Чтение онлайн

— Жорж, у нас проблема. В одном месте вагоны часто опрокидываются с грузом. Медленнее ехать нельзя, тогда на взгорок вагон не заскакивает, а как со скоростью возница не угадывает — сразу набок!

— Ну пойдем смотреть на месте. Значит, с лошадью порожняком и на маленькой скорости не падают?

— Не падают. Уже одного возницу потеряли, вагонов пару сильно поломали… Надо что-то думать.

Оказавшись на заколдованном месте, я сразу понял причину — относительно резкий поворот деревянной дороги, обходящей крутой холм. Про центробежную силу люди или не знают, или забыли, чему в школе учили. Пришлось разъяснять:

— Зигрид, как маг земли поработай чуток. Вот тут приподними землю, чтоб эта сторона дороги вместе с рельсом была чуть выше.

— Вагон косо ехать будет же.

— Нам того и надо. Ты пращу видел? Та же сила действует и на вагон на повороте — пытается его кинуть вбок.

— Ага. И иногда получается, когда скорость большая. Сейчас сделаю. Жорж, скажи только, на сколько.

Пришлось их подручных средств создавать путейский уровень — доску положили на рельсы, сверху стакан с вином, наполненный до краёв. Зигрид по капельке поднимает, я смотрю на стакан. Как вино пролилось — остановка. А на глазок такие серьёзные вещи не делаются, и впрямь можно чрезмерно завысить наружную рельсовую нитку, вагоны опять падать начнут. Серьёзное дело, между прочим, а не аттракцион для скучающих барышень. Или аттракцион? Короче говоря, один вагон вымели от каменной крошки, накидали ковров и подушек, посадили на козлы самого опытного возницу. Когда я со свитой объезжал производственные и строительные объекты, мы заглянули на рудник. Обратно в строящийся замок мы вчетвером, то есть я, оруженосец и сёстры, приехали по деревянной дороге. С визгом, смехом, с ветерком и без происшествий. На прямых участках пути возница с моего разрешения разгонялся до совершенно безумной скорости. По меркам этого мира, конечно. Пока тут самый быстрый транспорт — карета, запряженная шестеркой лошадей. Весело получилось, одно напрягает — вдруг местные начнут тоже эдаким манером развлекаться? Они ж мне всю транспортную инфраструктуру убьют. Да и сами поубиваются, мозгов же у всех вот столечко!

Пока возился с сейфом, кузнец показал мне получившийся у него денарий. Отлично вышло, зачем мне фальшивомонетчики, когда у нас в графстве любой кузнец… не любой, шутка. Графский, особо доверенный кузнец, который чуть ли не в свите моей. Во всяком случае парень таскается за мной уже третий год. Начинал у Вогула в графстве Прист, а потом прилепился ко мне и рад-радёшенек узнавать всякие новинки, коих в голове одного попаданца много. Кстати, первой реакцией на поддельные серебряные монеты Иманта был скепсис:

— Чего это они такие покоцаные у тебя выходят? Штамп мягкий?

— Ваше сиятельство, штамп в норме. Просто мне приходится их в бочке с песком и галькой обкатывать. Вот монеты и секутся, а кое-где даже выпуклые детали стираются.

— Не понял. Зачем такое?

— Новые монеты, почитай, только в Кале и видят. А уж в нашу задницу по меркам Иманта они только такие попадают, потертые да старые. А то даже и обкусанные встречаются. Попади кому в руки здесь новенький денарий, сразу решат, что подделка.

— О как! Не продумал я этот момент, а ты молодец! Себе отложил стопочку?

— Как можно, ваше сиятельство!

— Ну тогда держи от меня премию за безупречное исполнение волю сюзерена. — Примерно двадцать гульденов, то есть денариев, после моего решительного жеста перекочевали по верстаку в сторону кузнеца.

— Вот спасибо, ваш-сясьтво! Из ваших рук совсем другое дело!

— Добивай на монету всё самородное серебро, с медью не балуйся, так и держи девятисотую пробу. Там от двух килограммов небось уже немного и осталось. И смотри, держи язык за зубами.

— Ох, ваше сиятельство, не сомневайтесь! Даже пить напрочь бросил, чтоб во хмелю что дурное не ляпнуть.

— Вот и молодец! Тогда по мере готовности сам в счётную машину всё пересыпай.

