Чтение онлайн

Как только посланник скрылся из виду, Найгаард рыкнул:

— Стройтесь. Мы возвращаемся.

С этими словами он направился к своему байлангу. Ни на меня, ни на Веста он не смотрел. Герцогиня молча шагала вслед за супругом.

Два клина байлангов поднялись в воздух, но адепты не спешили расходиться. Отец обвел взглядом глазеющую толпу и обратился к своему товарищу:

— Роден, иди в Академию. Я переговорю с Анной и ректором, а затем вернемся на Запад.

Тот молча кивнул и сделал то, о чем его попросили. После этого отец повернулся ко мне и вкрадчиво произнес:

— Пройдемся, дорогая дочь. У меня к тебе и твоему куратору есть разговор.

Повода отказать у меня не было. Поэтому я медленно выдохнула и опустила приглашение в карман куртки. А затем нервно улыбнулась и последовала за отцом. Вестейн шагал рядом, и от этого было хоть немного легче. Свейт и Стужа расправили крылья и отправились в свои загоны.

Мы шли вдоль обрыва, оставляя плац позади. Сначала отец молчал. Примерно на середине пути к учебному корпусу он резко остановился и заглянул мне в глаза. Я инстинктивно отпрянула и натолкнулась на Веста. Куратор придержал меня за плечо. И этот жест не укрылся от моего отца.

Он бросил на Вестейна ледяной взгляд и начал:

— Я не знаю, на что ты рассчитываешь, отказывая Родену, Анна, и чего ждешь от аудиенции. Сейчас ты сделала большую глупость.

— Глупость сделали вы с матерью, — неожиданно для себя ответила я.

Брови отца поползли вверх. Я никогда не смела разговаривать с ним в таком тоне. Но нагоняя не последовало.

— И я намерен эту глупость исправить, — твердо ответил он. — Ты выйдешь за Родена, хочешь ты того или нет.

Тут заговорил Вестейн:

— Возможно, у вашей дочери есть веские причины для отказа.

— Девичья влюбленность такой причиной не является, — резко сказал отец. — Мы с твоей матерью, Анна, один раз поддались чувствам… И теперь расхлебываем это всю жизнь. Учись на наших ошибках. Я подобрал тебе достойную партию.

— Ваша дочь достойна большего, — возразил Вест. — По крови она наследница Севера. Она прошла Лабиринт и сумела прикоснуться к древней магии этих земель. Источник Найгердов может подтвердить ее родство.

— Если ее к этому источнику допустят, — покачал головой отец. — В чем я лично сильно сомневаюсь. Ни я, ни ее мать не собираемся публично признавать свой грех. Репутация родов важнее. А Рихард сможет убедить императора в том, что Анна не имеет никакого отношения к его супруге.

Я подалась вперед с намерением вспылить, но Вестейн сжал мое плечо и бесстрастно произнес:

— Или я смогу убедить императора, что Рихард Найгаард занял трон незаконно.

Отца его слова совершенно не впечатлили:

— Мальчик, твой род проиграл битву за Северный трон. Твои домыслы — пустой звук. Сначала сделай что-нибудь стоящее, докажи это. Тогда и поговорим. И учти, что если ты проиграешь, то…

Он бросил выразительный взгляд на руку Веста, которая лежала на моем плече, и продолжил:

— Если я узнаю, что ты тронул мою дочь хотя бы пальцем, потребую наказания. У вас с этим строго, правила я знаю. До встречи в Пурпурном дворце.

С этими словами он развернулся и пошел к учебному корпусу. Я обернулась к Весту и заглянула ему в глаза. Больше всего мне хотелось упасть в его объятия, но издалека за нами наблюдали другие адепты. Куратор покосился на них и негромко спросил:

— Что ты обнаружила? Свейт сказал, ты должна рассказать мне что-то важное.

Я убедилась, что нас никто не слышит, и прошептала:

— Кажется, я поняла, что произошло с моей матерью. Осталось это доказать.

— Магия горцев?.. — задумчиво протянул Вест. — Это серьезное обвинение.

Я уверенно кивнула и стала загибать пальцы:

— Тебя несколько раз пытались убить с помощью горных тварей. Чейн сказал, горцы умеют с ними договариваться. И на нас напали горцы тогда, у Ржавого пика. Их магия отличается от нашей. Именно поэтому никто не смог обнаружить подчиняющий амулет.

Куратор медленно кивнул:

— Возможно, это так. Но ты же понимаешь, что доказать это будет сложно. А нам придется представить доказательства уже завтра вечером. При дворе императора.

— Если я смогу снять эту вещь с герцогини, то она сможет свидетельствовать против мужа, — возразила я. — Или придет в себя и…

Тут я замолчала. Озвучить слабую надежду, что мать сама признает меня, не хватило сил. Вест улыбнулся ободряюще и едва заметно коснулся моего запястья. Противный зуд внутри проснулся снова, а взгляд куратора стал немного отсутствующим. Солнце садилось, окрашивая снег в оттенки розового. Ветер развевал наши белые волосы, и кончики прядей время от времени сплетались в воздухе.

Зуд пошел на спад, и я поежилась. А Вестейн вдруг спросил:

— Чувствуешь, да?

И тогда я вдруг вспомнила, что вызывало у меня подобные ощущения.

— Источник? — пробормотала я.

— Да, сегодня пик его силы, — серьезно кивнул куратор. — Очень вовремя. Эту ночь я проведу там. Значит, на балу родовой магии у меня будет под завязку.

Воспоминания о горячей воде и магии были мне приятны. Запястье снова зачесалось, напоминая о том, что я все еще не избавилась от маскировки.

Вестейн снова заговорил:

— Хорошо, что сейчас ты живешь у Тиры. Источник не помешает твоему сну. Завтра тебе понадобятся силы — с утра учеба, потом бал.

— Но что мы будем делать на балу? — спросила я. — Как попытаемся вывести Найгаарда на чистую воду? Я думаю, он как-то управляет этой магией. И от этой вещи тоже стоит избавиться.

Вест покачал головой:

— Сначала ее нужно обнаружить. Я подумаю, как это можно сделать.

— Если бы у меня было чуть больше сил, — прошептала я, сжимая кулаки.

— У тебя будет чуть больше сил, — пообещал куратор. — Когда ты войдешь в источник Найгердов. Император уже заинтересовался тобой. Твои отец и мать могут отпираться сколько угодно, но кровь Севера в тебе сильна. Император обязательно позволит тебе войти в источник для проверки. И отрицать очевидное станет невозможно.

Он говорил уверенно, но в моих ушах все еще звучали слова отца. Он будет врать перед императором, что я дочь нищенки. Как врал мне всю жизнь. Мать под воздействием Найгаарда. За меня будет только Вест. Остается надеяться только друг на друга.