Чтение онлайн

— Чего ты там вякнул? — Разодетый угрожающе набычился. По крайней мере, попытался, потому что, по моему мнению, выглядел он больше смешно, вытягивая шею, как гусёнок. — Ты хочешь, чтобы я вышел?

Мой внутренний мрак с большим энтузиазмом отреагировал на это предложение, взвившись подобно искрам гигантского костра. Желание потоптаться по чьему-нибудь наглому лицу стало совсем нестерпимым и теперь заполнило меня до самых кончиков пальцев.

— Слышишь, да мне вообще насрать на тебя, — нарочно грубо ответил я, на каких-то остатках разума пытаясь удержать себя от того, чтобы не стать инициатором драки, — делай что хочешь.

Задергавшись, будто ему в задницу уперлось что-то острое, водитель «Инфинити» принялся отстегивать ремень безопасности.

— Ну, сука, ты у меня сейчас попляшешь!

— Максик, — подала голос его разукрашенная спутница, чей голос донесся до меня через открытое окно с пассажирского сиденья, — только давай не как в прошлый раз, ла-а-адно? Я не хочу опять ждать, пока ты с ментами договариваться будешь.

Не обращая внимания на реплику своей суженой, Максик выскочил из салона и направился ко мне, расставив руки и все так же смешно вытянув вперед шею. Видимо, это было его подсознательным желанием, перешедшим от животных, которые пытаются топорщить шерсть, чтобы казаться больше и страшнее, отпугивая хищников.

— Ты чё, придурок, не понял?! Я говорю, таз свой убрал отсюда!

— А не то что, Максик? — Я посмотрел на него прямо без намека на испуг, отчего мужик немного стушевался. Встретив мой взгляд, он на секунду вильнул глазами в сторону, и от него повеяло неуверенностью. Но потом он собрался, глянул через плечо на свою пассию, что следила за кавалером с самодовольной ухмылкой, и снова обрел уверенность в своих силах.

— Как ты меня назвал, урод?

— Слушай, Максик, — я снова повторил это с нескрываемой ухмылкой, из последних сил удерживая себя, чтобы не наброситься на него, — ты бы залез обратно к себе в машинку, обнял свою рафинированную Барби и съе…ал отсюда, пока кости целы, а?

— Ах ты…

Разумеется, он не послушал моего доброго совета. Вместо этого он прыгнул на меня, размахивая кулаками, как колхозный задира. Где-то в его движениях, конечно, прослеживались наметки техники, видимо, когда-то давно он все же чем-то и занимался, но все это находилось на таком зачаточном уровне, что мне даже смотреть было стыдно. Может, какого-нибудь тщедушного студента этот неумеха и мог одолеть, или, может, офисного клерка, который к алкоголизму был гораздо ближе, чем к спорту. Но против подготовленного человека у него не было даже малейшего шанса. И я ему это очень скоро продемонстрировал, сбив на землю всего двумя короткими ударами.

Упав на задницу, Максик снова попытался вскочить, но я пресек эту попытку ударом колена. Мне так хотелось всадить ему удар прямо в лицо, чтобы услышать хруст его переломанного носа и увидеть, как тот упадет на землю, заливаясь кровью, но в последний момент я скорректировал траекторию своей конечности и угодил автохаму точно в лоб. Это были какие-то нездоровые желания, и я что-то не припомню, чтобы за мной такое ранее водилось. Оч-ч-чень странно…

Вокруг меня взвились жгуты его боли, но я оттолкнул их, боясь, что могу потерять голову и броситься на распластавшегося передо мной Максика. Вся эта ситуация не на шутку меня испугала и заставила крепко задуматься над причинами происходящего.

Водитель «Инфинити», мотая головой, полулежал на асфальте, опершись на локоть, и больше не помышлял ни о каких нехороших действиях в мою сторону. Его подружка резко изменилась в лице и смотрела на меня с нескрываемым страхом, будто опасалась, что я сейчас и ей выдам на орехи. Но после небольшой разрядки мне стало на них обоих абсолютно плевать, поэтому я как ни в чем не бывало двинулся дальше.

Вику я узнал издалека. Высокая, статная, с тёмно-коричневыми слегка волнистыми волосами… она даже сейчас, несмотря на недавнее горе, случившееся в их семье, была все такой же красивой, какой я ее и запомнил. Сердце предательски пропустило удар, но я заставил его биться ровно. Нечего убиваться по прошлому, особенно тогда, когда мое будущее столь туманно и неопределенно.

Девушка стояла в компании еще четырех человек, в одном из которых я с огромным неудовольствием узнал ее отца — Михаила Стрельцова. Остальные, судя по характерной комплекции и мордокирпичному виду, были их бодигардами. На мое приближение никто из них не реагировал, пока я не подошел к ним вплотную. Тогда вперед молча выдвинулся один из троицы телохранителей, не позволяя мне приблизиться к семейству Стрельцовых.

— Следует ли мне считать, что ты, Виктория Михайловна, передумала насчет своей просьбы?

— Сергей? — Вика удивленно повернула голову. — Я… мы не ожидали тебя увидеть… э-э-э… в таком…

— …виде? — закончил я за нее, не удержавшись от того, чтобы не подбавить в голос немного яда.

Девушка слегка смутилась.

— Не заводись, пожалуйста, — она все еще меня хорошо знала, чтобы заметить, когда я начинаю злиться, — просто ты всегда любил носить костюмы, а тут вдруг… впрочем, не обращай внимания. Я рада тебя видеть.

Она подошла и легко обняла меня, прикоснувшись своей прохладной от осеннего ветра щекой к моей колючей щетине. И мне стоило больших усилий сохранить непринужденный вид в этих объятиях.

— Может, ты его еще и в губы прям тут поцелуешь, а?! — Это уже голос подал сам глава семейства Стрельцовых. У него ко мне всегда была стойкая антипатия, которую он не стеснялся всячески демонстрировать. Еще я всегда ощущал от него по отношению к себе настороженность и страх, но не мог понять причину этих чувств. Однако сейчас я был не в том настроении, чтобы делать вид, что меня его враждебность никак не трогает.

— А тебя, б…ь, кто спросил?! — Я сверкнул в его сторону глазами с такой ненавистью, что троица охранников мгновенно закрыла своего драгоценного нанимателя своими широкими спинами.

— Отойдите, идиоты! В сторону! — Стрельцов с большим трудом расталкивал своих телохранителей. — Ты что, совсем страх потерял? Ты как со мной разговариваешь, сопляк?!

— Папа! Сергей! — Вика вклинилась в зарождающуюся перепалку, которая грозила закончиться яростной потасовкой. — Прекратите! Я прошу вас, потерпите друг друга хотя бы сегодня, неужели это так сложно?!

— Мы не договаривались о твоем отце, Виктория. — Перевел я на нее суровый взгляд, под которым она чуть ли не съежилась. — Если б я знал, что он здесь будет, то не стал бы тебе помогать.

— Я знаю, Сергей, знаю, извини. — Похоже, смерть матери нанесла очень сильный удар по девушке. Такой покладистой я редко когда ее видел. — Но именно поэтому и я умолчала о папе, потому что он тоже очень сильно переживает и хочет перемолвиться с мамой хоть одним словом…

— Стрельцова, ты прекрасно знаешь мое отношение к недомолвкам. И все равно решила со мной поиграть?

В ответ девушка только смущенно молчала, однако я не ощутил от нее даже слабого отголоска раскаяния. Будь у нее возможность повернуть время вспять, она бы поступила точно так же, потому что считала себя правой. Я уже было собрался развернуться и уйти, когда она вдруг взяла меня за руку и прошептала одними губами: