Чтение онлайн

— Теперь все туда!

Поведя стволом пистолета, Бьенол указал пленникам на самый дальний угол машинного зала.

— Там и ждите исхода дела! — строго заявил он. — Вы стали моими заложники. И я уверен — заставлю дона Луиса освободить Алика в обмин на ваши жизни.

Арестованные не очень-то поверили в выполнение сказанного.

Потому пришлось находить дополнительные аргументы.

— Вас тут много, а он один, — услышали пленные охранники. — Так что сделка будет более выгодной для мафии, чем для меня.

Бандиты послушались — отправились туда, куда было велено. Услышав напоследок еще более категоричное:

— Теперь будем вместе ждать момент, когда появится начальство.

До прихода доктора Лериха, получившего по телефону сообщение о предпринятой Бьенолом акции, им с профессором удалось перекинуться несколькими существенными фразами. Теми ради которых, собственно, и прыгнул сюда, в свою бывшую камеру, пришелец.

Тихо, так, чтобы ни слова не донеслось до обезоруженных охранников, Бьенол шепнул пожилому пленнику:

— Будьте готовы к побегу!

После чего пошли подробности:

— Когда на остров прибудет подводная лодка, я взорву силовой кабель, питающий клетку Алика, потом мы захватим в заложники дона Луиса и заставим отправить нас отсюда под водой!

Профессору понравился план настолько, что он горячо, не стесняясь проявленных чувств, обнял молодого друга.

Потом, пока еще оставалось время, пришелец Бьенол поведал о том, что ему дополнительно удалось узнать, пребывая на относительной свободе. Но главный упор, в своем рассказе, всё же сделал на последовательности освобождения Алина из электромагнитной клетки.

Ключом откуда было только лишение оборудования реактора от подачи к нему электропитания.

— Как Вы это сделаете? — не до конца поверил в реальность операции старый пластический хирург.

Следовало объяснить причину неверия.

— Ну, я имею в виду, с помощью чего Вы взорвете кабель? — добавил он в подкрепление своим сомнениям.

— Мина уже заложена в шахту, — ответил тот. — Туда, где проложены несколько бронированных труб со сверхпроводящими растворами.

Далее последовало краткое описание того, что произойдет:

— Так что взрыв заряда пентрита сразу же замкнет сеть.

Немного подумав, сетелянин поведал все до конца:

— Ну, а сама взрывная машина спрятана в корнях пальмы. Той, что у входа в подземелье. Легко найти.

Убежденность Бьенола в успешном осуществлении задуманного теперь передалась и профессору. От избытка добрых чувств, он даже крепко пожал руку своему молодому другу.

Но когда тот уже решил, было ретироваться, внезапно распахнулась дверь в бывший машинным зал, превращенный в тюремную камеру. И на пороге возникло несколько лаборантов, вкативших в арестантское помещение небольшую тележку с включенным на ней телевизионным монитором.

Толстые жгуты проводов черными змеями тянулись следом.

— Бьенол. не спеши удирать! — с экрана на них глянуло улыбающееся лицо, довольного произведенным эффектом, доктора Лериха.

Учёный не ограничился столь своеобразным приветствием и, как в дальнейшем оказалось, намеревался сказать гораздо больше слов, чем необходимо для разрешения конфликта.

— Ты можешь перестрелять хоть всех этих безмозглых горилл-охранников, — ученый упивался своим превосходством. — Да и лаборантов, заодно, перебей тоже.

Худое лицо новоявленного диктора пошло на впалых щеках широкими морщинами оттого, что раздвинулись в язвительной улыбке его тонкие худые губы.

— Эка невидаль, — донеслось с экрана. — Но мальчишку ты никогда не получишь!

Повисло тягостное молчание.

Прервалось оно тем же Лерихом, чья улыбка стала еще более зловещей, но ненадолго.

Переходя к новому повороту в разговоре, доктор посерьезнел:

— Правда, не видать тебе Колена-младшего, как собственных ушей до тех пор, пока сам, — он акцентировал на это внимание. — Сам и причем добровольно, не решишь отправиться к нему в камеру реактора.

— А если откажусь? — прервал его красноречие Бьенол.

— Тогда гарантирую две смерти.

Нахмурившийся Доктор демонстративно сжал свои сухие кулачки:

— Сначала погибнет профессор — прямо здесь, на твоих глазах, в этом зале, а потом уже прикончим и Альберта Колена в его сверхнадежной клетке.

— Руки коротки, — последовала столь безжалостную перспективу реплика сетелянина.

И вот тут ему изменила выдержка.

— Мальчишка, как и я, неуязвим!

Невольно, но проговорился Бьенол о том, что слышал всё во время беседы доктора с доном Луисом.

— Вернее, вы оба ранее были неуязвимы! — стало не только совершенно каменным, но и привычно унылым лицо доктора Лериха. — Ваша информация, Бьенол, устарела.

И он не лгал.

…Последние опыты показали, что в условиях достаточно сильного магнитного поля, обыкновенная плазма мгновенно испепелит все, что угодно.

И даже столь необычную плоть мутантов.

— Мы вас, дьявольское отродье, выжжем, как прежде еретиков уничтожали каленым железом, — разъярился ученый. — Не останется в мире ничего, чтобы могло бы даже напоминать о существовании таких, как вы, отщепенцев природы.

Насладившись эффектом сказанного, который явно отпечатался, на, помрачневших лицах, пленников, доктор продолжал вещать с экрана телевизора:

— Достаточно мне нажать кнопку, загоняя плазму в реактор, и от мальчишки даже пепла не останется.

Голос его внезапно стал обычным — демократично простым:

— Так что выбирай — или добровольное сотрудничество, или неотвратимая смерть этих двоих!

Бьенол, не помедлив ни минуты, принял решение, едва в полном объеме оценил полученную информацию. Она, судя по всему, сводила на нет все его замыслы.

Потом глянул в глаза профессора.

Даже сквозь стекла очков было видно набежавшие у того на глазах горькие слезы разочарования.

— Ладно, дорогой господин Колен, постараемся проиграть достойно.

Сетелянин глянул прямо в объектив телекамеры, соседствовавшей на тележке рядом с монитором.

— Я иду на сотрудничество с ними, профессор, — заявил пришелец то, что от него хотели слышать похитители. — Буду помогать в опытах.

Затем Бьенол обернулся к профессору:

— Да и Вы, уважаемый, тоже соглашайтесь. Видно, такова уж наша с Вами участь.