Чтение онлайн

– Принял, – одновременно донеслось с разных сторон зала.

А Линг задумался и только секунд через тридцать произнес:

– Арсений, с тебя «молнии» десять штук. Давай!

Как только Гай был готов, я начал атаковать. «Молнии» летели как положено. Все время попадали в защиту, но везде в разное место. Десять ударов пролетели совершенно незаметно. Защита оказалась целой.

– Ну как, Гай? – уточнил Линг.

– Страшно, – хохотнул мужик. – Слегка щипало к концу, но слабо. Практически незаметно.

– Теперь проверяем «доспех духа». Атакуешь так же. Гай!

– Принял! Готов! – крикнул мужчина, нервно поглядывая на сидящих у ног Линга коллег по несчастью. Видно было, что ему страшно и он совершенно не хочет, чтобы его ударило. Тем не менее у меня не было никакой жалости. Нужно нормально проверить свои силы. И я начал атаковать. Гай не выдержал на десятой. Она его добила.

– А-а-а, – вскрикнул он и, упав с немым криком, принялся жадно хватать воздух. Он приходил в себя гораздо дольше. Мы ждали. Спешить было некуда.

– Долго терпел? – спросил Линг, когда он подошел.

– Вообще-то нет, – после секундной задержки сказал мужчина. – Все было практически так же, как и при стихийной защите. Я по чуть-чуть ощущал, что защита пропускает, но было скорее щекотно, чем больно. А потом, когда доспех спал, меня приласкало как положено. И я думаю, что эта «молния» бьет гораздо сильнее, чем «шаровая молния». Да, проникающий эффект слабоват, потому что бьет не в одну точку, а заряд расползается по всей защите, но если защиты нет, то сила удара гораздо больше.

– Да не может быть! – сказал Лиан. – Ты просто боялся. Вот тебе и засветило от страха еще больше. «Молния» ведь даже не серьезно выглядит.

– Ну и что? Все равно больно. Раз не больно, выйди попробуй эту несерьезную атаку без защиты принять на грудь! – взорвался Гай.

– Тихо! – крикнул на драчунов старейшина и потом уже мне: – Ты что скажешь?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Наставник говорил, что «молния» как раз таки должна ошеломлять противника и быть сильнее «шаровой молнии», но пока я ничего сказать не могу.

Сказал, а сам смотрел на мужиков. Было странно видеть такой результат от обычных попаданий. Я старался бить не максимально сильными ударами, а обычными. Без дополнительных задержек в виде усиления. Я, Бой и Ло регулярно получали удары, когда пропадала защита, но ни у кого из нас не было столь продолжительного болевого эффекта. Чуть позже мы очухивались достаточно быстро и даже могли продолжать бой. Хотя, может, это просто привычка.

– Лиан, к барьеру! – скомандовал Линг.

– Старейшина? – удивительно посмотрел он сначала на него, а потом на Тарино.

– Будешь опровергать свою теорию – «доспех духа» не ставить! – сказал Линг.

– Ху, – зло, словно перед прыжком, выдохнул мужчина и пошел к центру. Не было ни причитаний, ни жалоб – ничего. Едва дошел, резко повернулся в мою сторону и напряженно встал. – Давай. Я готов.

Чужая боль нашла отклик в моем сердце. А также мольба закончить все побыстрее. Резко выстрелила рука в сторону бойца и тут же вернулась назад. Сверкнула вспышка, прошел раскат грома, и Лиан упал, забившись на песке.

Минуты через две он перестал дергаться и еще через минуту встал и подошел к старейшине. Лоб его был мокрый от пота.

– «Молния» бьет на порядок сильнее «шаровой молнии», – сказал он и положил руку на плечо Гаю: – Извини.

– Тарино, какие-нибудь мысли есть? – спросил старейшина.

– Кажется, последний удар был быстрее, – ответил мужчина.

– То есть? – удивился старейшина.

– Вот, – показал мужчина секундомер. – Я засекал, всегда было около трех секунд, но в этот раз было две целых и одна десятая на подготовку и удар.

– Ты что скажешь? – спросил он у меня.

– Не знаю, – ответил я, – всегда было три, нужно проверять.

– Ну давай, проверяй! Десять ударов «молнии»! – скомандовал он мне.

Все десять ударов пролетели словно мгновение. Я думал, что Тарино ошибается. Удар был всего один, он мог неправильно просчитать начало подготовки, но решил не прерывать процесс. Вдруг я и вправду вырос.

– Ну что? – спросил старейшина, разглядывая свой секундомер.

– У меня все по три, – ответил Тарино. – Стабильно, очень стабильно, но три.

– Эх, и у меня три! – зло, будто надеялся на что-то, сказал Линг.

– А может?.. – Тарико не договорил, но показал некий знак рукой.

Старейшина не ответил. Задумался, а потом как-то зло улыбнулся и протянул:

– Лиа-ан!

– Господин, старейшина! – неверяще смотрел Лиан на трех человек: на меня, на старейшину и на Тарино. – Так же нечестно. Это больно… очень.

Старейшина ничего не отвечал, а только смотрел на него немигающим взглядом. А я почувствовал, как он давит его своей внутренней силой. Только что на моих глазах появился не старик в инвалидной коляске и мой внештатный тренер в одном флаконе – передо мной появился человек неведомой силы, мастер. Он даже неуловимо помолодел, морщины расправились, глаза приобрели черноту. Он стал ощущаться словно угроза. Лиан, поклонившись, пошел на место мишени. А я все смотрел на старика и пытался запомнить все, что видел. Я хотел быть таким же… Оказывается, сегодня я приобрел нечто большее, чем умение применять техники.

– Арсений, начнешь по команде, – сказал Тарино.

– Принял, – ответил я. А сам смотрел на Лиана, он опять весь сжался, и мне стало его жалко. Я видел его мучения, и мне хотелось, чтобы это опять было быстро.

– Лиан! – крикнул ему старейшина и что-то показал. Я не видел, что, наверное, пригрозил. Потому что он кивнул и словно стал еще меньше.

– Давай! – прозвучала команда, и я, выбросив руку вперед, отправил технику и тут же дернул ее назад. Я готов был услышать крик боли, но вместо этого он просто присел на колени и опустил голову.

– Давай! – прозвучала команда еще раз, и я на автомате выполнил еще один удар и только после этого понял, что делать этого было нельзя. Лиан упал на песок.

– Давай! – еще раз прозвучала команда.

– Нет! – зло сказал я и бросился к Лиану. – Нельзя так! Ему больно!

– Нормально! – крикнул Тарино. – Еще раз!

– Ах, еще раз?! – разозлился я. Сегодня он единственный, кто не получил ударом моей стихией.

«Ну, сейчас он получит!» – подумал я.

– Давай! – неожиданно зло ответил мне Тарино.