Чтение онлайн

Комнату на картинках разрезал пополам барьер, но его почти сразу снесли. Нам помогли стоящие за мной ребята, а пермяков накрыло.

— Пауза! — тут же крикнул Гусев и ткнул пальцем. — Смотрите, а что случилось с этим пермяком?

— Это один из их лидеров. У него тоже осталась энергия, и он сумел закрыться с помощью магии изменений. Он единственный, кто выжил и подтвердил мои слова, благодаря чему Савино сейчас не в состоянии войны с пермяками. Смотрите дальше.

Бой на картинке продолжился, и в следующий раз на паузу запись поставили тогда, когда Толстой превратился в пепел.

— Вот этого не было в общей трансляции в Усмани, — нахмурился Мышкин. — Толстой что, погиб? Но он же выступал по радио час назад.

— Видимо, выступал не он, — пожал плечами я. — Но кто в руководстве нижегородской империи настоящий и вообще остались ли там настоящие, я пока не разобрался.

— Думаете, их подменили? — ещё более мрачно спросил Мышкин.

— Я не вижу другого объяснения, — ответил я, наливая себе яблочного сока. — Как вы знаете, в последнее время у меня с Ярославом Евгеньевичем Орловым отношения наладились, и у него попросту не было причин делать что-то подобное. Но главным образом на подмену указывает то, что эти люди орудуют видами магии, которыми никто в Нижегородской империи точно не владел ещё неделю назад. Это я знаю наверняка.

— Но вы об этих магиях знаете? — спросил Тимур Ренатович. Военный хоть и был лоялен мне, но знал меньше остальных присутствующих.

— Да, и с помощью одной из них могу показывать вот такие видео, а также прятать свои доски в полёте. Но и враг теперь так может… мой враг. И главный вопрос: на чьей вы стороне.

— Я получил приказ закрыть Усмань, — вместо ответа продолжил полковник. — Также приказано сбивать ваши доски над городом.

— Ожидаемо, — кивнул я.

— Я, разумеется, на вашей стороне, ваше сиятельство! — твердо проговорил Гусев. — Но не знаю, что делать. У вас больше опыта и понимания текущей ситуации, я бы хотел получить чёткие инструкции.

— Савино выстоит, даже если все войска Нижегородской империи нападут разом, — медленно проговорил я. — Также я уверен, что сумею найти и убить всех, кто устроил это. Как я сказал в трансляции, которую вы, Пётр Алексеевич, пропустили, моей основной задачей является минимизация жертв среди мирного населения и служащих. Я объявил независимость своего княжества, и если предположить, что Усмань примкнёт ко мне, то она станет первым объектом для нападения просто потому, что находится по пути. Я не хочу боёв в городе, поэтому, когда враг выдвинется, всем вам нужно будет либо уйти в дикие земли, либо присоединиться ко мне с оружием в руках. Собственно, повторяю вопрос: на чьей вы стороне и каков настрой рядового и офицерского состава?

— Все ликвидаторы Усмани будут сражаться за вас! — заявил Гусев.

— Полицейские почти все тоже, и я, — после короткой паузы проговорил Мышкин, а потом грустно усмехнулся. — Мда… если проанализировать всю историю наших отношений, то по большому счету происходящее было неизбежно.

— А вот для меня всё это стало как серпом по одному месту, — резко сказал Тимур Ренатович. — И я чудом не получил восстание в части, когда приказал людям удвоить посты и встать на крыши. Пришлось неофициально уточнять, что по вашим доскам мы стрелять не будем.

— К сожалению, Тимур Ренатович, отсидеться в сторонке не выйдет. — Я развёл руками. — Вам по-любому прикажут действовать против нас.

— Понимаю. — Полковник вздохнул.

— Нельзя показывать неуверенность, Тимур! — Гусев резко повернулся к военному. — Мы должны вместе и одновременно объявить, что имеем точные доказательства того, что Дмитрия Николаевича оболгали. И что мы присоединяемся к его… княжеству.

