Чтение онлайн

За полтора часа блужданий по особняку, метаний по лестнице то вверх, то вниз, с чердака на кухню и обратно, я десять раз благословила тот момент, когда выбрала легкое платье, широкая юбка которого не сковывала шаг и я могла поспевать за неутомимым специалистом. Судя по всему, порция кофе ему только придала энергии.

Поэтажного плана особняка у меня не было, да он и не понадобился. Вердикт Филиппа был таков: из всех моих мечтаний полностью воплотятся лишь две — кухня и швейная мастерская. Я могу доплатить, дабы реализовали и другие мои хотелки вроде детских спален, но в таком случае нас поставят в очередь, как обычных заказчиков. А это долго. По сути, сейчас Филлип оказывает нам услугу вне очереди, так как заказы от Академии в приоритете и игнорировать их нельзя, если не хочешь последствий. Но у нас оставалась ещё небольшая неизрасходованная сумма, в счет которой было решено расширить кладовую на третьем этаже, которую я не знала к чему приспособить.

— А погреб можно? — я получала гораздо меньше, чем рассчитывала, — его недавно расширил маг земли, но этого нам недостаточно.

— Можно, но не нужно. При расширении кухни я могу зацепить пространство под полом, там же потолок в человеческий рост. Удачно, что потолки у вас разумной высоты, а не как во дворце. С высокими потолками работа сложнее и гораздо дороже.

— А на прочность дома это не повлияет?

— В ином случае я бы не предлагал. Обрушившийся дом очень сильно повредит моей репутации. Ну, так что, кладовку расширяем? Класса из нее не получится, но помещение для преподавателей — вполне. Я сейчас пройдусь ещё раз по дому, отмечу точки приложения силы. Только можно попросить ещё одну чашечку вашего напитка? Ух, бодрит!

— Конечно, сейчас передам вашу просьбу на кухню.

— Знаете, я слышал вашу беседу с фон Риштаром. И у меня есть кандидатура, если позволите. Ветеран, всю жизнь прослуживший в охране дипломатических миссий. Не маг. В столице ему работы нет, возраст, а сил и знаний столько, что преподавать самое то.

— Я готова рассмотреть все кандидатуры. Но почему к нам? Не лучше ли в той же Академии преподавать?

— Лучше, конечно. Он и пробовал, но ему отказали. Разные факторы сыграли свою роль, но основная — отсутствие дара. Работать в школах не хочет — никакой дисциплины, а менять правила ему никто не позволит, сами понимаете. А вы, кажется, не против наведения порядка и строгих правил.

— О, я только рада буду. Приводите, посмотрим, каков ваш знакомец с детьми.

За свежей порцией кофе, что принёс Корка-Риш, мы обсудили регламент и правила предоставления услуги. На момент работы Филиппа в доме не должно быть ни души. Организовать подобное без посторонней помощи будет трудно. День полуфабрикатов назначен, проводить реорганизацию до аврала я не видела смысла. Было бы логичней, если расширение пространства плавно перейдёт в ремонт. А значит, к тому времени, когда Филипп закончит свою часть работы, у меня на руках должен быть не только проект новой кухни, но и все необходимые материалы для ремонта. Одно утешало, полы перестилать не придётся. Сошлись на следующем: я заканчиваю свои планы с полуфабрикатами и готовлюсь к ремонту, а Филипп в это время работает по своему основному графику. Оговариваем точные сроки уже недели через полторы. Надеюсь, к тому времени вернуться наши путешественники. А обещанному потенциальному воспитателю дадут наши координаты, так что найдёт нас самостоятельно, в случае, если предложение его заинтересует.

Кандидат вакансией заинтересовался, о чем сообщил мне Филипп по «телефону», и собирался к нам на разведку уже этим же вечером. Встречать гостя я вышла вместе с дедушкой Ульхом, в качестве моральной поддержки. Настроение было замечательным, предчувствия самыми хорошими, но наблюдательный дед мог увидеть то, чего я сама по неопытности не замечу.

