Чтение онлайн

– Так ты идешь?

– А куда я денусь с подводной лодки?

Апрель в этом году выдался теплый, всё подсохло уже, травка зеленеет, солнышко блестит, ласточка с весною, а Сене прилетит. Глупые считалочки и каверы на темы стихов и песен льются в мои уши со всех сторон. Чем больше пафоса, тем жестче пародия на произведение искусства. Детский фольклор суть наследуемое устное творчество, никем не записанное и не изученное. У нас в детсаду ходили анекдоты еще аж про Екатерину Вторую и песня про Цыпленка Жареного. Я почему про весну заговорил – стрельбище не улице организовали. Ну как организовали, нашли пустырь в черте города за ПМС-102, то есть Путевой Машинной Станцией, там установили на стенку высоченной насыпи щит из досок, отмерили дистанцию, шпалой обозначили огневой рубеж. Я слегка офигел от такого подхода. Но мне объяснили – погода хорошая, эхо по ушам не бьет, график не надо согласовывать с другими пользователями тира. А если вызовут милицию на звуки стрельбы, так милиция уже вот она!

Николай Иванович Чайкин стрелять не шибко любил, неприятнее всего был громкий звук, который бил по ушам при выстрелах. Зато он помнил, как мальчишкой любил всё связанное с оружием и помнил, что единственного сына надо не просто вырастить мужчиной, а направить по своим стопам, по протоптанной дорожке в родные Органы Внутренних Дел. Как обычно, нелюбителей стрельбы из табельного оружия оказалось почти столько же, сколько и ответственных товарищей. В ведомости сдающих норматив по стрельбе было в два раза больше, чем пришедших на стрельбище вживую. Ситуация была просчитана заранее, поэтому он и не был против, чтобы Вадик взял с собой Жорку Милославского. Друзей находят в детстве, а потом идут они рядом всю жизнь, если повезет найти настоящих. Ему нетрудно, сыну полезно, Жорка вроде умный парнишка, в глупостях не замечен. Да и коллеги спокойно смотрели на такое шефство над подростками. Хочешь, чтоб пацаны не отирались со шпаной, разреши им отираться с милиционерами.

Зачеты успешно сданы всеми, включая отсутствующих, расстреляно за плохое поведение несколько бутылок, попавшихся на глаза. Время поучить мальчиков, тем более, осталось несколько коробок патронов. Обратно нести глупо, да и гильзы нужно сдать для отчетности с коэффициентом утери не более десяти процентов. Сын отстрелялся, магазин сжег. Даже с попаданием в саму мишень и в круг мишени тоже. Теперь пусть Жорик поучится. Неписанное правило таких стрельб – не более одного мальчика с пистолетом на рубеже. От греха.

– Сначала принимаем стрелковую стойку. Видел, как офицеры стреляли? Вот так же встаешь правым боком к мишени, рука с пистолетом опущена, сам отвернулся от мишени. Принял удобную стойку, поднял руку в сторону цели, смотришь на мишень. Если оружие не показывает на мишень, опускаешь руку, чуть сдвигаешь правую ногу в нужную сторону. Всё запомнил?

– Эта стойка отстала лет на сто уже. Вы же не дуэлянты и не спортсмены, вы милиция! Нельзя так учить курсантов.

– ХА! Вы слышали, какой нахал! Мы неправильно целимся, вот же обормот!

– Не, ты недослышал, нас неправильно учили, когда мы курсантами были, а этого шкета в проекте не было. Кого ты привел, Николай?

Такой наглости никто из офицеров не ожидал, а шкет стоит как ни в чем ни бывало и посматривает чуть не с превосходством. Снизу вверх с превосходством, разве так можно? Еще и вид скучающий напустил, мол мелите сколько хотите. Давай, объясняйся, парень, за свои слова отвечать надо.

– Почему эта стойка дуэльная – в прошлом веке дворяне на дуэли должны были стоять смирно или сходиться, поэтому они вставали так, чтоб уменьшить свой силуэт. При этом производился только один выстрел. А современный огневой контакт предполагает серию выстрелов с перемещением противников. Так что вы должны максимально быстро прицелиться, сделать серию выстрелов, после каждого возвращая оружие на линию прицеливания и по ходу боя отслеживая перемещение противника. Представьте, по вам бандит лупит из-за сарая, а вы как три тополя на Плющихе стоите и руку тянете.

Кто-то взоржал в полный голос, кто-то хмыкнул. Откуда у нас такие умные дети пошли? Каких-таких фильмов насмотрелись.

– Откуда такие странные теории? Где вычитал? Мне вот такие пособия не попадались.

