Чтение онлайн

— Иначе каждый сам по себе. Я заберу своих людей, свои ресурсы, свою защиту. Оставлю вас тонуть в дерьме, которое вы сами же и взрастили. И посмотрю, как долго продержится твой «порядок», Калед, когда воры останутся один на один с голодом и демонами у ворот. Твоя дочь… — его голос дрогнул, — будет гореть одна в пламени краха, который я не смог предотвратить. Ваш выбор. Я жду до вечера. Союз и будущее — или конец.

Трор не стал ждать ответа. Он развернулся и тяжелыми шагами стремительно направился к выходу. Его спина была по-прежнему прямая, в ней читалось невероятное напряжение. Он не оглядывался, будто боясь увидеть ответ в глазах принцессы. Двери зала распахнулись с грохотом и чьим-то коротким вскриком. Однако на него никто не обратил внимания.

Калед смотрел на упавший пергамент, словно там был его смертный приговор. Таэнис стояла, дрожа всем телом. Слова Трора обрушились на нее лавиной, смешав ненависть к его методам с ужасающим осознанием правды о королевстве и… с жутким, нежеланным пониманием той безумной, искалеченной любви, что двигала этим тираном. «Начать из-за любви… Осознать ответственность…» Его боль, его одержимость спасти всё, чтобы спасти её, Таэнис — это было чудовищно… и невероятно.

Тяжелая дверь захлопнулась за нашими спинами, словно отрезав нас от внешнего мира. В тронном зале повисла гнетущая тишина. Я стоял на пороге, буквально кожей ощущая напряжение, наэлектризовавшее пространство. Хаггард застыл, широко раскрыв глаза. Мико сжала мою руку, глядя на замерших Каледа и Таэнис.

Калед сидел на троне, но ощущался на нем чем-то несуразным и чуждым. Не должен правитель так сидеть, понурившись, упершись низко склоненным лбом в сомкнутые в замок руки. Таэнис стояла в пол-оборота, неестественно напряженная, со странной смесью растерянности и гнева на лице. Ее волосы, не уложенные в сложную прическу, а лежащие на груди естественными локонами, вздымались с каждым прерывистым вдохом. Пергамент с расплывающейся чернильной лужей лежал у подножия трона. Кажется, не договорились…

— Керо? — Калед наконец-то поднял на меня глаза, и что-то в нем дрогнуло. — Ты пришел… Ты поможешь?

— Ага, — кивнул я и, не дожидаясь приглашения, двинулся к ним. — Расскажете, что тут было?

И они рассказали. По-видимому, эти двое царственных особ были настолько выбиты из колеи произошедшим, что, забыв о своем статусе, просто, по-человечески, захотели выговориться. А может, общее состояние разрухи и падения королевства в пропасть повлияло… По мере их рассказа я пару раз удивленно хмыкнул, Хаггард же позволил себе небольшую ремарку. «Я же говорил, по живо-о-ому…» — протянул он.

Рука Мико, все еще державшая мою, то сжималась, то разжималась, и даже слезинка показалась в уголке глаза. Кажется, растрогала её чужая история странной любви.

— И что вы думаете над его предложением? — спросил я у принцессы. К Каледу даже не обращался — судя по его виду, власть уже сменилась.

Таэнис, услышав мой вопрос, словно очнулась. Она выпрямилась, её пальцы впились в складки платья. Глаза, еще секунду назад растерянные и влажные, застыли, как два куска льда. Она посмотрела не на отца, а прямо на меня.

— Менять меня на долги? — ее голос прозвучал резко, отчеканивая каждое слово. — Я — принцесса Лунного Света, кровь от крови правителей, которые строили это королевство веками. Если я стану платой за спасение, спасения не будет. Народ увидит не героиню, а жалкую разменную монету. Как тогда они будут верить в корону, в династию, в то, что мы заслуживаем править?

