Чтение онлайн

– Что за?.. – только и успел сказать я, как понял, что наверх вернулись те, кто бегал по сигналу телефонов.

– Где второй? – спросил властный голос.

– Не знаю, – ответил другой. – Убежал или спрятался, какая разница? Мы и так задержались, у нас еще минута или полторы, и уходим! Слышишь мигалки?

– Давай! Уходите! – сказал первый, и в мою сторону полетели буквально до бритвенной остроты заточенные «воздушные лезвия». Как я это узнал? Да легко. Стоящая за моей спиной металлическая лавка развалилась, будто это не металл, а деревяшка.

Противник был серьезен и бросал сначала одинарные «лезвия», потом пошли двойные, потом тройные.

«А как же оставить в живых?» – только и успел подумать я.

Я только и успевал, что отбивать «лезвия» в сторону и блокировать «щитом», и хотя казалось, что сейчас я порву нападающего с необычайной легкостью, у меня не получалось не то что атаковать, но и защищаться. Плитка из мрамора и бетон под ней развалились, я стоял чуть ли не по щиколотки в осколках строительного мусора.

Второй человек и мой противник в шлеме исчезли, будто их и не было, и, скорее всего, пошли искать раненого Тимофея. И я бы и хотел их отвлечь, но у меня не получалось контратаковать.

Два моих удара прошли впустую. А я уже понял, что передо мной боец никак не ниже Витязя, которого и видели мои люди.

Я не знал, что происходит, но нужно было как-то остановить его. И я пошел ва-банк. Очередной удар я принял на себя, на грудь, максимально накачав «доспех духа» энергией, а потом насколько возможно быстро начал метать «молнии». Я стал медленно подходить к стонущему, не прекращая, собственно, атаковать его и поставленную после пропущенных ударов чисто на автомате защиту.

Как вдруг сильнейший поток воздуха буквально отправил меня в полет через всю ширину зала и вбил в стену на втором этаже. Закашлявшись от сильнейшего удара об пол, я привстал и стал спешно шевелить ногами, уходя из-под обстрела. И Витязь атаковал. Хорошо, что я уже бежал: сзади на месте, где я лежал, появилась окружность диаметром в семь метров. Полностью исполосованная. Она буквально через секунды начала подать вниз. А я понял, что противник стал серьезным, и стоит бежать от него как можно скорее – это пока не мой уровень. Поэтому с совершенно спокойным сердцем просто спрыгнул вниз. «Доспех духа» помог, да и я сумел высвободить энергию себе под ноги, что позволило не упасть.

– Ай! – в десяти метрах от меня будто на стену налетел Дима, совершенно ошалелыми глазами глядя на меня. И было с чего. На первом этаже все выглядело так, словно тут была война. Все разрушено, побито и оплавлено. Разгорается пожар, много убитых и раненых.

Сверху падает располосованный бетон. И я падаю сверху.

Дима, к слову, сориентировался быстро! Сформировал «огненную стену» над нами, в которую врезалась и бессильно опала чья-то техника, но в ответ атаковать не стал. И не стал рассусоливать, а просто сделав стену еще больше, сказал:

– Уходим! Вон дружина князя приехала! Как бы не атаковала.

Мы выбежали на улицу, и я увидел с десяток тяжелых МПД, стоящих напротив входа. И двух боевых роботов, которых подтянули на вертолетах, а потом сбросили на парковку. Казалось, земля содрогнулась от их ударов о землю.

– Внимание! – прозвучало через громкоговорители. – Говорит княжий дружинник Иван. Прекратить стрельбу! Сложить оружие! Сдавайтесь! Вы окружены! Все выходящие, пока не будет проверена их личность, выходят на улицу и укладываются на землю. Вне зависимости от знатности! Выполнять! Протестующие будут убиты на месте!

– Ложись! – скомандовал я, подавая пример. Причем легли мы так, чтобы от входа нас прикрывала высокая лестница. Убегать нужно было до этого! Про дружину князя я уже знал. Боевиры и Витязи в МПД в одном месте. Сопротивление им без такой же защиты и вооружения бесполезно.

– Ты не ранен? – спросил меня Дима. – Как чувствуешь себя?! Тебе же говорили, что перенапрягаться нельзя.

– Все нормально, – кивнул я. – Болит все, но живой.

– А где Тимофей? – спросил Дима.

– Тоже, надеюсь, жив, – ответил я.

– Это на тебя охотились? – спросил Дима. – Или случайно все?

– Арсений Советников? – подошла к нам фигура в МПД.

– Это я и мой человек! – показал я на Диму.

– Узнал вас… – сказал дружинник. – Можете идти в свою машину! Вон, вижу, стоят. Только никуда не уезжать!

– Спасибо, – ответил я, вставая и спрашивая у Димы: – Наших внутри нет?

– Нет, – ответил он. – Валим!

– Подожди! – остановил я его и обратился к дружиннику: – Среди нападавших несколько Боевиров и Витязь-воздушник. Витязь был только что на четвертом этаже. Там же в магазине «Спортмастер» под шкафом лежит раненый мой брат Тимофей Сотников.

– Принял! Проверим! – сказал мужчина. – Все, это больше не ваше дело.

А я, посмотрев, сколько тут людей, понял, что день только начался, а калории, которых я успел уже изрядно набрать, исчезли.

– Ну и как, мля… это все понимать?! – гневно смотря на экран большого телевизора, выговаривал мне Павел. – Ты понимаешь, что сейчас это будут крутить по всем новостным сводкам? Да еще не только у нас, но и за рубежом. Ты просто не представляешь, что сделал, когда начал давать комментарии.

Павел что-то говорил, а я посмотрел на сложный узор обоев над столом и начал перебирать воспоминания. Реально ли я сделал нечто ужасное?

Этот день длился очень долго. Сначала мы долго сидели в автомобиле, не имея возможности отъехать от торгового центра. Дружина князя все увеличивалась и увеличивалась, людей из центра выводили по одному и группами, после чего отправляли в быстроформируемый палаточный городок на окраине парковки, который прикрывали два бойца в МПД. Где-то внутри периодически была слышна стрельба, и даже где-то явно шел бой, но на нашем направлении никого не было. Выносили раненых на носилках.

Я испытывал просто ни с чем не сравнимое неудовлетворение. Весь в пыли и строительном мусоре, мокрый от пота, в спортивном костюме, который после тщательного рассмотрения оказался женским, да еще и в ботинках, отчего вид приобретал просто комический. Уехать куда-то у меня не было возможности, как и привести себя в порядок.

Каким-то чудом к нам подъехал бус сопровождения, в котором я когда-то ездил на учебу, когда не хотел привлекать к себе внимание. Кто там кого уговорил, я не знаю, но это было мое спасение.