Чтение онлайн

Вторым условием урегулирования конфликта было требование отдать военную марсианскую базу на Луне в руки спецкомиссии Совбеза ООН.

Вересов узнал об этом, будучи на Луне, от Головина, прибывшего на базу со своими помощниками.

– Что вы собираетесь делать? – спросил он, когда коскоровцы встретились в пещере, перед «динозавром» сбросера.

Головин, зачарованно разглядывающий членисто-ажурную конструкцию в центре пещеры, напоминавшую тушу динозавра, покачал головой:

– Никак не привыкну…

– Да, форма впечатляющая, – согласился Вересов.

– Нет, я никак не привыкну к мысли, что это орудие древних марсиан. Ведь от них самих ничего почти не осталось, а орудие стоит целым и невредимым.

– Сто пятьдесят миллионов лет.

– Вот именно. Умели строить марсиане нетленные вещи. Хорошо, что сбросер в наших руках, а не в руках наших забугорных «партнёров». Мы сможем его запустить?

– Пока что не получается. Центральный компьютер комплекса, кстати, близкий по параметрам нашим кванкам, не хочет просыпаться.

– Жаль. Если бы удалось активировать сбросер, никакие Курты на «мурексах» нам были бы не страшны.

– Что решили в верхах?

– Идут жаркие дебаты, разрешить забугорным спецам исследовать марсианскую машину или нет.

– Я не о них, о Ломакине и Елизавете.

Головин помрачнел.

– Подозреваю, что у половины наших либералов во власти есть желание выполнить требования Шнайдера. Особенно усердствуют премьер и силовые министры.

– А что президент?

– Президент пока молчит. Но и вокруг него дерьма хватает. – Головин в упор посмотрел на Вересова, пожевал губами. – Я тебе этого не говорил.

Вересов кивнул.

– Само собой, к тому же я глуховат стал. Если наверху решат уступить, это будет величайшей ошибкой! Курт уже не остановится.

– Пока что он уничтожил лишь часть китайской пограничной эскадры, но стоит ему ударить по евроисламистам с их харизматическими властителями или по американцам, и наши управленцы сдадутся.

– Что делать в такой ситуации?

– Искать Курта… искать способ его ликвидации… никаких других вариантов я не вижу. Эх, если бы толкиновский Вестник остался с нами!

– Но он ушёл.

– Да это я к слову, – досадливо поморщился Головин. – Иван не пытался с ним связаться?

– Он не волшебник, – усмехнулся Вересов. – Копун сам обещался связаться с ним, хотя я и не понимаю, как такое возможно, однако до сих пор молчит.

Из подлетевшего антиграва выскочил мужчина в чёрном «кокосе» с откинутым забралом, с шевроном майора сил специального назначения на рукаве, подошёл к беседующим.

– Пойдёмте, товарищ полковник.

Головин посмотрел на Вересова.

– Вот что, Даль Данилович, забирай-ка ты свою группу и дуй на борт «Дерзкого». Этим марсианским шедевром есть кому заниматься, а ты удели внимание непосредственно Ломакину. В том смысле, что опекай его, охраняй как зеницу ока и думай вместе с ним, что делать. Под мою ответственность. Крейсер в твоём распоряжении, я передам приказ Бугрову.

– Понял, товарищ полковник. Но на борту сейчас и Елизавета Клод-Сантуш…

– Она тоже переходит под твою защиту.

Вересов вытянулся.

– Разрешите выполнять?

В пещере вдруг родился тонкий трубный звук.

Люди, возившиеся вокруг внеземного артефакта, застыли.

– Внимание! – раздался гулкий голос дежурного координатора. – Только что неизвестный объект обстрелял российскую эскадру над Луной! Уничтожены два пограничных корвета, повреждён фрегат «Свободный»! Количество жертв уточняется.

– Чёрт! – сипло выговорил майор в чёрном.

– Иди! – сказал Головин.

Вересов побежал к катеру, на бегу вызывая подчинённых.

Планета разлеталась на фоне голубого звёздного диска красивым аквамариновым фейерверком.

Издали, с расстояния в сотню тысяч километров, этот процесс казался медленным и не вызывал страха, настолько он был необычен и фееричен. Но взрывался не каменно-ледяной астероид, а целая планета размером больше Земли, и волосы вставали дыбом от осознания масштаба взрыва!

Космос перед фронтом обозрения внезапно оделся в тёмные решётки, скрывая звёздные россыпи и оставляя одно прямоугольное окно с кустом взрывающейся планеты. Стали видны многогранные, костяные с виду наросты на плоскости пола перед экраном, из которых торчали шевелящиеся шипастые отростки с шариками на концах, выглядевшие отвратительно живыми.

Одна из струй фонтана осколков планеты скачком приблизилась. Серо-коричневые пласты, рваные ледяные фестоны и небольшие зазубренные пластины выросли в размерах до огромных ледяных полей, на глазах покрывающихся трещинами. Очевидно, это были водоёмы на поверхности планеты, вылетевшие в космос и мгновенно замёрзшие. Один из прозрачно-голубых осколков льда размером с футбольное поле повернулся к наблюдателям всей плоскостью, и внутри него стали видны вмороженные в лёд существа, цеплявшиеся друг за друга, похожие на кенгуру, но с почти человеческими головами. Они были одеты в чешуйчатые костюмы цвета слоновой кости, и не приходилось сомневаться, что ледяная глыба стала могилой для семьи разумных обитателей взорванной планеты.

Где-то в глубинах аппарата с наблюдателями прозвучал гонг, и тотчас же картина в окне следящей системы изменилась. Фонтан ледяных осколков отодвинулся, планета, превращавшаяся в облако пыли и ледяной каши, внутри которого просверкивал огонь, начала уменьшаться. Стала видна звезда, окутанная туманным ореолом.

Второй удар гонга снова изменил космический пейзаж: светило, давшее жизнь неведомой расе «кенгуру» на взорванной планете, превратилось в одну из звёзд галактики…

Иван очнулся.

Он лежал на кровати в каюте «Дерзкого», один, отдыхал после дежурства и не собирался погружаться в дебри памяти, но она сама напомнила о себе, нарисовав очередной эпизод древней войны, погубившей чуть ли не все цивилизации во Вселенной.

Пришла мысль: как толкинскому Вестнику удалось записать подобные этому сражения, если он находился возле планеты-«бублика», базы своих создателей? Ведь Копун выдал информацию о тысячах эпизодов, не будучи свидетелем сражений и не находясь на борту каждого военного дредноута, наносящего удар по планетам и звёздам противника. Не могли же свидетели боёв передавать записи в какой-то единый информационный центр? Какой в этом смысл? Да, каждый боевой корабль, наверно, поддерживал связь со своим командованием, но оно не было заинтересовано в том, чтобы делиться успехами с неким «координатором» войны. Да и существовал ли он? А если и существовал, как с ним держал связь Копун?