– Дяденька один пожилой в поезде рассказывал. Мы в Новосибирск ехали три дня, а с нами в вагоне фронтовик. По его словам, так раньше их учили, а потом он сам был инструктором. Говорит, когда результат нужен, всякая муть быстро тонет. Какой-то там осназ, а начальник у него был какой-то Судоплатов.

– Ну нихрена, какой-то ОсНаз, какой-то Судоплатов. Это ты, мальчик, с легендой в одном купе ехал.

– И что он рассказывал тебе , дяденька этот? О чем вы ним говорили?

– Не в купе, плацкарт был, пустой почти. Когда он курить в тамбур ходил, то и я с ним ходил, он рассказчик здоровский, заслушаешься. Ну и показывал всякое руками, про мосты и речки, какие проезжали рассказывал. Говорил, что мы всё просрали.

Как неожиданно, и не поспоришь. Малец одним словом описал настроение, порой появляющееся у матерого ОБХССника.

– Постой, что просрали? Ты аккуратнее выражайся, Жора. У тебя вся жизнь впереди. Вот так ляпнешь, и нету никакой человеческой жизни.

– Систему обучения, говорил, потеряли. То есть в школе у нас всё хорошо, а у вас всё плохо. Не учат, говорит, вас с оружием обращаться. Случись какая беда, а даже офицеры не будут знать, каким концом во врага тыкать.

А вот я вас сейчас не пожалею, может думать начнете, товарищи улиционеры и казначеи в погонах.

– Дядька говорил, стоять при стрельбе не надо. Надо останавливаться для серии выстрелов, а потом смещаться. Ноги чуть согнуты и чуть шире плеч, корпус вполоборота, левая рука снизу помогает правой придерживать оружие. Левый глаз не зажмурен, смотрим не только на цель, отслеживаем движение впереди. И не мишень перед тобой всегда, а цель. Неважно, какая цель – картон, зверь или человек. Надо быть готовым поразить её без раздумий. Всегда два выстрела, даже, если уверен, что попал. Потом уход в сторону, руки полусогнуты и готовы поднять оружие на новую цель. – во я речь задвинул, небось срыв шаблона у взрослых.

– Ладно, бери давай оружие, посмотришь, чего на деле стоят его советы. Стрелял из Макарова, знаешь, как заряжать?

– Да вроде всё просто. Магазин внутрь, флажок предохранителя вниз, затвор до упора назад и бросил. К стрельбе готов.

– Стрельбу разрешаю.

Моторики наработанной на стрельбу у тельца почти нет, сил тоже, но за прошедшие месяцы синхронизировать его успел. Вспоминаем и делаем. В прошлой жизни «мало короткоствола» означало Макаров, Стечкин, Глок, Токарев, ЧеЗет, Грач (фууу, кака). Общее представление и первичные навыки. Описанная стоечка, по мишени двоечка, доворот корпуса, следующая двоечка по следующей мишени. Так и чередуем на весь магазин восемь патрончиков. Ух! Люблю! Бахает, подкидывает и толкает руки, пахнет, всё как я люблю. Двенадцать секунд, счастье кончилось.

– Курсант Милославский стрельбу закончил!

Идем смотреть мишени. Ожидаемо, одна случайная девятка, все остальные попадания подальше от центра, но в черный круг, кроме одного отрыва в тройку. Как обычно, быстро, но без выдающихся результатов. Так пистолет и не придуман, чтоб белке в глаз попадать. Его назначение гарантированно обездвижить внезапно нарисовавшегося противника. Можно до смерти.

Настроение у милиционеров стало задумчивым. Надеюсь, кто-то понял, что его учили не тому. А кто-то наверняка прогоняет в голове план рапорта или донесения в более специфичные органы. Впрочем, с ребенка взятки гладки. Самородок я такой, угу. Попросил еще магазин у дяденек, когда я еще постреляю… Тупо высадил в одну мишень в быстром темпе. Получилась большая дыра в районе шестерки на шесть часов, хорошая кучность. Давно заметил, любит меня оружие.

А с мишенями на пострелушках наоборот вечная беда – только начну душевно жечь патроны, обязательно срежу опору или отстрелю подвеску держателя. В армии еще началось, когда из автомата разрушил механизм поднимания ростовой мишени. Отстрелялся на пять, после меня на моем рубеже косяки, никто не валит ростовую мишень. Приехал начальник штаба, оказался любитель пострелять и как на грех на мой стрелковый рубеж пришел. «Что вы всё мажете, олухи, смотрите, как надо стрелять!» А ростовая не падает. Он подошел на 50 метров, и снова по ней очередью – хрен там! Взялись проверять, пулей тягу срезало. Раз после меня перестало работать, значит моя и пуля. В это раз насыпь не обвалилась, мишень не загорелась, и то хлеб.