Чтение онлайн

Ему больше не хотелось делать ей больно, если только по необходимости. Прием, которым он душил ее, был действенным, но совершенно безопасным для здоровья. Он не столько лишал человека воздуха, сколько ограничивал поступление крови к голове и приводил к потере сознания или глубокому сну. Спустя час или чуть больше девушка проснется.

К этому моменту Бэрд должен быть далеко. Унести ее, скакать без устали, добраться до гор и спрятаться там. Переночевать и скакать дальше, пока они не станут недоступны для Истинного вождя.

В сущности, цель у него одна – не попасться на глаза самому вождю. Ведь для всех остальных он будет невидим.

Бэрд вытащил флакон с зельем и хотел побрызгать на девушку, чтобы его ноша тоже стала невидимой. Но…

Он был уверен, что действует беззвучно, что не задел охранника, стоявшего при входе. Однако, похоже, люди вождя все же что-то услышали… Может быть – слабые звуки борьбы, когда он только-только схватил девушку. А, может, у них тоже было чутье, присущее и Бэрду.

Занавесь резко откинулась и в шатер ввалилось сразу четверо охранников, что в этот день окружали шатер бесценной рабыни. Страшное изумление застыло на лице старшего из них при виде бесчувственной девушки, словно бы зависшей в воздухе.

— Магия! — крикнул он молодому парню в зеленой повязке на голове. — Зови вождя!

Парень быстрым ужом выскользнул у шатра. А остальные с опаской двинулись в стороны Алиры, которую могли видеть.

У Бэрда была лишь секунда, чтобы принять решение. И он его принял.

Можно попробовать убить этих охранников. Возможно, у него даже получится положить всех трех почти бесшумно, ведь пока они не притронулись к нему, он для них невидим. Но за это время четвертый солдат приведет вождя, и он уничтожит Бэрда одним мановением пальца.

Или пустится за ним в погоню сам, и, несомненно, поймает. Ведь дракон-то будет видеть его!

Был только один способ остановить дракона и уйти живым.

… Бэрд не хотел убивать девушку. Ее жизнь была для него второй по значимости. После его собственной.

Очень не хотел… Знал, что если она умрет, то он всю жизнь будет алкать ее. Будет страдать от не выплеснутой страсти. Знал и то, что в его сердце будет стучаться что-то вроде … раскаяния, жалости… Он будет бесконечно прокручивать в голове этот момент и думать, что мог бы сохранить жизнь своему проклятому маленькому сокровищу.

Но сейчас у Бэрда не было выхода. Ее жизнь или его.

К тому же, скорее всего она не умрет. Проклятый вождь будет пытаться оживить ее – и скорее всего оживит. В любом случае потратит часы, пробуя возвратить ее из мира мертвых своей драконьей магией…

На это и был расчет Бэрда. За это время он, невидимый, ускачет далеко и затеряется.

У Бэрда была лишь пара мгновений. Он бросил взгляд на бледное, как известь, лицо девушки, быстро коснулся губами ее бесчувственных губ и одним движением сломал ей шею.

Раздался изумленный возглас солдат, когда прямо в воздухе хрустнули ее позвонки. Воспользовавшись их замешательством, Бэрд опустил девушку на землю и кинулся к другой стороне шатра. Ножом разрезал ткань и выскользнул наружу.

Спустя пару минут отчаянного бега Бэрд обрызгал своего коня зельем и, невидимый, поскакал прочь, петляя между шатрами, старательно обходя все людные места.

***

Когда Гор ворвался в шатер Алиры, проклятого степняка там не было. Двое воинов изумленно смотрела ни бесчувственное тело девушки, два других пролезали в прорезь в противоположной стене.

Один из воинов приложил два пальца к ее шее и с опаской обернулся на Гора:

— Она мертва.

Гор и так знал это, видя свернутую на сторону голову.

…Есть пять минут, чтобы вернуть человека с того света, если он не умер до конца. Магическим зрением Гор видел, что в теле его адори еще есть жизнь, немного жизни…

И он должен умереть сам, отдать всю свою силу и магию, но удержать ее. Во чтобы то не стало.

Хоть и понимал, что идет на поводу у игры, которую затеял Бэрд.

Конечно, Гор отправил большой отряд в погоню заневидимым убийцей. Но сам оставался с Алирой.

Сначала трясущимися руками запускал ее сердце и легкие, пропуская через них магию, потом, когда с облегчением заметил, что сердце бьется – провел много часов в филигранной работе, сращивая кости и нервы в ее шее. Ведь нужно было сделать это так, чтобы не пострадали ее мозг и позвоночник.

Вымотался, порой почти стонал от отчаянья, когда не получалось. Но через шесть часов он точно знал, что Алира будет жить. Смотрел в бесчувственное лицо, мягко касался ее губ и щек тыльной стороной ладони и думал лишь о том, что мог ее потерять.

Что тогда? Нет, он не умер бы тогда. Но утратил бы половину себя. Даже не половину – просто свое сердце.

Ему уже не нужны были бы его будущие крылья, работа южного стража… Ничто было бы не нужно.

Он подхватил Алиру на руки и, пошатываясь, понес в свой шатер. Теперь она всегда будет при нем. До тех пор, пока он не полетит на Испытание. Ведь в Золотом городе им может грозить даже большая опасность.

Мысль об этом заставляла напряженно думать.

Чуть позже Гору донесли, что степняка Бэрда найти не удалось. Он и так понимал, что без него никто не сможет поймать невидимого гада. А, значит… Истинный вождь не сможет успокоиться, пока этот степняк ходит по земле.

С Камирой легче. Завтра он казнит ее. Ведь Алира умерла, пусть и на время.

Глава 16

Гор был вымотан дальше некуда. Даже и не помнил, чтобы прежде когда-либо чувствовал такое опустошение в ауре и в теле. Хотелось лечь рядом со своей бесценной адори и спать сутки напролет.

Но он не мог себе этого позволить. Понимал, что у Бэрда могло остаться еще немало зелья невидимости. Ничто не помешает ему незримо следовать за племенем или даже войти на территорию лагеря. И пока он, Гор, будет отдыхать никто не сможет поймать преступника, тот может принести и другие беды.

Поэтому он прошелся вдоль границы стойбища и окружил его особой защитой. Если невидимый степняк попробует ее пересечь, то раздастся громкий, похожий на вой, звук. Применять магию сейчас было очень тяжело, не хватало сил, но он был должен.

Ничего, восстановится. Он дракон.

Приказал никому не выходить за границу до особого распоряжения вождя... И, наконец, заснул в своем шатре, притянув к себе хрупкое, измученное тело любимой. Она тихо и мирно дышала, спала оздоравливающим сном.