Она резко повернулась к Каледу:

— Отец, ты сам учил меня: уважение к трону держится не только на силе меча, но и на чести того, кто на нем сидит. Согнуться сейчас — значит потерять последнее!

— Да и… Люди часто бывают глупыми, но подоплеку чувствуют хорошо. Пусть не сразу, но начнут расползаться слухи, и они вспыхнут, когда ситуация наладится. — Ее взгляд вернулся ко мне, — Разве сложно связать, что король отказывается от власти в пользу дочери, сразу свадьба новой королевы, и мгновенная смена порядков, удивительно похожая на те, что происходят в землях, подконтрольных «муженьку»? Если не сейчас, то через одно-два поколения благополучной жизни люди вспомнят и закидают камнями наших потомков. Стоит отдать власть под давлением тирану один раз, и сильные адепты через сотню лет решат — а чем мы хуже?

Сейчас, глядя на принцессу, и видя в ее глазах тот же стальной блеск, что был и у Хельды, я понимал — Трору, если он действительно так ее любит, и все срастется, придется приложить немало усилий, чтобы не оказаться под каблуком.

— Керо, — вдруг подал голос Калед, — те артефакты, что ты умеешь делать… Они смогут прокормить всех?

— Смогут, — кивнул я. — Я ни черта не смыслю в политике, но есть ощущение, что дело тут не только, и далеко не в голоде. Хоть Трор и тиран, не стесняющийся замарать руки, его таланты по управлению людьми в текущем хаосе сложно переоценить. Вот вы, принцесса, сможете взять всю власть в свои руки и грамотно распорядиться ресурсами, чтобы не допустить окончательной разрухи? Вычистить ту гниль, разъедающую королевство, о которой говорил Трор?

— Я… — Таэнис, чуть дрогнув, посмотрела на свои руки. — Училась управлению. Теорию знаю. Но… — Она горько усмехнулась, глядя на отца. — У кого? У тех, кто довел королевство до этого? Законы писать ведь совсем не сложно. А вот заставить их работать среди воров и паникеров — совсем другое.

Я кивнул. Именно это я и ожидал услышать. Она осознавала свою неопытность в реальной жестокости управления королевством, зависшем над краем пропасти. Теория в мирное время — это одно. Рулить тонущим кораблем посреди шторма, когда в нем куча пробоин, а команда готова на бунт — совсем другое.

— А Трор, — я продолжил спокойно, — как раз умеет заставлять. Жестко, грубо, но умеет. Он выстроил порядок на своих землях. Люди там не голодают. Это факт. — Я посмотрел на Каледа. — Ваше Величество, вы готовы официально передать власть дочери? Сейчас? Со всеми полномочиями?

Калед вздрогнул, как будто его ударили. Он посмотрел на Таэнис, в его глазах мелькнула боль и… облегчение?

— Да, — прошептал он. — Готов. Я… я больше не могу. Не справляюсь.

— Тогда вот мое предложение, — я перевел взгляд на принцессу. — Вы становитесь королевой, законной наследницей, принявшей власть от отца, — продекламировал я, — А Трору… — я сделал паузу, давая им вдуматься, — вы предлагаете пост регента, временного правителя, на год, два или десять, пока королевство не встанет на ноги. С четкими полномочиями и четким сроком. Без всякого брака.

В зале воцарилась тишина. Таэнис замерла, переваривая слова. На ее лице боролись недоверие и зарождающаяся надежда. Хаггард присвистнул.

— Регент? — пробормотал бородач. — Хитро, мелкий. Очень хитро. Дать ему власть, но не надолго. — Он бросил на меня взгляд. — А если он не согласится? Захочет и власть и принцессу в придачу?

— Тогда придется говорить с ним с позиции силы, — пожал я плечами, — Но я не думаю, что он откажется. Он хочет порядка. Он хочет действовать. И вы дадите ему такую возможность без унизительной для Таэнис платы и шанс доказать, что он способен на большее, чем сейчас, что он — правитель сам по себе.