Чтение онлайн

Иван устало вытер пот со лба, но так и замер с не опущенной рукой. Почувствовал слабость в ногах от неожиданности и отвращения. Рядом, почти перед собой он увидел, как воздух, уже потерявший очертания испарившихся существ, поиграл светотенями, вновь сгустился и обрёл очертание громадного лица человека, искажённого ненавистью.

В нём Иван узнал себя…

Однажды, в студенческие годы, у него произошла неприятная стычка с наглыми парнями, которым он, мирно стоящему недалеко от института, почему-то не понравился. Они так ему досадили, что когда один из них решил его толкнуть, он сорвался и, не сильно заботясь о последствиях, отыгрался на них сполна. Его «правый» ответ одобрили все те, кто присутствовал при развернувшейся перед ними сцены от начала до конца, когда недавние хырхоры, вытирая красные сопли, убежали. Кто-то заснял некоторые эпизоды драки и подарил Ивану один из фотоснимков. Он его посмотрел и засунул куда подальше, чтобы никому не показывать, да и самому на него смотреть реже.

На нём он выглядел точь-в-точь так, как теперь на него смотрело творение хырхоро…

Он встретился со своим двойником взглядом, отчего его противный облик дрогнул и выцвел.

Всё это время Иван не дышал, словно забыл, как и для чего это делается. Он с шумом вдохнул и выдохнул, украдкой покосился на товарищей, чтобы узнать, как на них отразилось видение. Но, похоже, для них оно не было предназначено. И если они, возможно, что-то и увидели, то не сопоставили игру хырхоро воздушными тенями с его изображением.

Он несколько успокоился, хотя каждая жилка в нём ещё долго дрожала от пережитого.

Люди постояли, не решаясь сломать широкий полукруг обороны. Они всматривались в пустынное пространство и прислушивались.

Но вот в ближайших к ним кустах вначале робко, потом смелее застрекотала какая-то живность, ей тут же ответила щебетаньем и разноголосым хором округа.

– Всё! – сказал пересохшим горлом Хиркус.

Женщины в изнеможении опустились на истоптанную землю.

К Ивану бочком подошёл Джордан и тихо спросил:

– Ты его видел?

Захваченный врасплох, Иван вздрогнул, замялся. С подозрением и удивлением посмотрел на фиманца и кивнул.

– Видел.

– И я. Мне, КЕРГИШЕТ, как никогда страшно было.

– Мне, Джордан, тоже, – не стал скрывать Иван своего состояния. – Но я выстою, поверь мне.

– Верю. Я… мы тебе поможем…

Иван с благодарностью взглянул на этого маленького вздорного ходока из Фимана.

– Спасибо, Джордан.

Чужая дорога времени

Мивакуки, может быть, что-то и переживали: радовались победе над хырхоро и его приверженцами, беспокоились, чем закончится схватка людей с ними, сочувствовали людям. Но внешне это ничем не выражалось. Они всё так же кучно стояли в углу площадки в центе своего острова – накруза – и самозабвенно трясли своими телами.

– Они, вообще, что-нибудь, кроме своих танцев на одном месте делают? – неприязненно высказался Хиркус. – Палец о палец не ударят…

– Ты у них видел пальцы? – спросил Арно.

– Я не о том.

– Вот они нас и нашли, – также без особого дружелюбия к гонимым сказала Шилема и ощупала саднившее плечо от пропущенного удара тяжёлой колотушкой, когда она, подражая Арно, уверовала в полную призрачность противника и ринулась на них грудью.

– Не суди других, тогда сам судим не будешь, – негромко, будто для себя, произнёс Джордан.

– Ха! Где ты только нахватался таких слов? – Арно сверху вниз посмотрел на фиманца. – Нам ещё праведников не хватало! Когда я как-то побывал…

За его руку держалась Храза. Высокая и плечистая. Она прислонилась к его плечу высоким лбом и перебила его воспоминания плачущим голосом:

– Господи-и! Как я есть хочу-у!

– Все хотят, – тут же отреагировал Хиркус, подозревая, что жалоба Хразы направлена против него. – КЕРГИШЕТ, ты потеребил бы танцоров. А то они сами не едят и нас впроголодь держат.

– Мы не справедливы к ним, – сказал Иван.

Сам он тоже ощущал неприязнь к мивакукам. Но, во-первых, как он наставлял сам себя мысленно, он не хотел, чтобы команда встала в позу оскорблённых от якобы пренебрежительного отношения к ним со стороны, как говорит Хиркус, «танцоров». Но, главное, во-вторых. Нардит сказал, что мивакуки только знают и что их надо защищать, если он, Иван, взял на себя обязательства защитника Времени. Было и, в-третьих. По-видимому, всё, что желали и о чём переживали люди, находилось вообще за пределами понимания мивакуков. Точно так же, как и для них, людей, помыслы, желания и внутренняя жизнь гонимых.

Однако в его команде бытовало иное мнение.

– Это мы-то несправедливы? – возмутилась Шилема. – Мы против целой армии, а они?

– Надо было устроить им встречу без нас, – не осталась в стороне Хелена. – А мы бы посмотрели, как бы они отбивались.

– Они нам помогли, чем могли. Не будь этих палок…

– Вот уж, точно! – подхватил Хиркус.

– Вот и махали бы ими сами! – ощерилась Шилема.

– Да, – подхватила Катрина. – Вон Сесика…

– Стоп! – возвысил голос Иван. – Вы забыли, для чего нам пришлось заниматься этим… неприятным делом.

– А для чего? – спросила Хелена и обвела ходоков ироничным взглядом, словно она знала такое, о чём они сами не догадывались.

Дон Севильяк, вечно поджидавший случая, чтобы посмеяться, оглушительно захохотал, отпугнув стоявших рядом с ним Харуссу и Аннет, но только не Лейбу, своё место при нём она блюла неизменно.

Вообще, женщины, вернувшись на остров, смешались с ходоками, не выделяя себя отдельной группой. Кроме пострадавшей Сесики. Она лежажа на каменном приступке и страдальчески улыбалась. Две или три подруги подошли к ней и довольно равнодушно поинтересовались её самочувствием. И тут же отошли, оставив её отлёживаться в одиночестве.

Хелена и Рада как ангелы-спасители теснились с двух сторон к Ивану, не подпуская к нему Шилему и Джордана.

Впрочем, фиманец, если и относился к их диктату с некоторой досадой, то старался не оспаривать их права находиться там, где им нравиться. Правда, с губ его неоднократно срывались слова о дурости, но это так, походя.

Зато Шилема шипела и фыркала. Хелена и Рада её отталкивали бесцеремонно. Для них она представлялась вздорной и никчёмной, неизвестно как попавшей в компанию с Иваном, где все мужчины были как на подбор. Они ещё не знали и не подозревали её способностей достойно ответить на их толчки, и что им может сильно не поздоровиться, когда она проявит на них свою отточенную веками сноровку.

Тусовка женщин за место у мужчин почти закончилась, как только мивакук промычал что-то для людей нечленораздельное.

Иван понял смысл сказанного и перевёл:

– Хырхоро теперь здесь нет. Оно ищет новое место. Мы можем двинуться дальше и… Сейчас переспрошу… Да, двинуться во времени дальше и ещё раз победить.

– Кого это ещё? – выглянула из-за его спины Шилема.

– Хырхоро.

– Мы что, с вами сюда пришли хырхоро побеждать? – требовательно спросила она.

– А почему бы и нет? – пробасил дон Севильяк, всё ещё занятый разборкой женщин вокруг него.