люди как в мой Фонд, так и в отделения Фонда Анны Павловны.

Кроме того, Воронцов, пусть старый и больной, но с огнём внутри, был назначен главным инспектором по вопросам комплектования новых воинских соединений. Его работа выполняется очень хорошо, может не столько и старым князем, но его командой. Так что в Екатеринославе, Александровске собралось уже немалое количество войск, до двух дивизий, полностью укомплектованных, и их требовалось организованно доставить в Крым.

Так что перемирие — это лишь тактический ход, который призван решить вопрос насыщения войск в Севастополе и в целом в Крыму. Учитывая неспокойное море, в следствие чего коалиции трудно пополнять свои резервы, возможно, временно, но мы должны создать численное преимущество, чтобы уже в скором времени дать решительные сражения противнику.

Удивительно, но враги пошли на это перемирие, поддавшись прежде всего уговорам французов. Стоило только заикнуться о передышке, как лягушатники заныли. Да, британцы не забыли потерю своей кавалерии, всё так же были злыми. Но холод, как и голод, — нисколько не тётки. И активно воевать в морозную погоду наши противники не желали. Вот и случилось это перемирие.

Казалось, что на этом фоне можно было бы даже попробовать начать переговоры, но я всей душой надеялся, что этого не случится. Разговаривать с противником нужно лишь тогда, когда ты его разбил.