Чтение онлайн

Вечером принесли ужин, и почему-то не забрали поднос с нетронутым обедом. Мысленно махнув рукой на странности тайремцев, продолжила спать.

Как оказалось – зря.

– Элизабет, – раздался надо мной голос, и чья-то рука легла на плечо, – послушайте, я вовсе не вижу проблемы в том, что вы здесь поживете немного. Следовательно, ваши переживания и попытки устроить голодный протест, совершенно бессмысленны.

Да, что б тебя, архонт склеротичный, я тебя слышу. И это не голодный протест – я просто столько не ем. И вообще, пожрать я могу в любой момент, а вот сон удовольствие изысканное, и по большей части мне недоступное. Дайте поспать, короче!

– Элизабет, вы меня слышите?

Интересно, а что будет, если я скажу «нет»?

– Элизабет?!

Склеротик доставучий, достал уже.

– Я вас слышу, – ответила дрожащим писклявым голосом.

– Я рад, – произнес архонт Дагрей. – Вы будете есть?

– Ддда, – вновь едва слышно ответила.

Но вообще я предпочла бы поспать.

– Подниметесь?

Я и попрыгать могу, но желательно без свидетелей.

– Когда вы выйдете… – высказала, стараясь скрыть недовольство дрожащим от «страха» голосом.

Пауза, затем с явным облегчением:

– Конечно, я не буду вас смущать. Поешьте. Если пожелаете, можете спуститься к нам кают-компанию. Слово адмирала – вас никто не тронет.

О, я бы посмотрела на того, кто попытался бы меня тронуть. Но лежу, не высовываюсь. Снова кивнула, прикрывшись одеялом.

– Вот и хорошо, – архонт потрепал меня по плечу, поднялся и вышел.

Вашу мать в танаргскую систему воспроизводства, черт! Есть вообще не хотелось. Но пришлось встать, поковыряться в еде. Фрукты и овощи были съедены с удовольствием, зелень салата тоже. Есть мясо желания не возникло – моя б воля я бы к нему вообще не прикасалась. Но откровенно поостереглась, опасаясь, что раскроют меня раньше временим – танаргцы об этой особенности бывших десантников знали, а я не хотела выяснять в курсе ли этой маленькой детали тайремцы, хрен его ведает чем с ним союзнички поделились. Так что пришлось поковырять котлеты, проглотить пару ломтиков стейка, с трудом сдержать рвотный позыв. Странное дело – в десанте жрешь все, что дают, причем именно жрешь, а не ешь. Пищу жуешь и глотаешь, не задумываясь о вкусе, составе, качестве. Это потом, после увольнения, вместе с необходимостью социальной адаптации на тебя сваливается такая хрень как – культура еды. И привыкнуть к ней чертовски сложно. Сходу я оценила только фрукты и овощи, даже сладости как-то не впечатляли – слишком напоминали гематогенные и белковые батончики, которые заменяли полноценный рацион на особо опасных операциях.

Интересно, парни уже сварганили подставу для этого архонта с проблемной памятью?

Вернувшийся через полчаса солдат, забрал оба подноса, удовлетворенно покивав. Я наблюдала за ним через щелку, приоткрыв дверь в душевую.

Нет, здесь оказалось очень даже не плохо, и я даже практически отоспалась за все недовыспанные годы, но очень хотелось умыться и распустить волосы, зажатые в крайне тугом пучке, от чего вся кожа головы уже ныла. Однако, распускать волосы было стремно. У архонта, конечно, склероз, но мало ли…

Так завершился мой второй день на тайремском корабле.

***

Третий ничем не отличался – я отсыпалась, ела, снова заваливалась спать. Для меня, человека, который не спал толком последние лет десять, такая жизнь казалась сущим раем.

Однако имелся в этой идиллии один напряженный момент – архонт Дагрей.

