Чтение онлайн

— Значит, будем поднимать… — сказал я.

— Нам ретрансляторы гиперсвязи закроют, — сказал Каргин. — После первой же трансляции. Если в открытую передавать. А шифром передавать это только для флотских.

— Предлагаю начать с Королёва-12, — произнёс старший помощник. — Тут можно без гиперсвязи, по прямому каналу, шифром. Связаться с губером, узнать обстановку, так сказать.

— Да, можно, — согласился я. — Займёшься этим?

— Я? — фыркнул Магомедов.

— Артур, работы будет много, — сказал я. — Зашиваться будем все. Нет, если не хочешь наладить общение с имперским дворянством, полезные связи завести, так и скажи, найдём тебе другое занятие. Просто раз уж ты предложил…

— Я знаю здешнего губернатора, — перебила меня принцесса. — Хороший дядька. Мы к нему на лыжах кататься ездили…

— Повезло тебе, Артур, — хмыкнул я. — Ваше Высочество…

— Свяжусь, конечно, — сказала Елизавета.

Ну, хотя бы с этим разобрались.

— Тогда я попытаюсь выйти на командование флота, — сказал я. — Естественно, по зашифрованным каналам. И не на Бородина.

Возражений не нашлось ни у кого. Я, как старший по званию, подходил для этой задачи лучше всех остальных.

— Господин полковник, составьте обращение к народу, — попросил я. — К военным, флотским, гражданским. Так, чтобы все поняли, кто виноват и что делать.

— Есть, господин командор, — по-уставному ответил Игнатов, признавая моё лидерство.

— Дима, твоя задача — настроить всё для этого, — сказал я. — Может, как-то можно обращение будет на ретранслятор залить и на повтор поставить, я не знаю.

— Надо подумать, — сказал он. — В теории, если физический доступ организовать, могу попробовать. Удалённо не получится.

— Организуем, если надо, — сказал я. — Артуру скоро заступать, вот он этим и займётся.

— Есть, — коротко ответил Магомедов, такая задача ему явно нравилась гораздо больше.

Я ещё раз окинул пристальным взглядом всех присутствующих. Задание нашлось для всех, каждому вполне посильное и подходящее. Да, работы точно будет навалом, это к гадалке не ходи, но старые времена закончились, ушли безвозвратно, и просто висеть на орбите какой-нибудь отдалённой звезды уже не получится.

— Ну и всё, приступаем, — сказал я, поднимаясь со своего места.

Все остальные тоже начали подниматься, вид у всех был довольно замученный и потерянный. Одно дело — сотрясать воздух громкими словами о необходимости что-то менять, и совсем другое — прикладывать реальные усилия. Я точно знал — будет непросто. Но если мы будем действовать как одно целое, то и успех не заставит себя долго ждать.

В своей каюте я немедленно принялся за дело, поднимая с помощью Скрепки контакты всех знакомых флотских офицеров.

Адмиралов, капитанов, бывших однокурсников, просто знакомых, всех подряд. Флотские офицеры были особой кастой, и я гордился принадлежностью к ней. И я рассчитывал на то, что после Зардоба и остальных сражений являюсь для многих офицеров если не примером для подражания, то хотя бы уважаемым человеком, чьё слово ценится выше, чем слово вчерашнего выпускника-лейтенантика.

Начать я решил с адмирала Кононенко. Пусть мы с ним не очень хорошо ладили, но адмирал казался мне чуть более вменяемым, чем все остальные старики с большими звёздами. Он наверняка затаил на меня обиду за невыполнение приказа, да и всё остальное тоже, но я точно был уверен, что адмирал Кононенко не сможет остаться в стороне, когда в Империи происходит такое.

Наладили зашифрованный канал, я попытался вызвать его лично, через систему. Скрепка выдала мне сообщение, что пользователь отсутствует. Такое могло произойти только в том случае, если адмирал мёртв, и я тяжело вздохнул. Для адмирала он был ещё молод, его ждало большое будущее, а теперь его нет. Скорее всего, погиб во время взрыва, находясь среди приглашённых гостей…

Я вычеркнул адмирала Кононенко из списка, перешёл к следующему имени. Владимир Владимирович Ушаков, старый прославленный адмирал, начальник Академии. Скорее всего, тоже присутствовал на коронации, просто обязан был быть. Но попробовать стоило. Если эти мрази сгубили и его, того, кого не смог погубить весь флот Альянса… Это дело становилось всё более и более личным. Одно дело — видеть абстрактный взрыв в толпе, читать сводки новостей или списки погибших, и совсем другое — понимать, что среди них были те, кого ты знал лично.

Однако на этот раз мне повезло. Адмирал Ушаков был в сети и ответил сразу же.

— Алёша? — удивлённо спросил он.

— Господин адмирал, это я, Мясников, — сказал я.

Голос адмирала звучал удивлённо и при этом как-то тоскливо. Хотя его можно понять, он в этом взрыве потерял гораздо больше друзей и знакомых, чем кто-либо ещё.

— Хотел чего? — вздохнул он.

Я немного помедлил с ответом. Хотелось-то многого. Ушаков, как начальник Академии космического флота, имел больше всего связей среди капитанов и штабных офицеров, и при желании мог связаться с кем угодно. И это я молчу про рычаги влияния, которых у него тоже было немало.

Он эту паузу воспринял по-своему.

— Если офицеры на корабль нужны, тут не помогу ничем. В отставке я, — сказал адмирал Ушаков.

— Как в отставке? — не понял я.

— Вот так, Алёша, одним днём, как пинком под старую жопу, — посетовал Ушаков. — Ладно хоть пенсию по выслуге лет определили.

— Ох… Сочувствую, — сказал я. — А кто отправил?

— Бородин, сопляк этот… — буркнул адмирал в отставке. — Сказал, пора дать дорогу молодым. А кому?! Этому дебилу Лиманскому? Он же тангенс от тангенты не отличит!

В душе старика кипела нешуточная обида, и я понял, что это наш клиент. Присоединится без разговоров, стоит только намекнуть.

— Владимир Владимирович… Вы в Новой Москве сейчас? — спросил я.

— Ты про город или про систему? — уточнил он.

— Город, — сказал я.

— За городом, на даче, — сказал он. — Яблони, вон, посадил…

— Отлично. Нужна ваша помощь, господин адмирал, — сказал я.

— Я теперь ничем помочь не могу, Алёша, — сказал он.

— Можете. Связи и знакомства же у вас остались? — сказал я, решив говорить обо всём прямо. — Регентский совет нужно убирать, пока они не натворили бед. Они уже натворили. Нужны люди, верные Его Величеству.

Адмирал помолчал немного.

— Алёша… Это что… Бунт? — спросил он.

— Никак нет, господин адмирал. Это восстановление справедливости, — сказал я. — То, что произошло на коронации… Это их рук дело, я уверен.

Ушаков тяжело вздохнул.

— Ох, будь я лет на двадцать помоложе… — пробормотал он.

— Вы и сейчас можете помочь, господин адмирал, — сказал я. — Во всём флоте не найдётся человека, более уважаемого. Если вы будете на нашей стороне, у регентского совета не останется флота в принципе.