Чтение онлайн

Личина исчезла, а гость предстал перед моими глазами в своем настоящем облике. Только вот глаза у него были, как у побитой собаки, несмотря на суровость, что читалась в каждом жесте.

— Я счастлив, что все закончилось для вас более или менее благополучно, графиня, — Величество проигнорировал стул, встав у окна.

— Благодарю, Ваше…

— Не стоит. Понимаю, что мой визит вас озадачил, но я преследую эгоистическую цель снять груз со своей совести. В происшествии с вами виновата моя недальновидность. Я желал поймать с поличным, убедиться, что это правда, поэтому решил сыграть на его интересе к вашей персоне устроив несколько срежиссированных оговорок в присутствии брата.

— О том, что я отмечена Арисом?

— Это он и без меня знал, тут много ума не требуется. Да и ваша родственница язык за зубами не удержала, хотя я настоятельно рекомендовал не распространять эту информацию. К сожалению, я опрометчиво надавил на больную мозоль, упомянув, что вы поможете мне исправить самую большую ошибку нашего отца. И это сработало. Вот только это — единственный успех, — король горько усмехнулся. — Дольф оказался лучшим стратегом, чем я. Утром для него была подстроена ловушка, да только на приманку он не купился. Вместо этого Дольф затеял свою аферу и выманил Вас. Я это понял сразу, как поступили первые сведения о вашем исчезновении на подстроенном осмотре дома. Вы и представить себе не можете моего удивления, когда Дольф появился на обеде с торжествующей улыбкой. Знал, но доказать не мог. Ни одной улики, ни одного свидетеля, которые бы указывали на него, лишь мои собственные смутные догадки. А ваше похищение, как щелчок по носу, напоминание, что он лучше меня во всем. После обеда с него глаз не спускали, даже следилку умудрились нацепить, если ускользнет порталом. Только, как оказалось, она бесполезна в бывшей сокровищнице.

— Давно вы его подозревали? — голос прозвучал тихо. Я боялась спугнуть откровения Величества и не выяснить, чем же все закончилось.

— Окончательно уверился в своих подозрениях лишь недавно, — мужчина все же обернулся и взглянул на меня, после чего устроился на стуле, прямо напротив. — Но подозрения зрели давно. Слишком умело зачищались следы преступлений и тормозилось расследование. Но после поимки нескольких старых магов из Академии все стихло, дети перестали пропадать. Все успокоилось, и я отступил, решив, что ошибся в своих подозрениях.

— А исчезновение практикующих магов вас заинтересовать еще не успело.

— В сообразительности вам не откажешь. Знаете, у меня был аналитик, который указывал на возможную взаимосвязь, но я от него отмахнулся, потому что «интуиция шепчет» достойным аргументом не счел, а хоть сколько-нибудь весомых доказательств у него не было. Уже через неделю мужчина неудачно запинается и падает с лестницы, на глазах у десятка свидетелей. Подведя итог, я кругом виноват перед вами. Поэтому и решил лично все рассказать. Вы вызываете у меня глубочайшее уважение и мне жаль, что моя семья принесла вам столько страданий. Выздоравливайте, леди Оберон, набирайтесь сил. А заодно подумайте, чем я могу загладить свою вину.

— Что теперь будет с принцем? — этот вопрос волнует меня куда больше раскаяний короля. — Вы расскажете людям, кто творил все эти ужасы?

— Поймите меня правильно, леди Оберон… — извиняющегося тона было достаточно, чтобы догадаться о дальнейшем направлении диалога.

— Можете дальше не объяснять, — я покачала головой, сдерживая слезы. Глубоко вздохнув и придавая голосу твердость, которой я совсем не ощущала внутри себя, завершила речь короля: — Вы не имеете права подрывать доверие народа к королевскому роду, особенно после того, что творил ваш отец.

— Все так и есть, — король смотрит на меня с благодарностью. Не то из-за сообразительности, не то из-за отсутствия истерики. Я правда его понимала, как лидера, который отвечает за всю страну, но принять такую позицию не могла. Это выше меня. Не после пережитого кошмара. — Я с трудом восстанавливаю уже разрушенное доверие и поверьте, это вовсе не так легко, как кажется. Общественности будет объявлена новость, что принц Дольф умер во сне от редкого заболевания.

— А остальные? Он ведь наверняка…

— Я уже выясняю, несколько преступников уже пойманы, леди Оберон. И найду всех сторонников, что оказывали помощь в реализации переворота и захвата власти. Я обещаю вам это лично — от наказания не уйдет никто. Даже Дольф, несмотря на то что он мой кровный брат и член королевской семьи.

Рольф встал со своего места и почтительно поклонился.

— Благодарю, графиня, за ваше понимание и женскую мудрость. И я бы хотел поговорить с вашим сыном, это возможно? — я дернулась, как от пощечины и только намеревалась сказать что-нибудь непочтительно-грубое, как Величество и сам все понял. — Не сейчас, значит, в другой раз. Просто примите как данность, что есть предсказание, которое прямо указывает на появление первомага. И рано или поздно, нам придется вернуться к этому вопросу.

— Словесника, — поправляю короля глухим голосом. — Пресветлый Арис назвал моего сына Словесником. Могу я узнать суть предсказания?

— Не сейчас. Все, что я могу сказать, что в предсказании фигурирует взрослый мужчина. Я не стану трогать мальчика до совершеннолетия, если вы позволите, к его обучению присоединиться придворный маг, магистр Норин. Предсказание сбудется в любом случае, а значит, ваш сын должен быть готов к грядущим событиям. Это в его интересах. Как и в ваших.

— Я не против.

— До свидания, графиня. И я не шутил, когда говорил, чтобы вы подумали, чем я могу компенсировать свою ошибку. Пожалуйста, напишите письмо с пожеланиями Корлису. Поправляйтесь. Всего доброго.

Рольф второй, вернув себе облик отставного военного, вышел из комнаты, и нигде не задерживаясь, покинул дом. А я смотрела в потолок и думала, где грань между искренностью короля и его попыткой манипулировать моим мнением? В любом случае у величества не было убедительных причин так распинаться, значит ли это, что он придает большое значение моей лояльности?

Из-за меня самой или из-за Димы?

Где-то под кожей зрело решение обратиться к брату и попросить о ментальном вмешательстве, как он проделал это с Китиком, когда притупил его жуткие воспоминания. Неизвестно сколько времени потребуется, чтобы оставить позади пережитый ужас и перестать вздрагивать всякий раз, когда память возвращает меня в подземелье. Я не хочу, чтобы Дольф и дальше присутствовал в моей жизни.

Не хочу и не позволю.

С Флином я поговорила, не откладывая дело в долгий ящик. Хватило одной-единственной ночи, когда я разбудила всех домочадцев жутким криком из-за приснившегося кошмара, чтобы окончательно решиться на ментальное вмешательство.

После его ювелирной работы я ничего не забыла. Но воспоминания поблекли, словно это события из моей юности, а не двухнедельной давности. Хотелось бы, конечно, окончательно стереть этот кошмар, но так или иначе — это мой жизненный опыт, пусть и такой горький. И я не могу им пренебрегать. Возможно, когда жизнь подсунет мне очередную подлянку, я буду куда внимательнее и не окажусь в такой ситуации.