Чтение онлайн

Шуметь было нельзя. К тому же, Бухта считается безопасной зоной, тут нельзя было устраивать кровавую резню. Но сейчас отступать было некуда, а раз они посмели забраться на мой корабль, я имею полное право на оборону. На палубе остался еще один головорез. Судя по его поведению, он скорее всего является их старшим.

Его надо будет первым устранять.

Когда второй прошел совсем близко от меня, я перегнулся через перила лестницы и поймал взгляд Иляны. Указав сначала на свою руку, а затем на рот, дал ей знак. Она мгновенно поняла и кивнула.

Оба бандита стояли в трюме, внимательно изучая корму корабля. Их движения выдавали опытных бойцов — они держались уверенно, но не слишком осторожно. Хорошо.

— Думаешь, она там? — спросил один, указывая на дальний угол.

— Попытка не пытка, — отозвался второй, приблизившись к грузовым ящикам.

Оба выделялись крупными габаритами, короткими стрижками и грубыми лицами. Палаши покачивались за спинами, черная форма отливала угрожающе, а белые символы на накидках бросались в глаза даже при тусклом свете.

Я поморщился от резкого запаха пота. Погода уже начинала охлаждаться, но эти болваны все еще щеголяли в теплом наряде.

Судя по всему вторженцы были наемниками. Их грубые движения и снаряжение выдавали в них людей, работающих за деньги, без лишней идеологии. Это играло нам на руку — такие редко бывают непредсказуемыми.

Я встретился взглядом с Иляной и кивнул.

— Привет, — сказала она им, спокойно, но с явным вызовом.

Мужчины повернулись к Иляне. В тот же момент она запустила ледяной заряд в лицо ближайшему из них. Лед мгновенно сковал его рот и нос, и из его горла вырвался приглушенный стон боли.

Пока заряд достигал цели, я бросился вперед и ударил клинком в шею второго. Кровь хлынула из яремной вены, стекая по лезвию, прежде чем я выдернул его обратно.

В тот же миг из темноты вылетела стрела. Она точно угодила в затылок обмороженного наемника. Он дернулся, затем рухнул на землю, как сломанный манекен. Лара не подводила ее выстрел был точен, как всегда.

Я провернул клинок, чувствуя, как острием перерезаю жилы и хрящи. Секунда, и тело мешком оседает на палубу. Всё получилось слаженно, быстро, эффективно. Чистая работа. Черт, мы действительно становимся всё лучше и лучше в этом.

— Что? Что здесь происходит?! — донёсся встревоженный голос сверху.

Я напрягся, готовый броситься к лестнице и стащить последнего головореза в трюм, пока он не поднял шум. Но оказалось, что соображает он не слишком хорошо. Умный на его месте выглянул бы, понял, что его дружков прикончили кто-то опасный, и сбежал, вопя от страха. К счастью для нас, этот парень в эту категорию не попадал.

С грохотом он спустился в трюм, держа палаш в напряжённой руке. Здоровяк, как и остальные. Прям трое из ларца — одинаковые словно отштампованные на одной фабрике.

Указал Иляне на ноги мужика. Она тут же выпустила заряд льда.

На этот раз удар был сильнее: вместо резкого ледяного всплеска, который она использовала на предыдущем амбале, ледяная масса намертво окутала ступни головореза.

Не успев понять, что происходит, он взвизгнул, потерял равновесие и рухнул мордой на пол. Я знал, что он вот-вот заорет — боль от замерзших конечностей была нестерпимой.

Вскочил на лестницу, рванул к люку, захлопнул его над головой последнего нападавшего. Трюм погрузился во тьму, а через мгновение раздался истошный вопль.

Я вытащил из инвентаря факел и оранжевый свет озарил пространство, окрашивая лужи крови в густой чернильный цвет. Последний наемник корчился на полу, пытаясь освободиться ото льда, но магия Иляны держала крепко.

— Кто вас послал? — спросил я, приставив клинок к его горлу.

Мужчина только застонал в ответ, глаза его метались в панике между мной и телами товарищей.

— Что вы со мной сделали?! — завопил амбал.

— Заткнись, — придавил его грудь пяткой сапога, — иначе я быстро перережу тебе глотку.

— Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?!

— Как раз надеялся, что ты мне об этом сейчас расскажешь, — усмехнулся я.

Иляна, Лара и девушка с кошачьими ушами окружили мужчину. На нем была черная одежда, а ножны висели на поясном ремне. Белый символ на его накидке, освещенный факелом, теперь был виден отчетливо — сжатый кулак, с которого свисали цепь и петля.

Мужчина оглядел нас всех, но его взгляд остановился на нашей безбилетнице. Словно ошеломленный, он уставился на нее.

— Ты… Не могу поверить! Ты была здесь все это время! Я так и знал! — прорычал он, сжав кулаки.

— А ты пропустил момент, когда я велел тебе заткнуться? — поднял факел, пристально глядя ему в глаза.

— А ты пропустил, когда я сказал «пошел ты»? — ответил он, ухмыльнувшись.

Несмотря на явное напряжение, мужчина рассмеялся, даже когда его ноги начали подкашиваться.

— Забавно, — сказал и улыбнулся ему в ответ.

Убрав меч в ножны, посмотрел на девушек, но их недоуменные взгляды только подогрели мою решимость. Мгновение спустя мое лицо стало серьезным, и я ударил мужчину кулаком прямо в лицо. Его голова с глухим стуком ударилась о деревянный пол, и из носа потекла кровь.

Наша безбилетница вдруг рассмеялась. Громко и искренне, впервые за все время.

— Ну что, теперь поговорим? — сказал, наклонившись к мужчине.

— Да пошел ты… — прохрипел он сквозь боль.

Хруст.

Еще удар. Я почувствовал, как хрящ в его носу окончательно сломался. Костяшки уже начинали ныть, но боль от смачного удара была приятной.

— Ублюдок… — пробормотал мужик, хватаясь за нос и тонко постанывая.

— Теперь есть желание рассказать, кто вы такие?

Амбал посмотрел на меня с таким же гневным выражением, как у той девчонки с кошачьими ушами, когда она на меня нападала.

— Мы… Лопчие.

— Лопчие? — переспросил у него, нахмурившись. — Ты хотел сказать «Ловчие»?

— Ага, эти самые.

— Ловчие чего именно или кого?

— Всего, что нам прикажут выследить.

— Так вы охотники за головами?

— Я из «Руки Плетей». Мы банда. Наемники. Выполняем заказы князей, которые хотят заполучить разные вещи.

— Вещи?

— Рабов, — тихо произнесла девчонка с кошачьими ушами. — Вот о чем он говорит.

Работорговец. От этого слова внутри все закипело. Сколько раз я уже сталкивался с подобной мразью в Полесье, и каждый раз это вызывало лишь омерзение и желание немедленно пресечь их деятельность.