Из рамки портала шагнул невысокий, стройный и подтянутый мужчина. Немолод, но всё ещё гибок и силен, мягкостью движений напоминая пожилых китайских ушуистов. Его темный костюм был явно форменным, но без каких-либо шевронов и знаков отличия. Еще до того как я успела его поприветствовать, мужчина широко улыбнулся и шагнул навстречу Ульху.

— Летун, бродяга, живой! — два пожилых мужчины крепко обнялись, похлопывая друг друга по спинам. — Как я рад тебя видеть!

— Гевин Саламандра, — Ульх радостно топорщил усы в улыбке. — Я тоже рад!

— Так вот, значит, где ты осел!

Гевин внимательным взглядом обвел территорию усадьбы.

— Ты знакомься, это управляющая наша, Эмилия фон Риштар, — пожилой мужчина поцеловал мне кончики пальцев на руке, приводя в смятение. Дед бормотал что-то вроде «старый ловелас». — Эмилия, — продолжил он, обращаясь уже ко мне, — это мой сослуживец, специалист от богов, кавалерист, каких мало! Если возьмётся за наших оболтусов, то считай — повезло. Быстро тут порядок наведет! В охрану дипмиссий кого попало не берут.

В столовой, где по вечерам занимались своими хобби любители рукоделия, на подоконнике стояли незаконченные фигурки деревянных воинов. Гевин внимательно изучил «солдатиков», перебирая их в руках и рассматривая все нюансы, после чего достал из кармана нож, уселся на ближайший стул и начал что-то поправлять уверенными скупыми движениями. Ульх был доволен как никогда прежде, а Пепел, один из любителей резьбы по дереву, несмело подошел ближе, внимательно вглядываясь в действия гостя.

— А в книге кокарда круглая нарисована, а вы овальную сделали, — удивился ребенок.

— Покажи, — спокойно просит Гевин, — а, ну так понятно. Это ж форма старого образца, уже два года как у кавалеристов кокарды овальные.

— А вы кто? — вездесущий непосредственный Амирчик не мог пройти мимо нового человека. — Друг нашего дедушки, да? Мы видели, как вы обнимались!

— Учить вот вас хочу, если леди управляющая позволит, — поддержал беседу Гевин, не прекращая орудовать ножом.

— А чему учить будете? — встревает заинтересовавшийся Пепел.

— А есть пожелания?

— Приёмам всяким, чтоб не задирали деревенские, а ещё ножи метать, — отвечает Пепел, оглядываясь и ища поддержки у подтянувшихся поближе ребят. — Нам уже показали несколько приемов, но они не у всех получаются.

— Ну, раз так, то надо учиться непросто кулаками махать, а изучать тактику и стратегию. Сложно это, не всякий справится. Вот вы сможете?

Пока столовая сотрясалась от громогласных «Да!», «Сможем», «Научите», я переключилась на дедушку Ульха, понимая, что вникать в типичный мужской разговор желания нет.

— Дедусь, где разместим вашего друга? В доме место подыскать или к себе в сторожку пригласите?

— Пока что к себе, нам есть о чем поговорить, а тут ушей слишком много. А уж потом видно будет.

Новый сотрудник живо влился в наш небольшой коллектив. Помимо Ульха, быстро поладил с Василой, что неудивительно — в таком возрасте небольшая разница в годах роли не играет. У каждого из них за плечами огромный житейский опыт. Помощь в размещении нового гостя в сторожке, что больше походила на отдельный небольшой домик, плавно перетек в дружеские посиделки на кухне, на которых наш дедусь немного разоткровенничался. Видимо, старый товарищ разбудил в нем ностальгию.

— Родился я в поместье, где разводили призовых скакунов. С детских лет работал в конюшнях. Магии во мне не было, но конюший его сиятельства, приметил, что лошади при мне спокойнее, жеребые кобылы ластились ко мне, как кошки, а жеребцы охотно давали себя взнуздать. Вот такой у меня был талант. Я всегда понимал, что коню нужно, чуял, где болит и когда конь встревожен. Тот старый конюший и присоветовал мне попытать счастья в королевской кавалерии.

— И правильно советовал! Для деревни ты был слишком смышлен, — поддакнул Гевин.