Чтение онлайн

Сейр отразил камеру для допросов, изможденного, высохшего какого-то Регу, обросшего, немного с бородой, и мешки у него под глазами были впечатляющими, а взгляд вообще пустой. Такой взгляд бывает у смертников, которые уже в курсе - впереди смерть, и она не всегда бывает милосердной.

– Мэг, - голос бывшего первого красавчика в разведуправлении звучал хрипло и затравлено, - ты такая красивая…

И вот он парадокс - когда Эрих мне это говорит, настроение сразу вверх и от счастья чуть ли не взлететь хочется, а когда Рега… хочется чтобы он тупо заткнулся и все.

– Чего хотел?
– прямо спросила я.

Рега жадно вглядываясь в мое лицо, сказать определенно хотел многое, но не рискнул. И озвучил всего один вопрос:

– Как? Как ты догадалась?

Я могла бы издевательски промолчать, но Регу ждала казнь и без вариантов, слишком многое вскрылось еще до его эпичного признания, и на смертный приговор он себе заработал еще до того, как попал в разведуправление. В общем, я его пожалела, и поэтому ответила правду.

– По кубикам, Рега. По твоим кубикам на прессе. Ты стол часто мне свой пресс демонстрировал, что я его наизусть выучила, и когда твой отец скатился в приступ эксгибиционизма, видимо у вас это семейное отклонение, кубики там были точно такие же. Так ты и спалился.

По лицу бывшего капитана разведки прошла судорога, глаз отозвался нервным тиком, но Рега скрежетнул зубами и сдержался. Посидел, глядя на меня, и спросил:

– Что-нибудь еще скажешь?

– Ага, - я широко улыбнулась, - спасибо. Серьезно. От всей души.

Он недоуменно воззрился на меня, не понимая, с чего вообще взялась благодарность, тем более искренняя.

– Ззза что?
– сипло переспросил Рега.

Моя улыбка стала шире и счастливее. Думаю я сейчас прямо таки лучилась счастьем, и потому что беременность на меня хорошо влияла, и потому что когда каждый день живешь в любви и заботе, по любому сиять от счастья будешь.

– За подставу на Франциске, Рега.

И он все понял.

Потянувшись, оттрудилась от застывшего в своей камере Реги, переключилась на Шайтана и сказала:

– Мы всё.

– Да я понял, - бывший десантник понимающе улыбнулся бывшему десантнику.

И мы разом отключились.

Эрих убрал сейр, отпустил мою руку, поставил мне салата в тарелку и принялся нарезать мясо, явно борясь с желанием задать вопрос.

Потягивая сок через трубочку, сказала:

– Да спрашивай уже.

Быстрый взгляд на меня, и несколько осторожное:

– Ты действительно ему благодарна?

– Кому?

– Реге.

И напряженный взгляд на меня.

С трудом сдержав смех, отставила стакан, сложила ладони домиком, расположила подбородок на конструкции, и глядя Эриху в глаза, честно призналась:

– Да я в жизни никому не была так благодарна, как Реге, и едва ли буду когда-нибудь. Ведь если бы не он…

Продолжать не стала. Раньше мне снились кошмары о том, что мы с отрядом в горящем шатле падаем навстречу неизбежной гибели, а теперь кошмаром стал совершенно другой сон. Сон о том, что я оказалась от невыполнимой миссии и не полетела на Франциску. Сон о том, что Рега не смог меня подставить. Сон про то, что я не встретила адмирала Дагрэя.

Но я просыпалась, Эрих лежал рядом, обнимая меня даже во сне, Эарон с бутылочкой висел под потолком - своей колыбелькой он научился управлять с четырех месяцев, второй сыночек радостно пинался в животике, и я понимала, что страхи это всего лишь страхи, а реальность реально прекрасна.

Одна проблема осталась – на Тайреме никак не могли решить, к кому приписать нашего второго ребенка. По традиции первого сына рожала первая жена, а второго, у которого меньше прав в наследовании, вторая – но я тут два в одном, а ущемлять сына еще до его рождения не хотелось. Короче как родится на Танарге, дам ему вторую фамилию моего местнозаконного отца, а если архонты начнут возражать, пригрожу уничтожением Сада Предков, мне угрожать не впервой, а разминировать свою военную базу они так и не смогли.

– У тебя такая загадочная улыбка блуждает на губах, - отметил Эрих.
– Опять Нгоэна доводить будешь? Он уже не рад, что заполучил пост главы дома.

Ну и Тайрема заодно, потому что Эрих его в конечном счете поддержал.

– Переживет, - а если нет, его личные проблемы.
– В любом случае он весь в белом, так что седина ему к лицу.

Нет, даже беременность не сделала меня хорошей девочкой.

– Только не нервничай. Если возникнут сложности говори сразу мне, я ему повторное землетрясение устрою, все равно правительственный дворцовый комплекс мне никогда не нравился.

Нет, даже счастливая семейная жизнь не сделала Эриха хорошим парнем.

– Люблю тебя, - прошептала, счастливо улыбаясь.

– А я тебя безумно, - с нежностью ответил мне мой архонт.

– Выпила? Замечательно! Теперь все, Ильева, теперь ты будешь умолять меня о ласке, ты будешь на коленях просить меня о внимании, ты забудешь о гордости, жизненных целях, ты забудешь даже свое имя! И ты будешь принадлежать мне, Маргарита! Вся, без остатка!

Дэн победно усмехнулся, глядя на меня своими зелеными колдовскими глазами. О да, он был хорош – два метра ростом, косая сажень в плечах, иссиня-черные волосы идеальной, на мой взгляд, шестисантиметровой длины и улыбка. Улыбка истинного искусителя. А еще у него имелось прозвище – Колдун. Кто его знает, откуда Дэн им обзавелся, но что-то в нем действительно было колдовское. И вот теперь я, кажется, поняла что.

– Знаешь, Дэн, – протянула ему бутыль с соком, которой он меня одарил перед тренькой, и, как выяснилось, с далеко не бескорыстными намерениями. – Никогда не любила сок манго. Приторный слишком, на мой взгляд… – Искоса взглянула на него и добавила: – Как и ты.

Колдун начал медленно терять вид «я самоуверенная скотина», трансформируя его в «то есть как, ты это не пила?!»

– Тут же всего полбутылки осталось… – растерянно произнес он.

– Ага, – невинно пожала плечами, – знаешь, вот Ксюша манго любит…

Первая красавица нашей группы все время монолога Дэна стояла за моей спиной и тяжело дышала. Мелькнула странная мысль, но решила все же ее высказать:

– Приворотное зелье?

Дэн сначала кивнул, потом отчаянно затряс головой, изображая «нет». Интересная реакция, он что, реально пошел к какой-то доморощенной шарлатанке и заказал приворотное зелье? Он что, реально в такое верит?

– Хоть ограниченного действия? – сдерживая улыбку, спрашиваю у неудачливого соблазнителя.

– Нет, – простонал Колдун.

– Весело. – Я перекинула рюкзак на спину. – Ну, совет вам да любовь.

Когда я уходила, спокойно, уверенно и не оборачиваясь, спину мне прожигал полный ненависти взгляд Колдуна, которого, забыв о чести, гордости и собственном имени, умоляла о ласке и так уже год не дающая ему прохода Ксения. Мольбы медленно, но верно переходили в требования.