Чтение онлайн

Усиленная разведка выметала как метла редкие патрули противника вокруг пункта дислокации нашего войска. Часть конницы пошла в сторону Коши, чтоб и там создать безлюдную зону. Враг уже привык к тому, что наши баталии могли нанести удар в любое место, если к этому можно привыкнуть. Наш маршрут представлял собой траекторию хаотично движущейся молекулы газа. Войско меняло направление движения каждую неделю. Так что если мы ломанулись в сторону реки, то это ничего не означало. Раньше.

Теперь же рейдерская группа демонстративно захватила рыбачью деревушку, прогнала местных и также демонстративно начала её жечь. К моменту подхода основного войска все лодки были в целости, а дома раскатаны на брёвна. Чадные дымы поднимались от крыш, сараев, сетей и прочего ненужного мусора. Кстати, деревушка меня удивила: ранее я был уверен, что местные не едят речную рыбу. Видать, тут местность совсем голодная, что целое селение перешло на неё. А еще, как подсказали товарищи, из выловленных осетровых добывают хрящи, которые идут на изготовление клея для луков. Век живи, век учись — кто ж знал, что самые лучшие луки, которые композитные клеят таким вот вываренным из осетров рыбьим клеем.

Про брёвна я вспомнил вовремя — всех наших лодий, лодок и лодчонок не хватало разместить все баталии. Так что бойцы споро взялись вязать плоты, ставить на них паруса. Благо какое-то количество тканей у нас в обозе имелось. Скажете, глупо переводить дорогое сукно на дровяной плот? Глупо беречь хабар, который после твоей смерти останется твоему же убийце. Шесты для мелководья, рули из досок, оставшихся от разгромленных изб, паруса при попутном ветре — это нормальная тема, путешествие на плоту. А если ветер встречный, то у нас маги-воздушники есть, пусть напрягаются в меру сил.

В процессе сплава часть лодчонок показала свою полную нежизнеспособность, и не жалко! У нас что, руки не из того места или движение по реке замерло? А раз кто-то по ней ходит или плавает, то «Предъявите ваши права судоводителя и документики на транспортное средство! Нету? Гос-вод-гоп-стоп-контроль изымает его с последующей буксировкой на штрафстоянку!»

— Ась?

— Ничего не понял, болезный? Плыви к берегу! Своих ходом плыви!

— Шо, прямо так?

— Одёжу снимай, пояс, мошну и кинжал тоже скидай. А то потонешь по пути. Нешто мы не люди?

И люди частью доплывали до берега, а потом обессиленные лежали на суше, не имея возможности и мотивации бежать до своих с алармистскими лозунгами. Так что мы какое-то время шли по реке практически как белые люди, то есть не встречая сопротивления, зато переобуваясь по пути. То есть, пересаживаясь на более приличные баркасы. Те, кто не представлял для нас интереса, просто проплывали мимо непонятного цыганского табора на воде. И что они могли понять? Плывёт какой-то сброд без вымпелов и рисунков на парусах. Плывёт абы на чём, баркасы чем-то нагружены, мужи в лодиях частично вооружены, все безбронны. Мог какой-нибудь купец снарядил караван? Мог. Мог ушлый барон увозить свою челядь и добро от войны и этого, как его, от Угнетателя? Тоже мог. Они нас не трогают, мы гребем себе против течения.

Дорогой Читатель, если тебе интересно продолжение приключений Жоржа нашего Долинола, маякни мне. Можно сердечком, можно комментарием. Если нет — я пойму и перестану писать эту муть. Угу?

Через два дня пути мы все были уже прямо чуть не настоящими моряками. Как минимум, научились не падать за борт в стоячей воде и смело мочиться в реку. Наша флотилия ВСЯ пересела в более-менее приличные баркасы, плоты мы разгрузили, распустили и пустили плыть по течению, создавая дополнительную головную боль судоводителям. И да, мы не собирались приставать к берегу на ночёвки. Река Коша в нижнем течении достаточно большая, чтоб не бояться мелей и камней, а топляк… Ну да, была опасность налететь на притопленную корягу, но небольшая. Ночью мы сплавлялись без весел и парусов так что скорость лодок была равна скорости течения и соответственно сопоставима со скоростью топляка. Если из воды что-то торчало монументально, то только у берега.