— Дело в том, Петя… — Полковник поморщился и провёл ладонью по волосам. — Что пока я видел только картинку, происхождение которой не могу объяснить.

— Дим, — обратился ко мне Гензо… — Чего тянуть слона за хобот? Ты без двух минут император, ну, когда всех победишь… а худшее уже случилось — враги про нас знают. Может, стоит и друзьям рассказать? Пусть проникнутся мощью Савино!

— Что ж… — Я откинулся в кресле. — Раз пошла такая пьянка, пожалуй, действительно пришла пора вам кое о чём рассказать. Только не хватайтесь за оружие и знакомьтесь. Это Гензо!

Встреча с представителями Усмани закончилась через час. Разумеется, я далеко не все им рассказал и познакомил только с одним хранителем, но и этого оказалось достаточно для того, чтобы вся тройка согласилась утром вместе со мной выступить и объявить о присоединении Усмани к Воронежскому, а точнее, Савинскому княжеству.

Вечерело, но спать сегодня нам явно не грозило.

Изначально я думал собрать спецов по рунам и сильнейших магов у себя в подвале, но не рассчитал с местом, и в итоге мы расположились в огромном полупустом складе.

— Внимание! — Я хлопнул в ладоши, и в помещении повисла гробовая тишина. — Сегодня у нас две задачи. Первая относительно простая — научиться накладывать руны с помощью магии иллюзий, с их помощью мы будем находить источники этой же магии. Простая эта задача потому, — я махнул рукой, и под потолком появились сделанные Гензо снимки, — что у нас есть какие-никакие образцы. Вторая задача намного сложнее, но она не менее важная — придумать, как противостоять высасыванию энергии из воздушных судов, а также наших резервуаров. Для тех, кто не в курсе, происходит это примерно так. Свят!

Рыжий вместе с группой гвардейцев запрыгнул на одну из специально принесённых ББ-2. Я поднял руку, чтобы все видели мои действия, и сильно медленнее, чем делал бы это в бою, принялся вытягивать энергию.

— Всем понятно?

По складу прошла волна неравномерного бормотания.

— А вот так наш утренний удар тьмой заблокировал враг!

Под потолком уже не в первый раз за сегодня Гензо продемонстрировал нашу атаку на группу Рысева и их блок.

— Сейчас я покажу несколько заклинаний, которые, как мне кажется, можно взять за базу. И потом нам всё это надо проанализировать и сделать противоядие. Хочу сразу сказать, пока мы его не получим, отсюда никто не выйдет. Поехали!

Виктор Добронравов, глава дружины Олега Сергеевича Лазарева, знал князя больше двадцати лет и, разумеется, отлично разбирался в его мимике. И такого лица у своего хозяина он не видел, даже когда они были вынуждены отступить из-под стен Вологды.

Олег Сергеевич сидел в кресле подаренной князем Акуловым пятиместной доски, был мрачнее самой чёрной тучи и за час, прошедший после того, как они покинули Нижний, не проронил ни звука.

— Полдороги пролетели! — крикнул пилот. — Вы просили сообщить, ваше сиятельство.

— А? — Князь выглянул в иллюминатор, но, кроме мелькающих далеко внизу в темноте верхушек деревьев, ничего не увидел. — А! Хорошо. Витя! Нужны твои сверхспособности.

— Это какие? — Удивлённый глава дружины встал и через спинку кресла посмотрел на хозяина.

— Те, что называют чуять жопой, — невесело рассмеялся князь. — В общем, Ярослав Евгеньевич хочет меня, Нарышкина и Донского днями послать в поход против Акулова. Я видел их сегодня, и они бьют копытом, пыша праведным гневом и жаждой мести. При этом Донской так себя никогда не вёл… А ещё я видел Толстого, но, по моим данным, его сегодня с утра убили. И вот вопрос, Витя: что мне делать, если я склоняюсь к тому, что Акулова подставили?