Счётная машина — это еще одно моё новаторство в этом мире. По сути, еще один сейф, а точнее копилка, в щель которой монеты загружаются по одной. Каждая упавшая монетка проворачивает колесико с цифрами на одно деление. Полный оборот колеса сдвигает колесо слева, то после полного оборота в свою очередь крутит третье. В итоге у меня, вернее у нас, получился счетчик валюты на тысячу монет. Если учесть, что денарий весит примерно пять грамм, то в сейф по счету помещается пять кило серебра. Кто-то скажет, самодеятельность и колхоз. Кто-то начнёт подозревать кузнеца в краже денег. Но я так скажу — один кузнец, если он осмелится запустить руку в мой карман, украдет в разы меньше, чем целая команда учетчиков, надзирателей, охранников. У одного человека запросы всегда меньше, чем у преступной группы. Хотя я могу и ошибаться.

Хорошо это или плохо, но граф Долинол теперь как скупой рыцарь обзавелся уже чуть ли не связкой ключей от всяких важных замков. Два ключа — это еще не связка? А если они по двести грамм весят и выглядят как пистолет «ТТ» на минималках? Хожу везде как дурак с кинжалом и ключами на поясе, ничего более умного пока не придумал. Жорж, до чего ты докатился, над златом чахнешь! С другой стороны, это хорошо, это означает, что у меня в данный момент приход наличности выше, чем расход. Профицит бюджета, ё-моё, пусть и искусственный, вызванный вливаниями Центробанка в экономику отдельного региона.

Надо не забыть послать моему Центробанку бочонок настойки Пристов опять. А вот с королевским бренди сложнее, я не обещал его присылать на регулярной основе. Этого напитка не может быть много по определению, вернее в соответствии с моей экономической стратегией. Ладно, с нашей. Витор категорически согласился с ней и пообещал не выбрасывать на рынок большие партии бренди. Да его пока и немного, если честно. Напиток зреет неспешно в дубовых бочках, что в подвалах Пристов. Чтоб первую партию выдать поскорее, мы решились подсыпать в бочки дубовую щепу, но это только первый раз. Больше так делать не будем. Пока все эти нюансы прописывали в книге рецептов с отцом, один вопросик в голове крутился: как французы в родной моей ветке реальности делают арманьяки с возрастом по тридцать лет, если дуб за пятнадцать лет уже отдаёт бренди все свои микроэлементы? Неужто тоже щепки насыпают в бочку? Но не переливают же! Нам с Витором, молодым производителям бренди, придется самим открывать для себя все эти нюансы, причем путём проб и ошибок.

Все срочные дела были сделаны, распоряжения отданы, сёстры накатались по деревянной дороге — финансовая баталия тронулась в дальнейший путь. На границе наши ходят хмуро, ждут жалованье. И не спрашивайте, зачем оно им там, вдали от цивилизации, городов, деревень и трактиров. Эти ханурики его всё равно спустят достаточно быстро, для того за ними и ходит целое шапито с маркитантами, проститутками и шарлатанами. Целое направление в бизнес-среде сформировалось, отвечающее за предоставление услуг дружинникам и наёмникам. Нет, с наёмниками тут пока не сложилось, не жалуют их владетельные лорды пока, предпочитают длительные контракты и вассальную присягу. Количество циркачей немного снизилось после моего указа об обложении десятиной всякого торгующего товаром и телом близ моего войска. Это я предвосхитил вероятные боевые действия на территории противника. Допустим, войдет моя армия в Имант, почему эти шустрилы не должны платить мне налог, если сливки с моего войска? Опять же урегулирование имущественных споров при реализации трофеев кто-то должен организовать. Кто, если не я?

В дне пути до границы разведка донесла, что за нашими спинами происходит какое-то непонятное движение. То есть чётко по нашим следам идет еще одна колонна. Блин, напугали! Оказалось, что это нанятая мной бригада строителей так шустро снялась, что почти догнала нас. Зачем строители? Будем строить на деньги Якоба Третьего пару крепостиц на самой границе в тех местах, где новый ландшафт не препятствует нападению на Мерсалию вообще и моё графство в частности. В следующем году у нас намечается следующая военная компания против Иманта. Очень не хотелось бы, чтобы в то время, когда победоносное королевское войско под моим командованием идет на соединение с армией короля, по Долинолу ударили вероломные вражьи силы.

Жалованье войску было роздано сейчас, а аванс строителям выплачен еще там, возле графского замка. Я выяснил, что в графстве внезапно стало довольно много работников разных профессий, если так можно выразиться. Кто-то из крестьян сменил профиль и пошёл в строители — строителям хорошо платят, а экономические риски отсутствуют. Кто-то пришёл или приехал из Приста или даже из центральной Мерсалии, польстившись на слухи о больших заработках в новом графстве. И это было правдой — нехватка рабочих рук и большой объем строительства породили высокие для прочих мест расценки.