Чтение онлайн

Ну и ладно, минус двадцать — это тоже хорошо, и теперь, если враги привезли с собой что-то взрывающееся или электронное, оно точно не сработает.

— Первые тарелки над ловушками! — подсказала Акаи.

— Принял!

Я поднял переливающуюся большую чёрную жемчужину и прямо через борт направил вниз мощный луч энергии и активировал западню.

— Ох, твою мать! — выдохнул Феникс. — Ой, извини, Мариш.

Да уж, выглядело то, что я почти три часа рисовал на земле, просто эпично. Пять двадцатиметровых в диаметре круга, расположенные в ста метрах друг от друга и исписанные крупными рунами, дымили так, будто из них сейчас полезут демоны. Но нет, руны вспыхнули, в небо ударили расходящиеся конусы тёмной энергии, и все тарелки, что попали в них, лишились щитов, а находящиеся на них маги — маны.

Жаль, я не успел доработать ловушку так, чтобы собранная энергия трансформировалась, например, в огонь и ударила в ответ, но и так неплохо вышло, ведь в конусы попало всё основное ядро вражеского флота.

Но это был ещё не главный сюрприз — он появился из-под земли ещё через пятьсот метров.

— Ой, ты моя прелесть, — не сдержал улыбки я.

— Красавец! — согласно кивнул Феникс.

А говорили мы о БТ-1, выехавшем из широченного тоннеля в километре от кирпичной стены. Большой танк, которого мы так долго ждали.

На самом деле он ещё был не полностью готов, но для сегодняшней операции его мощностей вполне хватало. Огромная пятнадцатиметровая в длину и десятиметровая в высоту и ширину чёрная махина остановилась, а в следующую секунду десятки торчащих из неё стволов одновременно жахнули.

Сразу три потерявшие до этого щиты тарелки вспыхнули ярким пламенем, а обрушившийся на танк ответный мощнейший магический залп мгновенно скрыл его в дыму. Но, разумеется, повредить машину враги не смогли, и танк продолжил вести огонь.

И это стало сигналом к атаке нашим шестидесяти зенитно-ракетных комплексам, половину из которых всего несколько часов назад доставили нам пермяки.

Да, то послание, что я передал через Свята, содержало просьбу о помощи, а точнее, даже две. Я отправил его одновременно и Пермской империи, и Ярославу Евгеньевичу.

Содержание, конечно, немного отличалось, но суть была простой — они мне помогают, чем могут, например сильными магами, ПВО или тарелками, а я даю им часть добычи, а самое главное, обрубаю длинную когтистую лапу осман, которая рано или поздно дотянется и до них.

Признаться, я не был уверен в положительном ответе ни Орлова, ни пермского совета, но получил его. При этом пермяки выполнили и дополнительную мою просьбу, сильно не отсвечивать, и просто сгрузили привезённые ракетные комплексы вдалеке от Савино. А Орлов прислал тарелки и магов. Причём на удивление немало.

Я с улыбкой смотрел, как оставляющие росчерки ракеты находят цели, и тарелки осман вспыхивают одна за другой. И это было только начало.

— Как их много, — выдохнул Макс, глядя как небо над ним заслоняют летающие тарелки.

— Просто делай то, что обычно, — подбодрила гиганта Ольга.

— На счёт три начинаем, — строго сказал Костя, и немного опасающийся ликвидатора Максим тут же поднял руку. — Раз. Два…

Их группа стояла прямо посередине засеянного пшеницей поля. Их, конечно, защищали магические барьеры, но гораздо надёжнее было прикрытие Гензо, поэтому пролетающие над ними круглые вражеские диски, а точнее, люди на них, внимания на засаду не обращали. И очень зря.

— Три! — крикнул Костя и первым запустил вверх мощный огненный шар.

Мила хлопнула в ладоши, и две тарелки налетели друг на друга, превратившись в кучу металлолома.

Но больше всех, конечно, досталось врагам от Макса. Прямо посередине уже здорово поредевшего строя образовалась огромная туча, а в следующий миг она разверзлась молниями. Причём в этот раз они били не вниз, а во все стороны.

— Молодец! — закричал Костя. — А теперь смести прицел и повтори!

— За Савино!!! — заорал гигант, и в небе появилась ещё одна туча.

Враг понял, что ошибся адресом именно в момент каста Максима, но было поздно. До стен оставалось всего лишь пятьсот метров, и весь наш пополненный тарелками Орлова флот рванул врагу навстречу. И одновременно с этим ударили маги с земли.

Началось побоище. Враг полностью потерял строй, тарелки падали на землю одна за другой. Часть ещё сопротивлялись, но большинство разворачивались и пытались сбежать. Разумеется, безуспешно. Мы превосходили их и в скорости, и в маневренности, а самое главное, на наших досках все ещё лежала защита, а на их нет.

По счастью, Гензо уже давно-давно закрыл окошки иллюзиями, и единственной, кто не видела творящегося вокруг, была Маришка. Девочка с улыбкой рассматривала мирное небо и летающих по нему птичек.

Феникс, ловко маневрировал, Акаи показывала самых опасных магов, а я их ликвидировал. В тот момент, когда все стало окончательно ясно, я отдал приказ прекратить использовать ПВО и танк. Вовсе незачем было уничтожать трофеи.

За самыми шустрыми из улепётывающих противников гнался я сам и, стараясь не сильно повреждать, сшибал их на землю, где из леса уже выбежали кучи сидящих в засадах людей, в том числе сталкеров из Озёрска, Лос-Сантоса и других городов. Они и добивали врагов.

Да, именно добивали. Я отдал приказ взять живыми только нескольких офицеров. И причиной был предстоящий и однозначно тяжёлый разговор с представителями Нижегородской империи. Они наверняка потребовали бы от меня выдать пленных, и допустить этого я не мог, так как османы могли рассказать про нас очень много лишнего.

Я поднёс к губам рацию.

— Первый Центру!

— Слушаю, — отозвался Виктор Харитонович.

— Переходим к финалу.

— Вас понял.

Переход к финалу подразумевал, что пора постепенно выводить из боя войска Орлова и не дать им увидеть слишком многое, а также то, что нужно начать обратную пересылку взятых в аренду у пермяков ПВО.

— Высаживаем Маришку, — скомандовал я.

— А потом на юг? — кровожадно уточнил Феникс.

— Да, а потом на юг.

Мы не только высадили девочку, но ещё и сменили транспорт на ББ-4, то есть большую широкую доску всего лишь с тремя местами для пассажиров и с кучей места для груза. А груз у нас был очень ценный — бомбы с минимально необходимой примесью емелина, а в основном состоящие из взрывчатки из тела большого попрыгуна, которой у нас теперь было с избытком.