Вечером третьего дня я все так же безбожно спала, когда моего плеча вновь коснулась мужская ладонь. Вздрогнув всем телом, тут же проснулась, но все так же лежала спиной к адмиралу, и поворачиваться совершенно не хотелось.

– Как вы себя чувствуете? – вопросил мужчина.

Изучая взглядом стену, и в частности едва заметную трещинку в краске, пискнула:

– Все хорошо.

– Вы не спустились вчера, – продолжил адмирал.

Черт, не спустилась и не спустилась, я, может, все еще верую в твою память, хотя вера тает с каждым днем, и конспирацию, кажется, вообще даром соблюдаю, вали уже!

Но вслух:

– Простите, мне… мне нечего было надеть… – прошептала я.

И вот все, что я могла – или шептать, или пищать, потому как имелись опасения, что по нормальному голосу архонт меня узнает.

Некоторое напряженное молчание, а затем он произнес:

– Хорошо, я распоряжусь, чтобы с этим вопросом разобрались. Что-то еще?

Ну, если уж ты спрашиваешь, ворюга, то я отвечу:

– Да, у меня нет даже косметики…

– И это все, что вам нужно? – насмешливый вопрос.

Так значит, да? Ну, получай!

– Мне ничего не нужно, кроме свободы! – патетически пропищала, и залилась слезами, громко всхлипывая.

В душе научилась. Раза с двадцатого вышло.

– Элизабет, простите, – мгновенно пошел на попятную адмирал.

Не, ну он прикольный, если уж честно.

– Я прикажу, чтобы вам как можно быстрее доставили все требуемое. Отдыхайте.

Едва архонт Дагрей ушел, я осторожно поднялась, и шмыгнула в ванную. Когда вернулась, заметила странное – мне подменили подушку. Ту, испачканную тоналкой фирмы «Шелк силикона», заменили на чистую и новую.

Ужинала фруктами, все недоумевая, по поводу причины воровства.

Ночью у меня абсолютно бесшумно украли и вещи!

Это было очень странно, но проснувшись, я увидела длинную безразмерную мужскую майку на спинке стула, там, где еще вчера лежал мой серый костюм и стальная рубашка. Ворюги!

Посетовав над пропажей, я поела и завалилась спать.

***

А потом наступил вечер. Как я это поняла?!

Все гениальное просто – меня разбудили осторожным:

– Элизабет, добрый вечер.

Медленно, очень медленно втянула ногу, оказавшуюся не укрытой, под одеяло. Еще медленнее, осторожно прикрылась одеялом с головой, потому что с горя от пропажи одежды, я таки умылась…

– Ваша косметика, – произнес архонт, и поставил на кровать перед моим лицом подарочную корзинку фирмы «Шелк силикона».

Осторожно отодвинувшись, из-под одеяла, потрясенно посмотрела на упаковки, и мысль в голове билась лишь одна – они, что сняли соскоб с подушки, провели распознавание и так выяснили чем я морду намазала? Обалдеть!

– И ваша одежда.

После чего зашло двое солдат, внесли пакеты из магазина вселенской франшизы«Офис и стиль», в котором я и покупала эти жуткие костюмы, для имитации переводческой деятельности.

– А так же, возвращаем ваш костюм.

Дверь за солдатами закрылась, и архонт Дагрей положил мой сложенный костюм на спинку стула. И тут случилось странное – он вдруг широко улыбнулся, но тут же подавил усмешку, и вновь стал серьезным и сочувствующим.

– Вы…вы меня пугаете, – пискляво заныла я, предотвращая страшное.

– Простите, Элизабет, – снова попытка сдержать улыбку, – вы крайне комично выглядите сейчас, у вас очень забавно один глаз из-под одеяла поблескивает. Простите, только давайте без слез.

Ах, ты ж сволочь! Сам напросился!

Громко и выразительно всхлипнула.

– Уже ухожу! – надо же, догадливый. – Я лишь хотел сообщить, что завтра меня не будет, но послезавтра я зайду проведать вас пораньше. Отдыхайте, Элизабет.