Чтение онлайн

– А если не получится в него влюбиться?

– Богатырь остается, – оптимистично напомнила я. – Когда начинаем?

У него глаза сузились настолько, что их теперь вообще видно не было, и желваки ходуном ходили. Но сдержался, усмехнулся и произнес:

– Сейчас.

Начинаю привыкать к одежде Стужева – удобно, не жмет, висит до середины бедра, в общем, мой фасон. Но это единственное, что мне нравилось во всей этой ситуации. Остальное не впечатляло.

– И этот лже-Демон инициировал малышку? – лениво поинтересовался Касьян.

– Нет, – Александр криво усмехнулся, – он ее просто перекрасил.

– Чем? – удивился Ян.

– Хной обыкновенной, – вставила я, делая маленький глоток сотворенного для меня Стужевым коктейля.

Мы сидели под деревом за небольшим круглым столиком, я на качелях, забравшись с ногами, мужики за столом, белки с орешками и тремя связанными куницами облюбовали собственно дерево. И да, у меня был потрясающий коктейль – водка с малиновым вареньем и льдом. Вкусно-о! А еще в голову не сильно бьет и нервы успокаивает. И качели качаются, и ветер в лицо…

– Еще раз. – Яну мы все уже с час рассказывали, но он все уточнений требовал, – Маргарита у нас инициированная Яга, так?

Стужев кивнул и, опрокинув в себя очередной стакан водки, закусил лимоном. Ян пил пиво, причем пил он без энтузиазма – первый стакан так и не допил.

– Скверно, – задумчиво произнес Черный бог и выдал то, до чего уже Кощей с Кошей додумались. – Маргарита теперь ключ к Терре. Один из двенадцати. И раз она не ведьма, воспользоваться ключом темным будет просто… – взгляд на Стужева и вопрос: – Этот темный, случаем, не оберегал ее от нервных потрясений, может, друга изображал или что-то в этом роде?

Александр молча на меня посмотрел, а я… Козлина ты, Игнат. Как есть, козлина.

– Оберегал, – тихо ответила. – И да, изображал… друга.

Звон стекла, напиток с бульканьем заполняющий тару, и Князь опрокинул в себя очередной стакан огненного напитка. Что-то он увлекся, на мой взгляд, так и до белочки недалеко… Хотя, вот как раз до белок было близко.

Поймала на себе задумчивый взгляд Яна, тот тихо произнес:

– Мне очень жаль, Маргарита, что вы оказались втянуты в местную грызню за территории.

И что тут сказать?

– Мне тоже. – Я залпом выпила половину коктейля. А потом почему-то начала рассказывать: – Даже о приключениях никогда не мечтала… У меня был Ромочка, Влад, в конце концов, и… и даже поклонник постоянный, который Дэн.

– Вам нравился Дэн? – проникновенно поинтересовался Ян.

– Мне нравился… – начала я и осеклась и постаралась вообще не смотреть на Стужева.

– И? – У этого бога тон заправского психотерапевта.

– И ничего. – Я уставилась на траву и начала раскачиваться чуть сильнее. – Он тоже сволочью оказался.

Некоторое время мы молчали, и тут Касьян сказал:

– Маргарита, да у вас стакан совсем пустой.

И у меня стакан забрали, а вернули полным. И еще блюдце с малиной на колени поставили.

– Спасибо, – прошептала я, вытирая слезы, которые, как оказалось, уже пару минут катились по щекам.

– С нее уже хватит, – несколько притормаживая, произнес Стужев.

– Да ладно, хорошо же сидим, – произнес Ян.

Я подняла голову, сквозь слезы посмотрела на него и заметила загадочную улыбку Черного бога, который наливал себе в пиво водки, щедро так наливал.

– За встречу, друзья мои, и за сволочей!

– За сволочей не хочу, – насупилась я, чувствуя, как голова кружится.

– За месть сволочам всех мастей и размеров… кроме Коши! – торжественно исправился Касьян.

– Поддерживаю! – оживилась я.

– Не возражаю, – сказал Александр и отхлебнул из бутылки.

С этого момента я помнила происходящее очень смутно. Точно помню, что белки нам таскали водку и орешки, а еще, что в итоге Алекс и Ян пили на спор, бутылку за бутылкой, а я пробовала разные коктейли, и парни даже соревновались, какой мне больше понравится… Почему-то болела за Князя и им приготовленные все допивала до конца… Это все я помнила!

Но кто бы мне объяснил, почему в итоге мы оказались на территориях темных с беличьим спецназом?!

Потому что в себя я пришла под потрясенное стужевское «Мля-а-а» и бодрое беличье:

– Проникновение на территорию противника прошло успешно. Василиски связаны! Волки изгнаны! Стражники скормлены драконам!

А еще кто-то истерически ухахатывался! И несмотря на то что меня шатало и мир вообще нестабильный был, я засекла Яна. Он сидел на корточках, привалившись спиной к забору и… да, ржал он. А вот мне было почему-то тепло очень, и я не сразу поняла, что сижу на Стужеве, который устроился на земле и почему-то без конца повторяет «мля-а-а».

А две белочки стояли перед нами – грудь колесом, в глазах огонь преданности и немой вопрос: «Чего делать дальше?» Его они и выразили:

– Ждем дальнейших распоряжений!

На первой белке поблескивала медалька. Отчаянно пытаюсь сфокусировать взгляд на оной и вижу выведенное собственной рукой «Генерал Быстрый Зуб».

– Мля-а-а, – простонала уже я. – Кипец темным…

– Есть! – Обе белки козырнули лапками.

Ян свалился на землю и заржал в голос. У меня голова раскалывалась, а сверху неожиданно прозвучало рокочущее:

– Адмирал космического флота Лер Огненнокрылый прибыл с донесением. Разрешите доложить!

– Ик. – Это я.

– Мля-а-а. – Стужева заклинило.

– Я сдохну, – простонал Ян, перевернулся ничком и теперь ржал, стуча кулаком по земле.

А мне так плохо было, совсем плохо. Но голову подняла, узрела огромную клыкастую морду динозавра и почему-то сказала:

– Докладывай…те.

– Бастион взят! – бодро отрапортовал дракон, обдавая запахом серы и гари.

– Мля-а-а. – Стужев уткнулся носом в мое плечо. – Маргош, они Темный двор взяли.

Мы взяли Темный двор…

– Мне плохо, – простонала я.

– Водочки? – участливо предложил дракон.

Кажется, бог сейчас сдохнет от хохота, его аж скрючило.

– Ян, что с тобой? – прошептала я.

– Память, мля, возвращается! – ответил Навий бог и снова заржал в голос.

Я повернулась к Стужеву, тот угрюмо-растерянно смотрел на меня.

– Что-нибудь помнишь? – тихо спросил Александр.

– Коктейли, – прошептала я.

– Везет, – тихий завистливый стон, – а я практически все… Дракону вынеси благодарность и отпускай, нам бежать надо, пока темные не сообразили, кто виновен в разгроме столицы… А, черт, поздно!