А потом движение на реке стало гуще, стали попадаться уже другие посудины. Я не моряк ни разу, так что в моей классификации эти штуковины идут как суда класса «река-море». Мелкое и небурное, и чтобы берег был виден, и чтобы на ночь было к кому пристать. И да, к таким мы приставали. Хотя иногда выходило наоборот, приставали к нам. С расспросами, какими-то требованиями… Вот вы можете представить, чем могут закончиться требования и наезды на баталии Жоржа дер Долинола? Короче говоря, когда мы вламывались в устье, вовсю творилась нездоровая движуха. Она кашляла, брызгала соплями и пыталась сплотиться ради одной цели — не дать нам уйти. Или уплыть.

Смешно, герб дер Пристов — это кораблик с убранным парусом и девизом «Pervenit» — то есть достигли цели, приплыли. А вот тут я ощутил в полную силу — и вправду приплыли! Мы почти сутки без сна и отдыха прорывались сквозь всё более плотную пробку из суденышек и кораблей всех видов и размеров. Я так думал, что всех. В суматохе боя некому было рассказать мне, что это всё мелочь, моря бороздят более крутые корабли. С другой стороны, мне было всё равно — маги работали на износ, я тоже. Лучники посылали стрелы волна за волной, а наши воздушники их подправляли ради гарантированного накрытия цели — корабля противника. Мои и отца пушки лупили и лупили по скорлупкам как по мишеням, и только магическая усталость не давала нам превозмочь всех и вся.

Мы вырвались из устья, ставшего ловушкой. Сколько нас оставалось, сказать не мог никто, не было ни времени на сбор информации, ни сил. В том морском бою перестало существовать разделение на строевых и обозников. А потом как черти из преисподней вынырнули четыре больших корабля. Реально больших, настолько, что даже я не представлял, как мы будем их брать на абордаж — высота бортов не позволяла нам даже помыслить, что залезть на них и навязать рукопашную. Вру — помыслили об этом многие.

— Все слушать меня! — Закричал дер Буль, — подрубаем мачты наполовину! Когда сойдемся вплотную, рубим до конца, валим мачты на этих олухов и по мачтам все лезем на корабли! Я хочу их каравеллы себе!

Как его могли услышать все? Без магии — никак. Но воздушники поддали ветерку, но на соседних суденышках повторили команды дальше… Короче, кто хочет, тот найдет способ донести кровожадный план маркиза до всех. И да, оказалось, что вот эти явно морские деревянные штуки с двумя косыми парусами называются каравеллами.

— Жор, я с тобой не согласовал…

— Плевать, маркиз! Других вариантов я не вижу.

— Если только на крыльях?

— Да, на крыльях было бы удобнее. Года не хватило до крыльев. — Цель впереди, план составлен, можно и лясы поточить. В бою любое оружие сгодится.

— Ты что, всерьёз в такое веришь?

— Дер Буль, видел, как орел парит?

— Конечно! Величественное зрелище, аж завидно.

— Так вот, парить может и человек, если ему такие крылья сделать.

— И махать?

— Махать не сможет. Сможет скользить по воздуху как орел, медленно теряя высоту. А если ему под крылья поддать ветра…

— То он закувыркается и шмякнется об землю! — Заржал маркиз.

— Может и так получиться. Учиться летать непросто, но возможно. Вот только сейчас у нас нет времени на это. Огневики! — Неожиданно ору я. — Удар по воде перед противником! Разом все по моей команде… Давай!

Дер Буль не успел спросить, зачем бить огнем по воде, он просто вместе со всеми шандарахнул магией и увидел, как облако пара стеной встало перед кораблями врага. Здорово! Пусть ненадолго, но противник потерял из виду нас. Слишком ненадолго — воздушники уже через несколько секунд сдули облако пара.

— Водники и воздушники! Без команды самостоятельно поднимаем туман над противником, держим! Начали!

Зачем я тогда сначала скомандовал огневикам? Да просто протупил! Сам ранее кричал не жечь корабли, вот и решил хоть так их использовать. От меня сейчас ничего не зависит. По кораблям лупить из пушек — это самому себя лишить нормального транспорта. А мачты мы им с отцом уже посшибали, так что грозные морские корабли превратились в неподвижные лоханки, условно неподвижные. Жалко, что вместе с мачтами наверняка поломали много всего ценного, но хоть явных пробоин в бортах не наделали.