Чтение онлайн

– Я тебя сам придушу! – пообещал Дагрэй.– Лично!

И прижался к моим губам.

Я думала, что повышенное количество эндорфинов вызывает стресс? Я ошиблась – эйфорией меня накрыло именно сейчас. Безумно упоительное чувство легкости, ощущение, что напилась и все вокруг становится нереальным, легкая нотка боли, как деталь лишь усиливающая чувство кайфа, и запах, вкус, прикосновения Эриха, опьяняющие сильнее любых наркотиков.

А затем именно его спокойный голос:

– НА КОЛЕНИ!

И он поднялся в тот миг, когда все синхронно рухнули. Все кроме нас – меня, которую он держал на руках и Эриха, который встал, распрямив спину. И вот она странность – на его «голос» у меня больше никакой реакции в виде панической атаки не было. Только дурацкое желание обнять его сильнее и улыбаться как идиотка последняя.

– И что это были за стимуляторы? – очень тихо спросил Дагрэй.

В жизни не признаюсь, что дозировка была рассчитана на меня и я только что внаглую соврала архонту.

– Потом формулу скину, – честно повторно соврала я. И добавила то, что должна была добавить: – Я откажусь от гражданства Гаэры, и официально выйду из состава спецвойск.

Эрих замер, только его сердце забилось гораздо быстрее.

– Почему? – тихий вопрос.

Можно было бы соврать, но я сказала правду:

– Ты – важнее.

И вырубилась на этом.

***

Легкий привкус табачного дыма в воздухе, и низкий грудной голос, произнесший на танаргском:

– Не делай этого. Она с Гаэры, ты не знаешь этих женщин, в отличие от меня. Не заставляй ее идти на сделку с совестью.

– Рэндл, – устало произнес Эрих, – либо так, либо рано или поздно, ее отнимут, и Мэл это поняла раньше меня.

– Десант, да… они сообразительные. И приспосабливаются практически к любой обстановке, это факт. Но есть еще один факт, Эрих, она с Гаэры. Официальный отказ от гражданства, станет для нее ударом. Как донести это до тебя?

А никак. В официальные заявления может поверить только Танарг, бумажки имеют значение для них, а я спецагент разведки им и останусь вне Гаэры. Вот на Гаэре было бы тяжко, мой карьерный рост закончился бы в местной полиции, и это в лучшем случае. В максимально наилучшем случае. Но в данной ситуации я могу полноценно вернуться к работе, оставаясь агентом под прикрытием.

– Эрих, все хорошо, – прошептала я, не в силах открыть глаза.

Слабость все еще была адская.

Я знала, что мы сейчас в поместье риантана Харсейди. Чувствовала запах цветущих садов, который доносился сюда, на террасу, и наслаждалась ветром, играющим с прядями моих волос. Ну и так, в целом – я тихо балдела, сидя у Эриха на коленях и то засыпая, то снова просыпаясь.

– Миледи Дагрэй, – произнес риантан, – вы осознаете, что вам придется заключить брак здесь, на Танарге, принеся перед этим присягу моему правительству?

Забавно, но в десанте присяги нет. По закону пятнадцатилетние подростки еще не полноправные граждане, а восьмилетние дети прошедшие отбор в военную школу так вообще в полной несознанке по причине юного возраста. Но присягу мы все равно приносим, если того требуют обстоятельства. Я лично приносила ее раз так шесть. Один раз в пиратском военном лагере, перед тем как устроить побоище в этом самом лагере, мне просто время требовалось протянуть по максимуму. Пару раз во время работы в разведке, когда целью было внедрение в провоенные организации. Ну и так, по мелочи, к примеру, когда требовалось счет открыть в банке, а банк принадлежал Астероидному братству. Так что….

– Свой долг Гаэре я уже отдала и отныне буду жить для себя! – пафосное заявление, но на Танарге пафос едят без хлеба и специй.

«Лгунишка», – вывел Эрих пальцами на моей спине.

Однажды точно нарвется на ринопластику.

А сейчас я лишь тихо спросила:

– Кто такой риантан Эдога? – и ощутила, как напрягся Эрих.

Да, я такая, я все помню, и ту встречу в сапоге с наглой гаракхайкой я не забыла.

– Семь дней назад он был приговорен к расстрелу. Приговор привели в исполнение немедленно, – сообщил риантан Харсейди.

Я с трудом, медленно открыла глаза и посмотрела на Эриха.

– Сколько дней я с….спала? – нервно спросила.

– Девять, – тихо ответил Дагрэй.

Мне хотелось выругаться, но во всем лучше искать что-то хорошее.

– Не месяц, уже плюс, – нашла я то самое хорошее.

И улыбнулась Эриху.

Он улыбнулся мне в ответ.

Запах цветов вокруг стал сильнее, и еще сильнее, и еще…

Риантан Харсейди поднялся, склонил голову и произнес:

– Тактично оставлю вас наедине. Миледи Дагрэй искренне рад, что вам стало лучше. Эрих.

И танаргский чуть круче по чину, чем генерал на Гаэре, покинул террасу.

Проследив за уходом этого военного, я едва слышно спросила у Эриха:

– Почему мы здесь?

Пауза, и едва слышное:

– Потому что я доверяю Рэнделу.

Вот оно как.

– Мы останемся здесь еще на несколько дней, – продолжил Эрих. – Все вопросы решим… позже.

Ааа, малыш ты мой любимый, сообразил, наконец, что доверять здесь никому и никогда нельзя.

– Я бы прогулялась, – протянула мечтательно.

И услышала резкое:

– Нет!

В следующий миг Эрих сам был потрясен своей столь яростной реакцией, но только на миг. Стремительно наклонившись к моим губам, он нежно прикоснулся к ним и произнес:

– Мэл, ты пока не можешь ходить. Прости. Мне жаль. Мне очень жаль. Мне безумно жаль всего, что случилось, и того, что случилось с тобой, жаль особенно. Прости. Я не знал. Когда искал тебя, когда хотел получить, когда за азартом погони, не обратил внимания на собственные чувства.. Я не мог даже представить, что ты станешь для меня важнее моей жизни, важнее моего мира, важнее всего для меня. Мелани, я…

Я посмотрела на его лицо, бледное, почти обескровленное, на седину, редкими серебряными блесками пробившуюся на висках, на морщинки, залегшие на переносице, на тени, залегшие под глазами. Эрих был на грани.

А мне категорически требовалась передышка.

А значит с Танарга пора бежать.

– Сопли-слюни вытер, не баба, – мрачно прервала я исповедь Эриха.

И он замер на полуслове, потрясенно глядя на меня.

А его темно-серых глазах расползалось недоумение с недоверием вместе.