Чтение онлайн

«Только никому, девчонки!»– радировал я в эти мутные волны.

«Конечно, конечно!»– дружно заверяли они меня, продолжая бурлить еще сильнее. — «Мы будем хранить эту тайну!»

Вот только тайна, которую хранит такое количество человек, уже как бы не совсем и тайна…

— Блин, — протянула Полина, в очередной раз являя мне великолепные, потрясающие, роскошные голые сиськи, — а подружка-то твоя…

— Девушка, — поправил я уже на автомате.

— … дело говорит! — томные, уже мутные от желания женские глаза жадно впивались в меня, утопая в моих глазах. — Да, реально есть у тебя такой взгляд… Отказать невозможно, — выдохнула она, забираясь на меня, — трусы аж сами падают…

Увы, как они сами падают, в этот момент я не увидел, потому что пока красотка ловила этот мой такой взгляд, их на ней уже не было — чем я тут же и воспользовался, потому что и на мне трусов уже тоже не было. Что поделать, некоторыми вещами удобнее заниматься без трусов. Однако стоило нам начать, стоило моей хозяюшке хорошенько расстонаться, а мне — щедро выплеснуть в нее свой восторг, как дверь в мою комнату, открытая, как приют страждущих, в любое время и для всех желающих, с резким скрипом распахнулась, и к нам натуральной фурией ворвалась Влада.

— Ну сколько еще ждать?.. — возмущенно выдохнула наша звезда. — Ты тут не одна такая!..

Как я понял несколько позже из колючего рассказа одной колючки, все то время, что я ублажал Полину, Влада стояла за дверью, топталась с ноги на ногу, слушала чужие стоны и медленно закипала. Хотя кого она обманывала? Закипала наша звезда всегда очень быстро.

— Не, ну правда, сколько можно! — жаловался этот ежик мне после. — Было мое время! Я с тобой договорилась! А управляющая твоя сисястая почему-то полезла вне очереди… Раз она с тобой спит, то пускай уважает и остальных! Кто-то должен был ей сказать, а раз никто не скажет, то я это скажу!..

Что, собственно, она и сделала. Зашла и сказала:

— Ну сколько еще ждать?.. Ты тут не одна такая!..

— А? Что?.. — опешила Полина, все еще по самое основание сидя на моем члене. — Да я… да это не то… что ты…

— Да хватит уже! У меня времени на это нет! — ворчливо оборвала такая занятая колючка. — Знаю я прекрасно, что ты с ним спишь! Ну спишь и спишь! Но о других же тоже думать надо! Не одна такая!

— Знаешь?.. — ошарашенно пробормотала моя хаус-леди, до которой только дошло, что внезапная свидетельница ничуть не удивилась, узрев ее в таком пикантном положении, ибо мой стояк был все еще внутри. — Вы что… вы все знаете?..

— Да, конечно, все уже знают! Или думала, одна такая умная? Знают и молчат, тебя, дуру, берегут!

Блин, Влада, да что ж ты такая… прямолинейная!

— А я вот не такая! — продолжала свой обличительный спич колючка. — У меня время — деньги, между прочим, к концерту готовиться надо! А вместо этого стою тут и жду… Сколько можно! Раз стала очередной подругой, так записывайся в очередь вместе со всеми!

— Да я… я не подруга!

— А кто ты? — полетели в нее колючки. — Девушка, что ли? Девушка у него уже есть! А если бы он искал вторую, то точно выбрал бы не тебя, а скорее меня!.. Все давай, освобождай место!

И Полина — моя взрослая, серьезная, ответственная управляющая, практически хозяйка моего дома — как-то слишком буквально восприняла команду наглой гостьи. Шустро вскочила с меня, натянула на еще мокрую киску трусы и пулей вылетела из комнаты, освобождая насиженное местечко.

— Ну сразу б так! — довольно выдала Влада, натурально угнавшая меня из-под конкурентки. — И так сколько времени из-за нее потеряла!.. Хотя, — аж облизнулась она, глядя на мой все еще твердый стояк, — после такого хочу тебя еще больше! И пусть она теперь послушает! — и распаленно полезла на меня.

Эх, похоже, зря я пытался предотвратить неизбежное. Но на то оно и неизбежное, чтобы когда-нибудь случиться. Ты же не надеялась скрываться вечно, правда, Полин?

До вечера я мою хаус-леди не видел — только слышал ее голос, сурово раздающий команды где-то в гостевой части дома. Пока она в таком настрое, я вполне разумно решил к ней не лезть, давая моей упертой красотке время остыть. Но позже, ближе к ужину, прикинув, что она уже успела выпустить пар, я отправился с ней серьезно поговорить — растолковать, что произошло, и объяснить, что, собственно, ничего страшного не случилось. Ну узнали мои подруги — и что? Марианка вон знает, ее собственные подруги тоже знают, и ничего от этого не изменилось.

Однако ни в спальне, ни в гостевой части, где бегала полдня, ни в гостиной моя управляющая не обнаружилась, зато я натолкнулся на вернувшуюся домой Марианку.

— А ты Полину не видел? — с ходу спросила она, тоже обеспокоенная ее отсутствием, правда, по другим причинам. — А то уже время ужина, а ее что-то нет.

И «ужина тоже нет» — так и просилось продолжением.

Не сговариваясь, мы оба направились на кухню, где наша хозяюшка обычно успокаивалась — около плиты, позвякивая кастрюльками и готовя вкусняшки. Однако сейчас ее не было и там — зато на столе я внезапно нашел записку, в спешке накорябанную ее рукой, и завис над содержимым.

— Ну что там? — перегнулась через мое плечо наша Венера, тоже пробегаясь голубыми глазами по строчкам.

— Заявление об отпуске, — немного ошарашенно выдал я.

Об экстренном отпуске. С сегодняшнего дня, прямо с этого момента. Впервые на моей памяти моя управляющая взяла отпуск — написав, что с моими бабушкой и дедушкой все согласовано — и уехала спешно, тайно и, самое неприятное, на неопределенный срок.

— И как нам теперь жить? — спросила Марианка, расстроенная, казалось, не меньше меня. — Кто нас будет кормить?

— Но ты же умеешь готовить? — я повернулся к ней и посмотрел на ее длинные острые ногти, которые как бы сами давали ответ.

— По-твоему, эта красота сделана для готовки? — помахала она своими коготками. — Но ты же умеешь?

Эх, похоже, у нас наступили голодные времена…

— Ммм… Дана, ты так чудесно готовишь! — рассыпалась в комплиментах Марианка, уминая за обе щеки то, что приготовила моя девушка.

Да, наши голодные времена закончились, даже не успев толком начаться. Сбежавшая Полина, обрекшая нас на пустые желудки, видимо, очень хотела, чтобы мы оценили, что будет, если ее не будет, и это стало бы нам тяжелым уроком. Так что она не отвечала ни на наши звонки, ни на наши сообщения, оставив в полной безвестности и место своего пребывания, и время своего возвращения. Кстати, о беглянке переживали не только мы: каждая из моих подруг, узнав, что произошло, сочла своим личным долгом написать Полине и сказать, что они все знают, что ей надо вернуться и что они не против еще одной подруги. Могу только представить, как это «обрадовало» мою управляющую и насколько это продлит ее отпуск. С другой стороны, если бы упертая красотка с самого начала открыто заявила права на меня, то и сбегать бы ей было не из-за чего — по сути она сама себя переиграла. Но проучить хотела почему-то именно меня.